придется потерпеть.
Шея Харнака порозовела, и он нахмурился, обводя взглядом толпу. Пойти на попятную он уже не мог. Закон силы был конкретен.
– Ты близок королеве, не хотелось бы потом объяснять, почему ты похож на отбивную.
– Не придется.
Харнак сверкнул целым глазом и помрачнел, потом сплюнул и процедил еле слышно:
– Ну, давай, сыграем.
Одноглазый выхватил знакомый тесак и подвигал плечами, но нападать не спешил. Двигался из стороны в сторону, как зверь. Он принюхивался, оценивал обстановку. Именем Рантара Два Топора пугали не только детей.
Нападать противник первым не станет, ясно. Не больно и хотелось. Вздувшиеся мышцы просились в бой. Рантар сделал пару легких подскоков и несколько раз взмахнул топорами. Клац, клац. Почти все удары прошли мимо, а остальные Харнак слегка отбил клинком. Для парня с одним глазом двигался он очень ловко. Хотя и старался сделать так, чтобы все время оказываться левее. Вот только Рантар все равно только разогревался. Он играючи преследовал Харнака, нанося все новые и новые удары, а тот только лишь пятился, пару раз пытаясь сделать слабую контратаку. Тесак был короче топоров, а значит, ему нужно было придвинуться вплотную, чтобы нанести хороший удар.
Толпа стала многочисленнее, были бы крестьяне умнее – спрятались, но любопытство и ненависть толкали их все ближе. «Пусть они убьют друг друга», – читалось на их лицах. Девушка стояла возле амевана, с любопытством его разглядывая.
Харнак решил воспользоваться заминкой и перешел в наступление, Рантар отбивался, а тот наседал все яростнее, потом неожиданно отпрыгнул в сторону и замер. Чуть не попался.
Рантар был слишком опытным бойцом. Почти для любого противника сойтись с ним на арене означало одно – неминуемую смерть. Он специально решил подставиться и изобразить определенный стиль. Харнак бы увлекся и попал в ловушку. Но одноглазый вовремя успел разглядеть ее. Так даже лучше. Топоры довольно завибрировали в руках.
На этот раз Харнак пошел в атаку, он действовал ловко и с напором, проверяя защиту. Он двигался быстро, так что специально подставляться было опасно. Жилетка одноглазого пропиталась кровью, но и на своих руках Рантар тоже ощущал пару царапин. От внутреннего жара он буквально был готов загореться. Люди исчезли, их косые избы растворились, даже свет померк. Остались лишь Рантар и Харнак – и их смертельный танец. Лишь обмен точными, выверенными движениями.
– Умри, Антар! Черные тюльпаны проклинают тебя! Ты не заслуживаешь этих топоров!
От крика из толпы пламя потухло, оставив лишь скромный уголек, а внутри неожиданно все задрожало, и эта вибрация прошла по рукам, скрутив их в узел. Рантар еле уклонился от широкого замаха тесака. Вопящая пустота внутри раскрылась, и он с ужасом наблюдал, как пальцы застыли и отказываются подчинятся. Они разом окоченели, как у мертвеца. Рантар с трудом уклонился в другую сторону и почувствовал порез на теле. Запнувшись, он свалился на землю, выронив топоры. В ушах стучало, а перед глазами все плыло. Рантар пытался сделать вдох, но никак не получалось. В голове стоял крик: «Черные тюльпаны проклинают тебя!»
– Что, устал, Рантар? – послышался рядом голос, и нога Харнака двинула ему по ребрам.
Из груди вырвался вздох, дыхание перехватило, но пальцы не желали слушаться, и Рантар почти ничего не мог различить перед собой, двигая руками, как слепой. Его поглотил ужас. Почему он не может пошевелиться? Крик все стоял в голове, эхом отдаваясь в самых глубоких углах его естества.
– Вижу, что истории о твоей славе преувеличены.
Еще один удар, от которого будто сразу распухла половина лица. Толпа одобрительно зашумела.
– Да! Убей его!
Рантар пытался дотянуться до блестящих топоров скрюченными пальцами, но те будто оказались на другом краю света. От криков или бешеного биения сердца заложило уши. Ему показалось, что он услышал знакомый голос, но это было не важно. В черепе до сих пор звучал голос: «Ты не заслуживаешь этих топоров! Тюльпаны проклинают тебя!»
Харнак продолжал припечатывать его ударами ноги к земле, а Рантар все пытался заставить себя собраться и схватиться за оружие. Долго Одноглазый издеваться не станет, может и добить. Никакого оружия поблизости не было, но тут Рантар почувствовал рукоятку, впивающуюся в таз. Пистоль. Он же как раз недавно его заряжал. До топоров можно и не тянуться.
Словно отвечая на его мысль, пальцы дернулись и смогли уцепиться за землю. Чувствительность возвращалась.
– Что, Два Топора, похоже, я стану новым любимчиком королевы, да?
Рантар перевернулся на бок и выхватил пистоль. Прозвучал хлопок. Харнак еще успел удивиться, прежде чем его нога взорвалась брызгами крови. Упав на землю, он принялся рычать и стонать, как подбитый зверь. Кровь бешеным потоком неслась на землю, выливаясь из раны неровными струями. Одноглазый пытался зажать ногу, но довольно скоро растянулся без движения в багровой луже.
Тонкие руки подхватили Рантара и попытались поднять. В глазах больше не темнело, но голова продолжала слегка кружиться. Люди превратились в молчаливые столбы, тихо наблюдая.
– Возьми мои топоры, – прохрипел Рантар амевану, и тот отпустил его.
Рантар медленно подошел к своей шляпе. Он старался идти так, чтобы не было заметно хромоты. Натянул шляпу на голову, а тесак одноглазого метнул в стену ближайшего домика. Люди вздрогнули, но не двинулись с места. Не самый лучший бросок, но, главное, что они поймут смысл. Никаких слов не требуется.
Амеван дергался, как кот, которого застали на месте преступления, прижимая к себе оружие, будто это какая-то грязь. А может, его больше пугала притихшая толпа. Он приблизился, подзывая петуха, а тот побежал, как послушная собачонка.
«Ох, ну и долбанный цирк».
– Мэлви, мне… нужно говорить про Викторию… с ней…
– Со мной все хорошо, уходим отсюда и поскорее, – сказала девушка, держась за висок. В ней что-то изменилось, но Рантару не хватало сил сообразить, что именно. Таким разбитым он не чувствовал себя уже давно. Девушка отводила взгляд и старалась не смотреть туда, где лежит поверженное тело.
Рантар проследил за ее взглядом и усмехнулся:
– Мда, похоже Харнак Одноглазый теперь еще и одноногий.
Глава 12
Много дыма
Крик. Прыг. Бежать. Быстро. Он бы сорвался, но каждую секунду заставлял себя оставаться на месте. Имва то и дело оглядывался, готовый увидеть вооруженную толпу мужчин, но прошел целый день, а никто так и не появился. И все же он ждал их. Чувствовал затылком, отчего тот через день налился такой тяжестью, что стало больно поворачиваться. Даже Навнат отвечал на нервозность и все время дергал головой.
Спутники Имвы почти ничего не
