Читаем без скачивания Секретные поручения 2. Том 2 - Данил Корецкий

– Ну, Петровский, – сказал он с какой-то даже веселостью в голосе. – Где какая срань случится, там обязательно твои пальчики, а?

Денис промолчал. Курбатов устроился в кресле поудобнее, высоко закинув ногу на ногу, достал сигарету и закурил, выпустив в потолок плотный конус сизого дыма.

– Хорошо. А остальные приборы – чьи?

– Об этом я и пришел рассказать, – сказал Денис.

Курбатов с улыбочкой разглядывал его, явно наслаждаясь моментом.

– Ну тогда рассказывай, Петровский, рассказывай!..

Рапорт возымел неожиданно мощное действие. Уже к вечеру следующего дня Белов вызвал Дениса на явочную квартиру, где выдал ему спецпропуск на завод «Прибор», открывающий свободный доступ к засекреченным материалам, и от лица замначальника областного управления ФСБ товарища Заишного выразил надежду на скорое и благополучное течение расследования.

– На этот момент ты – наша головная боль номер один, и управление все сделает, чтобы снова почувствовать себя здоровым организмом, – инструктировал Белов, сидя верхом на обшарпанном стуле и бросая косые взгляд на экран беспрерывно звонящего мобильного телефона. Вызовы Белов отклонял.

– Но продлится это недолго, и других болячек хватает, которые вот-вот вылезут. Так что пользуйся, пока дают. Обеспечим тебе архивы, охрану, машину, живую силу, ну и каналы связи – в любое время суток и без очереди. Как ветерану соцтруда и ВОВ. Вопросы есть?

– Мне нужна информация о первых лицах завода. Директор, замы, начальники лабораторий и цехов, старшие научные сотрудники… Все, что у вас имеется.

Белов достал из портфеля и положил перед ним папку с бумагами. Денису подумалось, что папка могла быть и потолще.

– Скажу сразу – интересного мало, – прокомментировал Белов. – Кадровый фильтр при устройстве на «Прибор» мощный. Так что искать будешь не здесь, а – там. На месте.

Денис просмотрел папку – это были ксерокопии из личных дел и досье, по три-четыре листика формата А4 на каждого начальника. Родился там-то, учился там-то, трудовую деятельность начал там-то, зарекомендовал себя как грамотный специалист… и так далее. В самом деле – ничего интересного. Правда, Денис наткнулся на знакомую фамилию – Пименов Николай Васильевич, начальник отдела кадров. Как Денис и предполагал, старый зануда был полковником КГБ в отставке, третью звезду на погоны он получил перед самым увольнением в запас. Так что теперь они вроде как коллеги.

– Ну и самое главное: «Прибор» работает на оборонку, что для тебя не секрет. По сути это производственная база нескольких закрытых учреждений типа НИИ экспериментальной физики и филиала Российского института электронно-оптических систем. Назвать тебе все, что они там внедряют и экспериментируют, я не смогу, поскольку и сам не знаю.

Но судя по содержимому диска, который был у Синицына, утечка произошла из отдела конверсионных проектов. В рамках конверсии отдел занимался разработкой установки для очистки воды от нефтяной пленки, установками для резки металлов, какими-то оптическими приборами, только все это была «крыша». А основное занятие – создание боевой лазерной установки. Похоже, каких-то успехов они добились… Так что копай сразу там и не распыляйся. Отдел существует двенадцать лет, и все это время его возглавляет один и тот же человек – Лохманенко Игорь Борисович. Талантливейший, говорят, человек… Если не врут, конечно.

В 6.45 утра к подъезду подкатила «Лада»-«десятка», и тут же в кармане у Дениса зазвонил мобильный.

– Это Миша. Мы внизу.

– Хорошо, спускаюсь, – сказал Денис.

Он отставил в сторону тарелку с недоеденным омлетом, отпил кофе из чашки и быстро оделся.

– А они кто такие? – спросила мама. Она обеспокоенно наблюдала за «десяткой» из окна кухни, приоткрыв штору.

– Мои секьюрити, – бросил Денис, выскакивая за дверь. – Ну, я побежал. Пока.

Миша сидел за рулем, Дима рядом с ним. У обоих макушки упираются в крышу салона, плечи подпирают дверцы, и от обоих за версту несет лосьоном «Адидас». Это его «ангелы-хранители», они с ним с утра и до вечера. Возможно, есть и ночные «ангелы», что сидят в каком-нибудь неприметном «жигуленке», припаркованном у соседнего дома, покуривают сигарету за сигаретой да поглядывают по сторонам. Но это Дениса мало интересовало.

