В то время ему казалось, что выследить полудикую девчонку с ее сообщником не составит никакого труда, но жестоко ошибся. Он нанял самых лучших сыщиков, но те так и не смогли напасть на след злосчастной парочки. Как они объяснили Троугу: вот если бы знать фамилию парня, тогда можно было бы с чего-то начать. А так... В Америке столько городов и поселков, и людей там великое множество. Как отыскать среди них беглецов, безымянного парня и его подружку?
Но в конце концов, всего месяц назад, самому последнему сыщику, которого Троуг нанял, удалось каким-то непостижимым образом выйти на след девчонки. След этот привел в Бостон. Сыщик из кожи вон вылез, но смог выяснить, что молодая особа, живущая с Пруденс Котрайт, и есть не кто иная, как Марианна Харпер. Получив эти сведения, Троуг отправился осуществлять свою месть.
Он мог, конечно, нанять кого-нибудь, чтобы убить девчонку – за определенную сумму это щекотливое поручение согласился бы выполнить и сыщик, который ее отыскал, – но Троуг не стал этого делать. Он хотел сам отомстить за смерть сына. Ему необходимо было видеть, как в глазах ее появляется ужас, бросить ей в лицо обвинение в убийстве Джуда, чтобы она знала, что Троуг совершает праведную месть, а потом насладиться видом ее смерти. Только в этом случае он будет удовлетворен. Только тогда сможет жить дальше.
Маленький домик казался необычайно тихим, но внутри горел свет. Значит, в доме кто-то есть. Медленно, наслаждаясь каждой минутой предстоящего возмездия, шел Троуг по дорожке. Он не чувствовал нежного благоухания цветов, не слышал пения птиц, а видел перед собой лишь широкую белую дверь, за которой скрывалась желанная добыча.
Подняв руку, он с силой постучал в дверь раз, потом другой. Подождал немного, но никто не открывал. Нахмурившись, он заколотил сильнее. Тишина.
Так ничего и не дождавшись, Троуг подошел к окну и заглянул в гостиную. Все было чистенько и аккуратно. Мебель стояла на местах, но в гостиной не оказалось ни одной живой души. Быть может, эта Пруденс Котрайт с девчонкой пошли по магазинам или еще по каким-то женским делам, решил Троуг и отошел от окна.
Но едва он развернулся, как увидел, что по дорожке к дому направляется какой-то человек: маленький, сухонький, в темном костюме. Троуг бросился ему наперерез. Встретились они в тот момент, когда незнакомец подходил к крыльцу.
Троуг вежливо кивнул ему:
– Простите, сэр, вы, случайно, не знаете, в этом доме живет Пруденс Котрайт?
Человечек кивнул, глядя на Троуга с некоторым опасением.
– Да, сэр. Вернее, жила. Мисс Котрайт недавно умерла, а дом продали, чтобы выплатить долги кредиторам.
Троуг почувствовал легкое беспокойство.
– А молодая девушка, что находилась на ее попечении, она тоже здесь больше не живет?
– Совершенно верно, сэр. – Человечек внимательно изучал его. – Между прочим, сэр, меня зовут Александр Стимсон. Я поверенный и как раз занимался продажей имущества. А вы кто будете, сэр?
Человечек выжидающе смотрел на Троуга.
На секунду Троугу показалось, что сейчас он сойдет с ума. Столько искать эту паршивую девчонку, наконец найти и в последнюю минуту снова упустить! Это неслыханно! Однако, сделав над собой нечеловеческое усилие, Троуг сдержался.
– Меня зовут Иезекииль Троуг. Я старый друг родителей этой молодой особы. Они поручили мне передать для нее срочное сообщение, посему мне крайне необходимо связаться с ней. Но насколько я вас понял, она здесь больше не живет?
Стимсон кивнул:
– Именно так. И поскольку я оказался причастным к тому, что она вынуждена была уехать, я чувствую себя несколько неловко. – И, прищурившись, он подозрительно взглянул на Троуга. – А я думал, у нее нет родных и ей некуда идти. Прямо она этого не говорила, но дала нам это понять.
Троуг с трудом выдавил из себя улыбку:
– Весьма прискорбно. Эта юная леди сбежала от родителей и не желает к ним возвращаться. И меня попросили попытаться уговорить ее вернуться в родительский дом. Надеюсь, вы меня понимаете?
Стимсон чуть улыбнулся.
– Конечно, сэр. Да, молодежь нынче пошла... – Он хотел еще что-то добавить, но, видимо, передумал. – Ну, так или иначе девушка уехала отсюда. Два дня назад. Мы все так не хотели, чтобы она уезжала. Я понять не мог, почему она не пожелала остаться здесь, в Бостоне. Видите ли, они с моей дочерью были хорошими подругами.
– Как мило, – бросил Троуг сквозь плотно стиснутые губы. – А теперь не будете ли вы так любезны сказать мне, куда направилась мисс Харпер, и я не стану вас больше беспокоить.
– Ну что вы! Какое там беспокойство, сэр, – проговорил Стимсон, переминаясь с ноги на ногу и выглядя при этом чуть смущенным. – Никакого беспокойства, сэр, потому что я не знаю. Видите ли, она и сама до последнего момента не могла решить, куда ей отправиться. Очень уж переживала смерть мисс Котрайт. Они, знаете ли, были очень близки.
– Понятно, – проговорил Троуг, уже не слушая, что этот мозгляк будет говорить ему дальше.
Им овладела такая ярость, что он едва сдержался, чтобы не взять обеими руками этого идиота за горло и не придушить его.
– Мы так уговаривали ее остаться, – продолжал разглагольствовать между тем мистер Стимсон, не подозревая, в какой опасности он сейчас находится, – но она была решительно настроена уехать, хотя и сама не знала, куда именно. Должно быть, решила все в один момент, потому что уехала совершенно внезапно. Ни с кем не попрощалась, не оставила даже записки, куда направляется, на тот случай, чтобы при необходимости ее можно было разыскать. Собрала вещи, и поминай как звали. Весьма странная и, я бы сказал, смелая молодая особа.
– И в самом деле смелая, – хриплым голосом проговорил Троуг.
Черт бы побрал эту мерзавку! Это ж надо, в один день найти ее и потерять! Троуг, конечно, понимал, что в конце концов он ее выследит, никуда ей от него не деться, однако то, что вожделенная месть откладывается, настолько вывело его из себя, что захотелось выместить свою злость хоть на ком-нибудь. И Стимсон показался ему для этой цели самым подходящим объектом. Взять бы его за горло да сжать со всей силы! Но уже через секунду Троуг опомнился. Сейчас день, кругом люди – кто-нибудь может увидеть. Опасаясь, что голос выдаст обуревавшие его чувства, Троуг вежливо приподнял шляпу и, повернувшись, зашагал прочь.
Он прошел уже с полквартала, как ему под ноги бросилась маленькая собачонка. Троуг остановился и, подняв ногу, опустил ее на спину несчастного животного с такой силой, что переломил ему хребет. Жалобно взвизгнув, собачка забилась в предсмертных судорогах на булыжной мостовой.
Троуг, хищно оскалившись, пошел прочь, чувствуя, как гнев его малость поутих.
