Несомненно, Иоанн Креститель стал фигурой крайне неудобной для отъединившегося движения Иисуса. Даже из темницы он умудрился донести свои сомнения в статусе своего бывшего ученика, которые столь тревожили его, что он назначил своим преемником Симона Волхва, а не Иисуса. Затем этого харизматического пророка, за которым пошел народ, убивают по капризу семьи Ирода, который не мог быть столь наивен, чтобы не предвидеть возможной реакции народа.
Как мы видели, такие ученые, как Хью Шонфилд, убедительно доказали, что существовала теневая группа, которая поддерживала миссию Иисуса, — и они могли быть заинтересованы в том, чтобы убрать Крестителя со сцены навсегда. История полна случаев смерти, очень удобной для чьих-то интересов, как в случае Дагоберта II и Томаса Бекета, когда был нанесен удар, устранивший и оппозицию, и последнее препятствие для реализации амбиций нового режима. Возможно, и смерть Иоанна относится к такой же категории. Не могла ли эта группа решить, что настало время удалить со сцены великого соперника Иисуса? Разумеется, сам Иисус мог оставаться в полном неведении о преступлении, совершенном в пользу его интересов, точно так же как Генри II никогда не собирался отдавать своим рыцарям приказ убить Томаса Бекета. Группа, стоявшая за Иисусом, видимо, состояла из богатых и влиятельных людей, поэтому вполне возможно, что у них были связи во дворце Ирода. Даже среди последователей Иисуса был по меньшей мере один человек, вхожий во дворец: в Евангелиях упоминается его ученица — жена эконома Ирода.[272] Какова бы ни была правда в этом деле, есть неоспоримый факт: в отношениях между Крестителем и Иисусом опущено что-то очень серьезное, что-то в течение веков известное еретикам, что-то, о чем начинают догадываться ученые, признавшие, наконец, хотя бы то, что они были соперниками. Наименьшим, на чем может быть основана антипатия еретиков к Иисусу, может быть их представление о нем, как о неразборчивом в средствах оппортунисте, который воспользовался смертью Иоанна в своих собственных целях, возглавив движение с неприличной поспешностью, — особенно если законным наследником был Симон Волхв. Возможно, тайна, окружающая смерть Иоанна, является ключом к необъяснимому в ином случае поклонению Иоанну в противовес Иисусу среди групп, которые мы обсуждали в этой книге. Как мы видели, мандеяне возвели Иоанна в ранг «Царя света», а Иисуса заклеймили как лжепророка, который сбивал людей с пути истинного. Таким же он изображен в Талмуде, где, помимо этого, указывается, что он был колдуном. В других группах, в частности среди тамплиеров, бытовало менее радикальное отношение, но тем не менее они предпочитали поклоняться Иоанну. Такой подход нашел свое выражение в картине Леонардо «Мадонна в скалах», а также усилен деталями в других работах, которые мы обсудили ранее.
Когда мы впервые заметили, что Леонардо высказывает идею превосходства Иоанна над Иисусом, мы задались вопросом, а не было ли это просто его причудой? Но, просеяв массу данных о существовании широко распространенного культа Иоанна, мы пришли к выводу, что этот культ не только существовал когда-то, но и продолжал жить параллельно с Церковью, тщательно оберегая свои тайны. Церковь Иоанна в течение веков выступала в разных лицах, таких как воины-монахи старых времен и их политический отдел Братство Сиона. Многие тайно поклонялись Иоанну, когда склоняли колени перед Христом — мы видели, что Братство всегда именовало своих магистров Иоанн, начиная с Иоанна II. Пьер Плантар де Сен-Клер дает объяснение, которое выглядит, на первый взгляд, non sequitur.[273] Иоанн I есть имя Христа.
Разумеется, представить солидные доказательства существования групп, которые верили, что Иисус лжепророк или хотя бы просто причастен к убийству Иоанна Крестителя, означало бы представить доказательства, что так и было на самом деле. Бесспорно только то, что два тысячелетия бок о бок существовали две церкви: Церковь Петра, который считал Иисуса не только человеком совершенным во всех отношениях, но и воплощением Бога, и Церковь Иоанна, которая видела Иисуса совсем в ином свете. Скорее всего, ни одна из них не владела монополией на истинность, и то, что мы видим, есть всего лишь отражение давней вражды между учениками двух учителей.
