«Он темнее, — подсказала Тайвари, — и, видимо, имеет другие свойства».
«Интересно, и как же мне двигаться вперед? — задумался я. — У меня ведь крыльев нет, я не человек-мотылек. А шанс на преодоление комнаты должен быть у Игроков любых рас». И ответ я нашел почти сразу, даже без подсказки симбионта: обломки камней, остатки зданий, куски колонн вроде той, на которой я сейчас стоял, — они виднелись передо мной повсюду, и если прикинуть…
«Я уже создала оптимальный маршрут, — вмешалась Тайвари. — Вернись назад, разгонись как следует и прыгай с вершины дюны вон на ту каменюку на два часа от тебя. С учетом твоих физических возможностей, ты должен суметь. И ради Хаоса, торопись! Я не хочу погибнуть в этой пирамиде вместе с тобой».
…Очередной прыжок. Немного не рассчитал, и приходится, сохраняя равновесие, размахивать руками. Все-таки устоял. Теперь надо перевести дыхание. Оглядываюсь по сторонам — Тай, единожды проговорив путь, старается не вмешиваться, чтобы не отвлекать. Прикинул расстояние до следующей точки моего маршрута. Оценил, присмотрелся и тихо выругался. Не подойдет. Нужен тот, более дальний, почти утонувший в красной пыли камень. Этот, к сожалению, весь покрыт трещинами. Я из-за такого уже успел снова искупаться в раскаленном песочке, сполна узнав, что чувствуют омары, которых заживо варят в собственном панцире. Тело почти не пострадало, как и сам доспех, а вот болевых ощущений я успел хлебнуть до дна. И таких обломков-обманок, готовых рассыпаться, едва ты дотронешься до них, тут хватало, едва ли не каждый третий. Видимо, в этом испытании проверяются не только физические показатели, но и внимательность, а также умение терпеть боль.
Прыжок, я снова едва сумел устоять на каменном пятачке. Краешек ступни даже немного съехал вниз, и меня обдало болью от ожога. Быстро выдернув ногу из облепившего ее песка, я пригляделся к следующей колонне в паре шагов от меня. Учитывая количество различных обломков, бывших когда-то частями постройки, складывается впечатление, что кто-то шарахнул мощным заклятьем по большому зданию, разлетевшемуся от удара на куски, и по этим фрагментам я теперь прыгаю не хуже инсектоида. Кстати, испытание не совсем честное по отношению к другим видам существ. Тот же мотылек его просто перелетит, даже крылышки не замарав и толком не поняв, в чем его сложность. А как быть какому-нибудь здоровяку-ящеру, у которого только нога размером с каменюку, на которой я сейчас стою, и вес, сравнимый с мечеголовом?
Прыжок, чуть задержаться, оценивая соседний обломок стены. Вроде все хорошо. Новый прыжок. Благодаря тренировкам и выпитым эликсирам, особой сложности с перемещением по камням для меня нет. Наконец, последний скачок, и я стою на каменной платформе, в центре которой виднеется переливающийся серебром проход. Оглядываюсь по сторонам. Внимательно всматриваюсь в остатки мозаичного пола, над которыми парит дверь.
«Рэн!» — Тайвари встревожено привлекает мое внимание.
«Вижу», — обрываю я ее.
Тонкие черные щели, слегка припорошенные пылью, усеявшие все пространство возле двери. Что там, лишь Хаос ведает, я проверять не хочу. Короткий разбег, и я прыгаю головой вперед, а подо мной вырастает целый лес из железных пик, выстреливших из отверстий в плите. Но я уже успел влететь в проход.
Легкое обволакивающее сияние, тело словно пробивает собой нечто невесомое, похожее на мыльную пленку, а следом я с размаху падаю и качусь по чему-то липкому и мокрому. Привстаю, оттирая лицо от грязи. Осматриваюсь, оценивая обстановку. Какие-то заболоченные джунгли, из раскисшей земли торчат тонкие, как жерди, деревья, повсюду буйствует растительность. Жарко, влажно, насекомые гудят. Мелкие мошки почти сразу начали виться вокруг меня, пытаясь добраться до желанной крови. Выдержав небольшую паузу, я начал осторожно продвигаться вперед, пытаясь понять, какое испытание готовит мне эта комната. Может, грязь, по которой я иду, начнет засасывать меня подобно пескам или, наоборот, из нее что-то полезет? Лишь Хаос знает, чего мне ожидать. Лучше б не рисковать. Летучая мышь срывается с Активатора, и, взлетев повыше, начинает разведку окрестностей.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Спустя минут пять я уже передвигался по грязевым джунглям достаточно смело. За это время никакие угрозы мне так и не встретились. Мышь продолжала летать впереди шагах в двадцати от меня, исправно передавая сведения о местности вокруг, лишь раз, немного задержавшись возле небольшого дерева, на ветках которого сквозь листву виднелись крупные желтоватые фрукты грушевидной формы. Подойдя поближе, я сорвал один из них. Сперва понюхал, затем надкусил и, почувствовав знакомый вкус, ненадолго задержался, собрав десяток лимаранов и сложив их себе в сумку.