Диму и Мишу он оставил у проходной, а в фойе административного корпуса его ожидала другая парочка – Виктор и Роман, два оперработника Тиходонского управления ФСБ. Именно они курировали «Прибор». Краткий визит к Пименову: быстрый взгляд старого гэбэшника на спецпропуска, звонок по телефону куда-то наверх, рукопожатия и не очень искренние пожелания успешной работы. Затем Виктор и Роман отправились нанести визит вежливости к гендиректору Добровольскому, где их, без сомнения, уже ждали, а Денис свернул по коридору направо, а потом еще направо и на один лестничный пролет вниз – там, в полуподвальном помещении, за дверью с кодовым замком, находился участок электронных конструкций, одно из подразделений конверсионного отдела. Инженеры расслабленно попивали кофе и обсуждали последние новости, готовясь начать рабочий день; начальник отдела Карпухин Денис узнал его по фото в копии личного дела, – усевшись на заваленный бумагами стол, подкручивал отверткой винтик на дужке очков. Сюда бдительный кадровик Пименов позвонить еще не успел.

– Вы ко мне? – поднял глаза Карпухин. – А по какому, собственно…

В кабинке с Карпухиным Денис провел около часа. Когда он поднялся наверх, Виктор и Роман уже ожидали его в фойе.

– Порядок, – сказал Денис. – Как у вас?

– Лохманенко на месте. Ждет, – сказал Роман.

– Нет, к нему мы пока что не пойдем. Пройдемся сперва по «низам».

– А как же…

– Ничего. Подождет. Мы к нему в последнюю очередь придем. Когда созреет.

То что Денис задумал, не было каким-то ясным планом, – скорее импровизация. После беседы с Карпухиным у него остался неприятный осадок. Чем-то гнилым попахивало в удельном княжестве товарища Лохманенко. Карпухин очень боялся своего босса и сперва наотрез отказался говорить со следователем. Но когда Денис «наехал» на него в лучших традициях старшего товарища Александра Петровича Курбатова: «Каждый баран висит за свою ногу», «Лучше стучать, чем перестукиваться», ну и так далее, – начальник участка, понизив голос, вывалил перед ним целый ворох грязного белья: монтажники спирт для пайки особо ответственных блоков выпивают, а контакты протирают ацетоном, блоки на вибростенде испытывают четыре часа вместо положенных двенадцати, военпред трахает начальницу ОТК, какая тут объективность при госприемке?

– А куда же начальник отдела смотрит? – довольно искренне возмутился следователь Петровский.

– А ему есть куда смотреть! Без очереди получил квартиру в заводском доме, а прежнюю, трехкомнатную, не сдал! Кутит в кабаках с проститутками, несколько раз напивался в кабинете, говорят даже, с каким-то грузчиком живет…

«Обычное дело, – подумал Денис, не сразу осознав последнюю фразу. – Во времена вседозволенности все начальники чудят как хотят. Еще и похлеще бывает… Хотя…»

– Как с грузчиком живет? Где живет?

– Как с женщиной в смысле. Где, не знаю, – с добросовестной точностью ответил Карпухин. И тут же добавил:

– Все это, естественно, между нами. И без протокола!

Верить ему на слово Денис не собирался. Но решил собрать обширную информацию: когда копаешь глубоко, обязательно что-то раскопаешь.

– Хорошо, конечно. А вот теперь расскажите по существу: как у вас хранится секретная документация. Какие меры препятствуют ее копированию? Ксерокс на участке имеется?

Этот день и следующий ушли на то, чтобы встретиться и поговорить с работниками секторов конверсионного отдела. Сектор «К» занимался высокоточными оптическими приборами еще для советской оборонки, которые свелись к секретным разработкам боевого оптического квантового генератора, лазерного оружия то бишь. Очень скоро Денис понял, что информация, содержащаяся на Синицынском диске, касается проекта «Рапира», который успешно прошел полевые испытания и вот-вот должен поступить на вооружение российской армии. Но, как намекнули ему, это уже вчерашний день, и на «Приборе» вовсю идет работа над куда более мощным и перспективным проектом под кодовым названием «Копье», который, по словам начальника сектора Рыжкова, имеет стратегическое значение, так как «посадит Штаты на жопу».

Информация технического характера, которую сдаивал Петровский и оперативники, тесно переплеталась с информацией личной. Средняя зарплата в отделе была немаленькая – около восьми тысяч, а у начальника с премиями выходило все четырнадцать, но на шикарную жизнь в наше время на эти деньги не разгонишься. А вот Лохманенко якобы разгонялся. Техник-лаборант Пискунов, обслуживающий установку высокого напряжения, однажды пригласил новую девушку в «Бригантину» и накормил ужином на шестьсот рублей, чем поразил избранницу и добился если не руки и сердца – такая задача им и не ставилась, – то того, чего обычно подобным способом добиваются. Сумма затрат вознесла его в собственных глазах, в глазах девушки и должна была прославить среди товарищей по труду, но злой случай все перепортил.