Читаем без скачивания Религия древних кельтов - Джон Маккалох

Уже упоминался культ бога-свиньи Моккуса. Кабан был божественным символом на знаменах, монетах и алтарях, и были обнаружены многочисленные бронзовые изображения этого животного. Это были храмовые сокровища, а в одном случае кабан был трехрогим. Но он стал символом богини, как это заметно по алтарям, на которых он сопровождает богиню, возможно богиню плодородия, и по бронзовым изображениям богини, сидящей на кабане. В Британии встречаются алтари, на которых это животное может быть символом – «каледонским чудовищем» из поэмы Клаудиана. Галатские кельты и в Нагорье всегда воздерживались от поедания плоти свиней. Это уже проявление тотемизма. Но свинья почитается в Ирландии, а в текстах говорится о чудовищного размера свинье, являющейся основной пищей на знаменитых пиршествах. Возможно, это были легендарные формы почитания старых богов-свиней на жертвенных праздниках их плоти. Магическая свинья была также бессмертной пищей богов. Но кабан был табу для некоторых людей, например для Диармайда, хотя, возможно, это является напоминанием об ограничениях в отношении кланового тотема. В уэльской истории свинья происходит из Элизиума, – миф, объясняющий начало процесса ее одомашнивания, хотя этот процесс подразумевает, конечно, более древнее происхождение культа животного. Когда животные становятся домашними, старые культовые ограничения снимаются. По этой причине галлы, которые поклонялись антропоморфному богу-свинье, торговали этими животными и, возможно, ели их. В уэльской истории говорится также о магическом кабане Тврх Трвит, на которого охотился Артур, – возможно, это сказочная реминисценция о божественности кабана. Топонимы также указывают на культ свиньи, и напоминания о ее божественности, возможно, лежат в основе многочисленных ирландских историй о волшебной свинье. Магическая свинья, которая вышла из пещеры Круахан и уничтожила молодые посевы, напоминает о териоморфном духе зерна в его случайном разрушительном аспекте. Кости свиньи, иногда кремированные, были обнаружены в кельтских могилах в Британии и в Гальштадте, и в одном случае животное было похоронено одно в кургане в Гальштадте, так же как священных животных хоронили в Египте, Греции и в других местах. Когда животное было похоронено с умершим человеком, это, возможно, было жертвой духу или богу подземного мира.

Факт обожествления змеи доказывается появлением рогатой змеи с двенадцатью римскими богами на галло-римском алтаре. В других случаях рогатая или бараноголовая змея появляется как атрибут бога, и мы видели, что бараноголовая змея может быть слиянием змеи как хтонического животного с бараном, жертвуемым умершему. В Греции Дионис имел форму и быка, и рогатой змеи; возможно, рога произошли от символики быка. С. Рейнак утверждает, что примитивные элементы орфического мифа о фракийском Дионисе-Загреусе – божественных змеях, порождающих яйцо, откуда произошла рогатая змея Загреус, – встречаются в искаженной форме в Галлии. Там считалось, что обвивающие змеи порождают магическое яйцо, а рогатой змее поклонялись, но это не было связано с яйцом. Но возможно, некогда они были связаны, и если это так, то это могло послужить основой распространения как греческих, так и кельтских религиозных представлений во Фракии. Однако это может быть простым совпадением, поскольку рогатые змеи известны и в других мифологиях; возможно, рога – это символ божественности. Рогатая змея иногда сопровождает бога, у которого есть рога, возможно Цернунна, бога подземного мира, в соответствии с хтоническим характером змеи. В цикле о Кухулине Лоэг во время посещения потустороннего мира видел двухголовых змей, – возможно, это еще один намек на этот аспект животного.

Во всех этих культах животных видны тенденции делать божественное животное антропоморфным. Теперь мы должны рассмотреть некоторые примеры полного антропоморфного процесса.

