— Спасибо, — пылко поблагодарил Кристоф Фиону, а затем он замолчал на некоторое время, потому что был слишком занят, целуя ее. И в то же самое время он входил членом в ее теплое, влажное лоно, погружаясь все глубже и глубже. Девушка отвечала на каждый толчок. Он не мог ею насытиться, а хотел ее снова и снова всеми возможными способами.
Он желал владеть ею всегда. При этой мысли, он начал входить в нее еще глубже.
Лоно Фионы напряглось вокруг его плоти, а ее пальцы впились в его плечи.
— Я… о, я кончаю, Кристоф. Пожалуйста, сильнее. Быстрее.
— Я готов на все для моей дамы, — ответил воин, дыша резко и часто. Он обхватил ее бедра, поднял ее со стола, удерживая весь ее вес на руках, и стал двигаться все сильнее, глубже и быстрее, пока партнерша не напряглась вокруг него и не начала изгибаться в его объятиях. Он захватил ее крик со ртом и снова толкнулся в нее, выпуская свое семя, полившееся в ее гостеприимное жаркое лоно.
Когда они оба, наконец, испытали оргазм, Кристоф опустил Фиону спиной на стол и осторожно, с сожалением, вышел из нее. Они оба тяжело дышали, поэтому не могли говорить, так что воин выудил из кармана носовой платок, которым его так кстати снабдил Хопкинс, и протянул кусочек ткани партнерше.
— Спасибо. Мне кажется, что вон там есть салфетки, — прошептала Фиона, щеки которой снова заалели. Она была такой соблазнительно противоречивой: одновременно распутница и сама невинность, его женщина.
Его женщина. Кристофу это начало нравиться.
Возможно его околдовали, но даже если так, это было обычное влечение между мужчиной и женщиной. Когда-то воин считал, что ему подобного никогда не испытать. То, что у них происходит — не просто секс.
Он отбросил эту мысль подальше, собираясь подумать об этом позже. Они привели себя в порядок, и Кристоф снова поцеловал Фиону. Долгим, неспешным, нежным поцелуем.
Она глубоко вздохнула.
— Готов пошататься по барам?
— Могу ли я тебя от этого отговорить?
— Нет. Мы же партнеры, если ты не забыл?
Он взял ее руку.
— Ты не должна отходить от меня ни на шаг, а если я говорю «беги», значит ты бежишь. Поняла?
— Отлично.
— Хорошо, давай, за дело. И, Фиона?
— Да?
— Это теперь мой самый любимый музей.
Они направились к машине, а Фиона покраснела, как мак.
Глава 19
Когда Гидеон вышел из музея, слегка заостренные кончики его ушей почти пылали. Кем или чем бы ни был этот выскочка Кристоф, Гидеон насладится каждой секундой запланированных им для этого человека пыток. Как он посмел коснуться Фионы? Она предназначена Гидеону. Она будет принадлежать ему и только ему. Очень долгое время. Возможно, вечность, если он соизволит поделиться с ней эликсиром до того как пресытится ее обществом. Вид Фионы в объятиях другого мужчины разжигал в Гидеоне жажду превратить весь музей в развалины, похоронив под обломками всю эту аристократию. Несомненно, это не было бы невосполнимой потерей для остального мира.
Однако, учитывая его текущие планы, это не очень хорошая идея. Тем не менее Гидеону хотелось отыграться на ком-нибудь, выпустить пар, но Мейв, маленькая трусиха, не сказав ни слова, унеслась в своей машине, и вот теперь он исходил яростью на заднем сиденье своего автомобиля, как старый английский лорд с половой дисфункцией, роль которого Гидеон исполнял.
Довольно. До его встречи с Телиосом еще несколько часов, но с каких пор лорд фэйри обязан придерживаться графика?
— Останови машину, — приказал он водителю. — Я выйду здесь.
Водитель, по крайней мере, вымуштрован отлично, поэтому не стал спорить. Он моментально среагировал и резко затормозил, Гидеон вышел. Он быстрее преодолеет расстояние, используя свой способ передвижения, точно зная, куда отправиться. Станция метро Святой Марии на Уайтчэпел Роад.
Немного преломив свет и совершив пространственный прыжок, Гидеон, с отвращением оглядываясь вокруг, оказался на постоянно закрытой станции лондонской подземки. Несколько горящих факелов освещали темноту тусклым светом. Большинство вампиров не являлись приверженцами чистоты, а Телиос не был исключением.
По крайней мере, вокруг не валялись обескровленные тела, хотя смрад свидетельствовал об их недавнем присутствии. Омерзительная вонь разлагающейся плоти была удушающей в этом замкнутом пространстве.
— В чем дело фэйри? Слишком темновато для тебя? — голос Телиоса скрежетал как и всегда, но в этот раз это раздражало чуть сильнее. Возможно он звучал более самодовольно.
Гидеон с наслаждением раздавит наглеца.
— Ты знаешь историю этого места? — Телиос указал на булыжники, сваленные в кучу рядом с заложенной кирпичами платформой. — Открыта в 1884 году. Идеальный для меня период, ведь с того времени это складское помещение неподалеку от платформы всегда было прекрасным укрытием. Я отобедал несколькими рабочими. Но станцию закрыли в конце 1930-х. Некоторое время ее снова использовали во время Второй мировой войны как бомбоубежище во время воздушных атак, но бомбы разнесли здание на куски. Очень жаль. Было очень легко урвать парочку глупцов, рванувших в темноту, чтобы избежать опасности. Чтобы не погибнуть от бомбы, понимаешь? Не очень эффективно, когда во тьме поджидает верная смерть. — Он захихикал и исполнил, жеманничая, что-то вроде танца. — Теперь, когда сюда никто никогда не приходит, это мое. Все мое.
Гидеон оскалил зубы. Вампир действительно псих. Но Гидеон не волновался на счет сумасшествия, пока Телиос не заполучит меч.
— Ты достал его?
— Возможно, — Телиос закончил танец и бросил на Гидеона уж слишком проницательный взгляд.
— И что это значит? Либо он у тебя, либо нет. Остерегайся моей ярости, крадущийся в ночи. Со всеми своими претензиями, ты не бессмертен. — Гидеон воззвал к земле, желая получить силу, но он слишком долго был отгорожен, чтобы собрать достаточно энергии. Хотя от вампиров нельзя было напитаться жизненной силой, он бы с удовольствием или, по крайней мере, но, в любом случае, с удовлетворением, уничтожил бы именно этого вампира.
Все же, сейчас ее время. Сначала нужно получить этот меч.
— Он у меня, — сознался Телиос. — Только не здесь. Меня почти поймали, поэтому я спасался бегством. Пришлось припрятать его. Я вернусь за ним сегодня. Ходят слухи, что другие вампиры тоже ищут меч. И оборотни. Что в нем такого особенного?
— Сейчас же, идиот. Добудь его немедленно. Мне нужен этот меч, — взревел Гидеон, сжав кулаки и вытянув руки по швам. Его планы сорвались за один вечер дважды — это слишком для лорда фэйри, воля которого выполнялась беспрекословно веками. Третьего раза не будет.
