Читаем без скачивания Истории, рассказанные у камина (сборник) - Артур Дойл

Сам дом, построенный лет двести назад, был старым и ветхим. Две ночи мы провели в ожидании необычных проявлений. Первая ночь прошла спокойно. На вторую ночь доктор Скотт нас покинул, и я остался с мистером Подмором и молодым человеком, сыном хозяина дома. Мы, разумеется, соблюли все меры предосторожности, которые должны были изобличить любое жульничество, натянули шерстяную нить на лестнице и так далее.

Когда леди уже легли спать, а мы начали подозревать, что вторая ночь пройдет так же безрезультатно, как и первая, внезапно раздался ужасный шум. Звук был такой, словно кто-то колотил по столу тяжелой палкой. Дверь гостиной была открыта, а грохот шел по коридору.

Мы бросились на кухню, откуда, как нам показалось, исходил шум, однако ничего там не увидели, и нити на лестнице разорваны не были. Остальные вернулись в гостиную, но я остался там в полной темноте, надеясь, что шум повторится. Шум не повторился, и мы так и не смогли пролить свет на эту загадку. Единственным результатом нашей поездки было то, что мы убедились в определенном соответствии услышанного нами прочитанному в деле.

Однако у происшествия этого оказалось неожиданное продолжение. Через год или около того этот дом сгорел. Неизвестно, был ли пожар как-то связан с тем шаловливым фантомом, жившим там, но интересно то, что в саду нашли скелет десятилетнего ребенка. Об этом мне сообщили родственники той несчастной семьи.

Некоторые люди думают, что молодая жизнь, прерванная неожиданно, могла оставить после себя некий запас неизрасходованной жизненной энергии, которая нашла выход в столь необычных проявлениях.

В Обществе у меня не потребовали отчета об этом случае, но Подмор прислал свою версию событий, в которой приписал шумы молодому человеку, хотя, когда началось беспокойство, он, по сути дела, находился рядом с нами. Так что объяснение Подмора совершенно невозможно. Я думаю, что, если мы хотим выяснить истину в этом вопросе, то должны критически подходить не только к самим психическим проявлениям, но и ко всем так называемым «разоблачениям». К сожалению, в некоторых случаях разоблачение является чистой воды мошенничеством со стороны самих критиков.

Мне на память приходит еще один любопытный случай. Вскоре после окончания войны я получил письмо из Хэмпшира{138} из города Олтона от одной вдовы, муж которой был заслуженным воином. Она писала, что жизнь ее превратилась в сплошной кошмар из-за постоянного шума, который она слышит у себя дома. К несчастью, в другое место она переехать не могла.

Эта леди сама являлась сильным медиумом и была наделена даром автоматического письма. Воспользовавшись своими способностями, она выяснила имя того, кто не давал ей покоя. Впоследствии, наведя справки, она узнала, что человек с таким именем действительно жил в ее доме около шестидесяти лет назад. Поинтересовавшись у него, почему дух его не находит покоя, она получила ответ, в котором говорилось о том, что в чулане за стропилами спрятаны некие важные для него бумаги.

Сообщение это пришло совсем недавно, так что чулан еще не успели осмотреть. Это было ужасное место, забитое старой мебелью и другим хламом, покрытым толстым слоем пыли. Час или даже больше я в брюках и рубашке ползал под стропилами, пытаясь найти эти бумаги. Обнаружив, что там когда-то проходил шнур от звонка, я подумал, что те люди, которые проводили шнур, наверняка должны были заметить любой спрятанный за потолочными балками пакет. Поэтому, весь потный и в пыли, я вернулся в гостиную, и, не откладывая дела в долгий ящик, мы прямо на месте провели спиритический сеанс, в котором я обратился к невидимому собеседнику и объяснил ему, что бумаги, если когда-нибудь и находились в чулане, то их давно уже оттуда забрали.

Я упрекнул его в том, что он лишает покоя нынешнюю хозяйку дома, и попросил его не думать больше о земных вещах, а устремить помыслы к верхним сферам. Когда я спросил его, последует ли он моему совету, последовал ответ: «D.V.»[15].

Я полностью осознаю, что это очень подозрительный и спорный случай, но с того дня шумы прекратились, и через какое-то время я получил от этой леди письмо, в котором она уверяет меня, что атмосфера в ее доме стала самой мирной.

Так что в Олтон я ездил не зря.

VIII

Между двух миров[16]

В этом эссе я предлагаю обсудить свидетельства существования невидимых для обычных глаз элементарных форм жизни, которые обитают на той же планете, что и мы. Мне кажется, что в этом нам очень помогут наши познания в области эфирных вибраций, являющихся проводником для радиосообщений, и что сегодня мы готовы понять то, что всего несколько лет назад, за неимением подходящей аналогии, казалось совершенно немыслимым. Давайте предположим, что Лондон – единственный город, на волну которого настроены заложенные в нас приемники. Мы не будем догадываться о существовании других городов. Примерно так мы реагируем на материальный мир, как правило, считая, что других не существует. Однако стоит лишь слегка изменить вибрацию или длину волны, и мы узнаем, что кроме Лондона есть Париж, Берлин, Константинополь. Если применить эту аналогию к психическим вибрациям, она мне кажется очень близкой. Как говорил Парацельс{139}: «Ut infra, ita supra» («Как внизу, так же и вверху»). Все мироздание пронизывает единообразие. Ясновидец, который имеет дар, позволяющий ему выходить на связь с бестелесными существами, похож на того радиослушателя, который переключается с волны на волну. В своем желании быть понятым другими людьми он испытывает такие же трудности, какие испытывал бы владелец настраиваемого радиоприемника, если бы весь остальной мир принимал только одну волну.

Можно предложить еще одно сравнение. Мы не находим ничего странного в идее о том, что водные пучины населяют плавающие существа, которых обычно мы видеть не можем, но которые время от времени выползают на берег лишь затем, чтобы, полежав на песке под солнцем, снова вернуться в неведомое. Если бы это происходило не так часто, и если бы было так, что кто-то мог видеть таких животных отчетливее других, это стало бы причиной весьма интересных дискуссий, поскольку скептики с умными лицами заявляли бы: «Наш опыт говорит о том, что на суше обитают только сухопутные существа, и мы отказываемся верить в существ, которые могут перемещаться из воды на сушу и обратно. Если вы их нам предъявите, тогда мы подумаем над этим вопросом». Перед лицом такой здравой логики очевидцу остается только пролепетать, что он видел этих существ своими собственными глазами, но управлять их перемещениями он не в силах, и в конечном итоге победа останется за скептиками.