2

Старый культ медведя уступил место культу медвежьей богини и, вероятно, медвежьего бога. В Берне – старый кельтский топоним, означающий «медведь», – была обнаружена бронзовая группа с богиней, держащей патеру с плодом, и медведем, приближающимся к ней, как будто для того, чтобы полакомиться плодом. Надпись гласит: «Deae Artioni Licinia Sabinilla». Местный культ медведя некогда существовал в Берне, и до сих пор о нем напоминает присутствие там известных медведей, но божественный медведь уступил место богине, чье имя и символ были медвежьими. От древнекельтского «Артос» (жен. «Арта»), «медведь», произошли различные божественные имена. Из них Деа Артио(н) означает «богиня-медведица», а Артайос, эквивалентный Меркурию, возможно, был богом-медведем. Другая богиня-медведица, Андарта, почиталась в Дие (Дроме), – это слово, возможно, означает «сильный медведь», а «Анд-» – увеличительный суффикс. Многочисленные имена, произошедшие от «Артос», возможно, являются свидетельством широко распространенного культа медведя, и это слово также встречается в уэльских и ирландских личных именах – Артхмаэл, Артхбиу и, возможно, Артур, и многочисленных «Арт» – в ирландских текстах. Происхождение от божественного медведя видно также в именах, подобных уэльскому Артген, ирландскому Артиган (от Артигенос, «медвежий сын»). Другим кельтским именем для обозначения медведя было галльское «мату», ирландское «матх», встречающееся в имени Матугенос («медвежий сын») и в Мак Махон, которое является искаженной формой Мак-матх-гхамхайн («сын медвежьего сына», или «медвежий»).

Подобным образом культ оленя, по-видимому, уступил место культу бога с оленьими рогами, изображенному на многих барельефах и, вероятно, связанному с подземным миром. Олень, как любитель поедать пшеницу, возможно, считался воплощением духа зерна, а затем был связан с областью «под землей», откуда вырастала пшеница, – по одной из тех инверсий мысли, которые столь распространены на стадии перехода от богов животных к богам с животными символами. Лосю, возможно, поклонялись в Ирландии, а трехрогий олень – персонаж одной истории в саге о Фионне. Его третий рог, подобно третьему рогу быка или кабана, может быть знаком божественности.

Лошади также поклонялись, но богиня Эпона (галльское «эпос», «лошадь»), покровительница лошадей и ослов, заняла ее место и имела далеко распространившийся культ. Она едет на лошади или кобыле с жеребенком, или находится среди лошадей, или кормит лошадей. Изображение кобылы, кормящей грудью жеребенка, – рисунок, аналогичный тем, на которых Эпона кормит жеребят, – показывает, что не была забыта ее первичная лошадиная сущность. Галлы разводили лошадей, а Эпона была богиней ремесла; но, как и в других случаях, культ лошади, должно быть, предшествовал ее одомашниванию, а ее мясо, возможно, съедали, и если съедали, то только в виде таинства. Наконец, божественная лошадь стала антропоморфной богиней лошади. Ее изображения были помещены на некоторых надписях, а статуэтки были найдены в конюшнях или в казармах кавалерии. Остатки этого культа были обнаружены в долинах рек Дунай и Рейн, в Восточной Галлии и в Северной Италии – кельтских регионах, – но повсюду изображение Эпоны носила римская кавалерия, завербованная из кельтских племен. Эпона связана с символами Матерей-богинь, причем одна надпись гласит: «Эпонабус», как будто была группа богинь с именем Эпона. Богиня, которая способствовала плодовитости кобыл, легко ассоциируется с богинями плодородия. Эпону, возможно, также путали с речной богиней, которая воспринималась как «горячая лошадь». Эту форму принимали духи воды, и Матери-богини были также богинями реки.

Статуэтку лошади, с посвящением богу Рудиобусу, неизвестному в других случаях, возможно, носили в процессиях, в то время как мул имеет посвящение Сегомо, приравниваемому в другом месте к Марсу. На нескольких надписях упоминается бог мулов Мулло, также эквивалентный Марсу. Связь с Марсом обнаруживается в том факте, что октябрьскую лошадь жертвовали ему ради плодородия, – видимо, лошадь была связана у кельтов с плодородием. Лошадь приносили в жертву и кельты, и тевтонцы на праздник дня летнего солнцестояния, несомненно, как божественное животное. Следы этой кельтской традиции сохранились в местных легендах, и они могут интерпретироваться в более полном свете тевтонских обычаев. В Ирландии был обычай: человек с головой лошади мчался через огонь и, как предполагалось, символизировал весь скот; другими словами, он был их заместителем. Легенда о Эах Лабре, лошади, которая жила в кургане и каждый год в канун дня летнего солнцестояния выходила из него, чтобы дать наставления на наступающий год, возможно, связана с жертвоприношением лошади в день летнего солнцестояния. У тевтонцев лошадь была божественным жертвенным животным и была также посвящена Фрейру, богу плодородия, в то время как голову лошади бросали в костер в день летнего солнцестояния. Лошадь время от времени рассматривалась как представитель духа зерна, а в Риме октябрьскую лошадь приносили в жертву в этом качестве ради плодородия. У кельтов лошадь, пожертвованная в день летнего солнцестояния, возможно, символизировала дух растительности и приносила пользу всем домашним животным, – старый обряд, описанный выше.