«Ты думаешь, это разумно? — задумчиво спросила Тайвари. — Тратить время на подобные мелочи?»
«С учетом того, что все содержимое сумки и пояса, кроме заявленного, заблокировано, и у меня нет ни еды, ни воды, ни соответствующих карт, думаю, весьма разумно, — ответил я уже на ходу, догрызая сорванный фрукт. — Неизвестно, сколько может продлиться турнир, а лимараны хорошо утоляют жажду и голод, к тому же обладают легким бодрящим эффектом, я уже встречал их раньше во время тренировочных боев на аренах. Задержка в десяток секунд ничего не решит, а если окажется критичной, значит, я изначально делаю что-то не то».
Тут наш безмолвный разговор прервался. Летучая мышь, петлявшая среди ветвей где-то впереди, внезапно пропала. На Компасе ни одной отметки, книга Змей была права, предупреждая, что на подобных турнирах эта функция может оказаться недоступна — очередное скрытое правило. Последнее, что разведчик успел мне передать, это изображение крупного дерева, раскинувшегося в центре странного болота без какой-либо иной растительности. Внимательно прислушался к окружающим джунглям, выждал немного и, не уловив ничего подозрительного, начал осторожно красться вперед, готовый ко всему.
Стоило мне подобраться к краю зарослей, как на открытом пространстве я, наконец, смог увидеть его — стража комнаты, защищавшего точку выхода. Видимо, именно он и убил моего разведчика, не сумевшего вовремя распознать опасность. Рядом с деревом виднелся проход, причем не один: сразу два сияющих портала парили возле него. Все-таки страж — а я-то уже надеялся, что мне повезло, и удастся без боя и испытаний продвинуться дальше! Но нет, теперь понятно, почему, кроме мошкары, на этой арене я не встретил больше ничего. Видимо, этот здоровяк все сожрал. Плотоядный куст-переросток — как-то иначе обозначить найденного монстра у меня бы не вышло. Толстые черные корни извиваются, то и дело выступая из мутной воды, активно двигаясь и неспешно перемещая массивное тело. Тонкий черный маслянисто поблескивающий ствол, словно свитый из десятков тугих канатов, а вверху — плотная шапка из ветвей, покрытых густой темно-зеленой листвой.
Интересно, ну и как я должен убивать ЭТО без серьезных заклятий или поддержки существ?! Я с сомнением рассматривал своего противника, думая, что предпринять. И план начал потихоньку созревать.
Спустя пару минут у меня в руках появился арбалет. Колчан уже забит болтами: огненными вперемешку с кислотными. Осталось себя похвалить, что бронебойных брать не стал. Еще раз осмотрел будущее поле битвы: все свободное пространство покрыто густой вязкой грязью, которая будет липнуть к ногам, мешая быстрому передвижению и ставя под угрозу весь план. И тогда свою дальнейшую судьбу я вижу весьма отчетливо: мои кости навеки останутся в этом болоте.
Замысел мой был весьма прост: расстрелять растение издали, активно перемещаясь вокруг него. Судя по всему, эта тварь может передвигаться, но не слишком быстро. Я бы вообще начал бой, не выходя на открытое пространство, если бы не одно но: мое оружие после преобразования бьет не так далеко, как раньше, и болты отсюда противника могут просто не достать, а бегать по грязи… Хотя, зачем мне делать это самому? Туманный лев возникает рядом со мной, и, едва появившись, осторожно втягивает воздух ноздрями, подозрительно косясь на меня. Подойдя ближе, я уселся в седло, поправил колчан и толкнул коленями льва вперед к плотоядному дереву, уже заметившему нас и тут же замершему без движения, явно надеясь, что жертва подойдет ближе, дав шанс себя сожрать.
