и теперь хочет знать у меня, что ей делать, когда её жизненный опыт не может дать ответ на этот вопрос. И не её вина, что на нас вышли враги. И на пацанов с болтушкой я зря сорвался — будь у нас эти семь минут, мы не сильно смогли бы подготовиться за это время. Хотя они все равно косоглазые идиоты с грязью вместо мозгов…
Я отвернулся от Киры и громко скомандовал:
— Собирайтесь! К школе побежите. Надеюсь, в ваших куцых куриных мозгах остался маршрут пройденного пути.
Я-то со своей ловкостью и навыками и из-под носа противников смогу свалить. Да и проверю с помощью товарищей, успели ли нас окружить, пока эти дураки смотрели на задницу девчонки.
Подростки заметались, собирая вещи, а я следил за отрядом в две дюжины человек, которые неторопливо и уверенно приближались к нашей ставке. Ещё минут двадцать, и можно будет бить: и нам, и им.
— Командир… — неуверенно окликнул меня Фриз. Впервые кто-то из них обратился ко мне по должности.
— Да?
Я обернулся и проследил за вытянутым пальцем пацана на вершину бархана. Там верхом на огромном и уродливом пауке сидел адепт в форме противника. На соседнем бархане — еще один. И вряд ли их там всего двое, таких красивых. Отступить у ребят точно не получится — загонят, как зайцев псами, а потом — будут обстреливать с расстояния, пока не убьют.
Черт.
— Отмена сборов! — с скомандовал я. — Таскайте землю и камни на площадку.
Сам я зашёл в подвал, осмотрел недоделанную печать и понял — завершить или экстренно переделать ее во что-нибудь полезное не выйдет. Не получится за двадцать минут создать нечто такое, что переломит ход битвы. Даже у Апелиуса не вышло бы: выжигание знаков бао — не челночный бег, здесь увеличение скорости к хорошему не приведет.
Я основательно подготовился к походу. Теперь же пришлось пожинать плоды подготовки.
Я достал из рюкзака девять заполненных накопителей, заткнул за пояс ультимативный жезл, взял железный шест и вышел из подвала. За пол минуты наполнил десятый накопитель и спрятал по периметру руин глубоко под песок восемь из имеющихся накопителей, оставил при себе только два — один в левую ладонь, другой — в мешочек на поясе, откуда я выбросил артефакт связи: накопитель важнее.
Надо было сделать на ноги тканевые утяжелители, где груз можно вставлять в кармашки, чтобы можно было засунуть в них накопители, и не тратить время на возню с маскировкой. Но я в тот момент отогнал от себя такую мысль: думал, мол, в бою, где мне понадобятся сразу десять накопителей, на мне можно будет сразу поставить точку. А потом понеслось: тренировки с Апелиусом, рост опыта…
Я прикинул расстояние до адептов на пауках, попытался вызвать на них заклинание, чтобы хотя бы определить ранги, но заклинание выдало лишь знаки вопроса. Понятное дело — они сидят не двигаясь, и заклинанию неоткуда брать информацию. Жаль, я не разбираюсь в фасонах и расцветках форм их школы. Но с другой стороны, раньше оно мне и не требовалось, для зубрежки были вещи важнее.
Увы, я не успею добежать до этих бравых ребят: барханы — не слишком удобная трасса для бега. Да и на месте противника я вообще стартанул бы от человека, который в одиночку бежит навстречу двум спецам на пауках, а потом обстрелял его с расстояния: это и немногочисленный отряд противника разделит, и возможный злой план поломает.
Мой резерв был полон, поэтому я указал своим, где буду ставить трамплины, и, собственно, начал их ставить: хоть ноги тварям переломают. Для адептов, кто умеет смотреть на мир энергетическим зрением, это не должно стать помехой, но все-же им придется действовать осмотрительнее и учитывать наличие ловушек.
Пока мы подготавливались к битве, противник не дремал. Адепты изрядно сократили расстояние: до них оставалось сотни полторы метров — ровно столько, чтобы мы до них не дотянулись. Трое командиров на пауках, размером побольше, чем у других, распределяли роли. Наверное, трехранговые. Черт, целых трое… Видимо, решили потренироваться на сидящей в руинах пятерке придурков, прежде, чем идти в реальную битву.
Обычные адепты развернули ядоплюй. Я видел, как в широком дуле оружия появился и начал нарастать темно-зеленый шар, а потом громыхнуло и снаряд пролетел почти до самого барьера, чтобы рухнуть, и, взметнув волны песка, расплескаться по площади в три квадратных метра. Раздались крики, и бандуру стали подготавливать для следующего залпа.
Пацаны медитировали и таскали наверх землю, девушки занимались тем же, я же швырялся трамплинами и думал, стоит ли пытаться прорваться через двух адептов, или там их больше, чем два, и вместо рискованного прорыва я вглупую покину руины, в которых хотя бы побегать можно? В конце концов я выбрал ожидание. Если что, подпущу адептов поближе, устрою бурю и попробую сбежать под ее прикрытием. Если получится — трехранговые адепты — те еще монстры, и среди них вполне может найтись воздушник, который перехватит у меня контроль над бурей, или меня самого этой бурей прижмет.
Второй залп был удачнее для противника — они попали в купол, но снаряд — как понимаю, полностью состоящий из призванной кислоты, без малейшей физической составляющей — исчез с громким шипением. До нас донесся разве что едкий запах.
Противники лишь пожали плечами — посовещавшись, главная тройка скомандовала оставить ядоплюй с мешками в покое, разбила подопечных на четыре команды по четыре человека, которые выдвинулись на нас, расходясь по широкой дуге. Позади каждой из трех команд двигался адепт на пауке. До нас долетел командный крик, и противники побежали к руинам.
Я показал пальцем на команду слева, оставшуюся без прикрытия:
— Как только подойдут достаточно близко, бейте по ним всем, чем можете.
— А остальные? — напряженно спросила Кира.
— Хотя бы этих убейте, прежде чем за остальных браться.
Когда противники подошли метров на восемьдесят, Фриз метнул первый каменный шип, но заклинание отскочило от невидимой преграды энергетического щита. Ну ничего, сейчас протестирую мощность получившегося артефакта.
Я потянул из-за пояса жезл. Пришла пора проверить его на людях. А
