Ладно, она, в конце концов, в излишней и вообще болтливости не замечена. Пусть сидит, слушает. Тем паче все равно потом постаралась бы выжать из меня большую часть того, о чем мы говорили в ее отсутствие.
— Надеюсь, Вик, ты позвал меня не просто перед камином посидеть, — устало проворчал Степлтон, пальцами массируя виски. — Прости, друг... не хотел показаться грубым. Усталость.
— Не считаю это грубостью. И понимаю, что у тебя слишком много дел, особенно с нашими ирландцами. Кстати, как они на твой взгляд?
— Неплохо, — высказался Вильям, подтверждая мои собственные впечатления. — Их не надо заставлять, это добровольцы-наемники. Некоторые из них уже умели обращаться с оружием. К тому же ты сам сказал не уделять внимание муштре. В строю смотреться будут так себе, но стрелять, совершать пешие марши и даже ездить на лошадях способны.
— А когда станут на один уровень с кадровыми?
— Бог ведает... Джонни вроде уже нашел нескольких отставников, готовых заработать. Они помогут в обучении наемников.
— Инструктора из бывших военных — это хорошо Но к весне наши люди уже должны представлять из себя организованную силу. К весне...
Я то помнил, с какого времени начнется настоящая война. Равно как и про то, что мобилизацию объявят несколько ранее. Именно тогда лучше заявить о себе в первый раз. Во всеуслышание, чтобы ни у кого и сомнений не было в моем праве быть не просто «солдатом Конфедерации», но одним из командиров. Только так реально сделать себе имя, чтобы одновременно влиять на принимаемые политиками решения и вместе с тем получить авторитет в армейской среде. Ограничиться чем-то одним — большая ошибка.
В отличие от меня. Степлтон не обладал «послезнанием», но возражать не собирался. Просто потому, что мои слова были вполне логичными. Война, вполне вероятная по мнению большинства южан, должна была начаться в удобное время. То есть не зимой. Зимняя кампания... С нее редко когда начинают. Да и время «на раскачку» конфликта требовалось. Как для одной, так и для другой стороны.
— Сделаем все, что сможем,— голос Вильяма звучал хоть и устало, но уверенно. — Вик... А сколько всего ты собрался завербовать людей?
— Пока не более пары сотен. Больше даже с нанятыми инструкторами не осилим.
— Пока?
— Когда пожар войны разгорится, можно будет стоить более смелые планы. Но я даже не об этом. Я тут слышал, что сторонники отделения то ли уже собрались на совещание, то ли только собираются...
— Мой отец тоже это слышал, — подтвердил Степлтон. -Собираются. В Южной Каролине. Где именно — он не знает. Тебе это нужно?
— Не особенно,— ухмыльнулся я.
Да и что тут знать? Эббивилл, вот название того городка, где пройдет собрание сторонников отделения южных штатов. Совсем скоро, практически на днях. Только меня интересует не это событие, а то, которое последует вскоре после него. Выборы губернатора штата, затем, через пару дней, собрание делегатов из всех городов штата и... Принятие решения об отделении, о выхода штата из состава США. Ключевая точка, которую лично я не хочу пропустить. Поэтому...
— Думаю, нам стоит задуматься о том, чтобы «выгулять» первую полусотню наших наемников в Колумбии, столице Южной Каролины.
— Зачем? — опешил Степлтон.
— Ну как же. Есть у меня уже оформившиеся мысли, что если сторонники отделения собираются в Южной Каролине, да там еще и выборы губернатора в декабре состоятся... Понимаешь?
— Не очень.
-Наверняка именно там и провозгласят отделение от Севера. Далеко от мест, где есть сторонники Линкольна. Только что избранный губернатор, которому никак не откажешь в том. Что он не соответствует желаниям народа. Да и Южная Каролина — твердый в своих убеждениях штат. Я думаю, что шансы очень велики. Нам стоит поставить именно на эту карту.
— Хочешь, чтобы тебя запомнили.
Улыбаюсь в ответ. Мария... Сообразительная, да и реакция хорошая. Последние слова вылетели из ее рта, опередив явно собиравшегося сказать нечто похожее Вильяма. А ведь до сего момента молчала, лишь внимательно слушая. Напомнила же о своем тут присутствии только тогда, когда представилась очень удачная возможность.
— Верно, сестренка. Полсотни с иголочки одетых, хорошо вооруженных бойцов... Это не то, что легко забыть. Зачем появились? Выразить поддержку первым из тех, кто осмелился не словом, а делом дать отпор Линкольну и его своре. И не просто появиться, но заявить о себе еще и словами. Думаю, полсотни ружей — неплохой аргумент для того, чтобы командир отряда имел возможность переброситься хотя бы несколькими словами с губернатором или кто там еще будет из власть имущих.
Вот тут Степлтону объяснять ничего не требовалось. Потомок британских аристократов понимал, что показать часть имеющейся у тебя силы только-только формирующейся власти — дело очень полезное. Особенно если не стремиться получить выгоду незамедлительно, а сработать на перспективу. Кстати, не такую и далекую.
— Это сильный ход, Виктор. Надеюсь, я буду тебя сопровождать?
— Конечно, — легкая и понимающая улыбка. — Семья Степлтонов довольно известна на Юге. В Южной Каролине также...
В отличие от Станичей, которые все же иного полета птицы. Так что присутствие рядом Вильяма сильно поможет в тех случаях, когда потребуется разговаривать с местными влиятельными персонами. А их в Колумбии — столице штата — явно соберется очень большое количество.
Что же до губернатора, которого должны будут избрать... О, это личность по своему весьма примечательная. Френсис Пикенс — бывший посол США в России. Сам то он ничего такого особенного из себя не представлял, зато его жена — это совсем иное дело. Люси Пикенс, в девичестве Холкомб. В отличие от ранее виденных при русском дворе американок — весьма далеких от изящных манер и высокого интеллекта — Люси произвела крайне благоприятное впечатление. Причем впечатление не только на придворных, но и на самого императора Александра II. Ходили даже упорные слухи, будто император, всегда являвшийся большим ценителем женщин, в конце концов перешел с Люси Пикенс к совсем уж тесным отношениям. А это многого стоило. Особенно для моих планов.
Как ни крути, а именно Люси Пикенс станет чуть ли не самой популярной женщиной Юга. Она передаст свое немалое состояние, включая подаренные императором Александром драгоценности, на нужды армии. Будет всеми своими силами помогать и мужу в его делах, и Конфедерации в целом. И вообще, портрет на долларовой и стодолларовой купюре Конфедерации просто так не появляется. Это весомый знак признания! Следовательно, упускать возможность навести мосты с семейством Пикенсов упускать точно не стоило. Уже сейчас.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