Тем не менее сам факт существования такого учения, как Церковь Иоанна, свидетельствует о том, что давно приспело время радикально переоценить характеры, роли и наследие Иоанна Крестителя и Иисуса Христа. Но на карту поставлено еще большее.
Если Церковь Иисуса построена на абсолютной истине, тогда Церковь Иоанна стоит на лжи. Но если справедливо обратное, то мы имеем дело с возможностью величайшей исторической несправедливости. Мы не говорим, что наша культура поклонялась не тому Христу, поскольку нет доказательств того, что Иоанн пытался выступить в такой роли или эта роль вообще существовала, пока Павел не изобрел ее для Иисуса. Но в любом случае Иоанн был за свои принципы убит, и мы верим, что они были основаны на том учении, из которого он заимствовал ритуал крещения. Это была древняя религия личного gnosis — знания или просвещения, духовного перерождения личности — через таинства поклонения Исиде и Осирису.
Иисус, Иоанн Креститель и Мария Магдалина проповедовали, по сути, одно и то же — но не то, что усвоили люди. Эта группа I века восприняла концепцию гностического осознания Божественного, проводя обряд крещения тех, кто искал это мистическое знание для себя — посвящая людей в древнее оккультное учение. Частью этого движения были Симон Волхв и его супруга Елена, чьи волшебство и чудеса были неотъемлемой частью религиозной практики, как и те чудеса, которые связаны с Иисусом. В центре этого движения был ритуал, от первого крещения до посвящения в египетские тайны. Но высшим ритуалом посвящения или инициации был сексуальный экстаз.
Однако ни одна религия, что бы ею ни провозглашалось, не гарантирует морального и этического совершенства. Всегда вмешивается человеческая натура, создавая свою собственную гибридную систему, или в некоторых случаях религия становится культом личности. Это движение было, по сути своей, культом Исиды с особым упором на любовь и терпимость, которые стремилась привить эта религия, но даже на родине религии в Египте известно множество случаев разложения жрецов и жриц. А в бурные времена Палестины I века, когда люди с нетерпением ждали прихода Мессии, учение было искажено в потоке личных амбиций. Как всегда, чем выше ставки, тем вероятнее, что сила будет использована неправильно.
Выводы и следствия этого исследования многим читателям покажутся новыми, нет сомнения, шокирующими. Вместе с тем, как мы надеялись показать, эти открытия накапливались постепенно, по мере того как мы получали все новые и новые доказательства. Во многих случаях мы имели — и это может удивить читателей — колоссальную поддержку со стороны современных ученых. И в конечном итоге сложилась картина, которая, самое меньшее, разительно отличается от той, что вам знакома.
Новая картина происхождения христианства и человека, чьим именем была основана религия, имеет далеко идущие последствия. Хотя эти следствия являются для большинства людей новыми, они уже веками признаны особо упорными представителями западного общества. Странно и тревожно становится на душе, когда, пусть даже на момент, представляешь себе возможность, что еретики были правы.
ГЛАВА СЕМНАДЦАТАЯ. ИЗ ЕГИПТА
Прошло две тысячи лет после того, как Иисус, Иоанн и Мария прожили свои ставшие столь значимыми жизни на задворках Римской империи, многие миллионы людей верят в историю, рассказанную в Евангелиях. Для них Иисус Сын Бога и Девы Марии, который по воле случая воплотился в еврее, Иоанн Креститель был его предтечей, духовно ниже его, а Мария Магдалина какой-то женщиной сомнительной репутации, которую Иисус исцелил и обратил в свою веру.
Однако наше исследование выявило картину совершенно иную. Иисус не был Сыном Бога, не принадлежал он и к еврейской религии иудаизму — хотя вполне мог быть этническим евреем. Доказательства указывают на то, что он проповедовал чужеземное послание в земле, где проводил свою кампанию и начал осуществление своей миссии. Вне сомнения, что его современники считали его адептом египетской магии, в частности, эта точка зрения нашла свое отражение в Талмуде.
Это могло быть злобной сплетней, но несколько ученых, в том числе известный Мортон Смит, подтверждают, что чудеса Иисуса были частью репертуара типичного египетского волшебника. Кроме того, его доставили к Пилату с обвинением «злодей или творящий зло» — по римскому закону это означало колдуна.
Иоанн не признавал Иисуса в качестве Мессии. Возможно, он крестил Иисуса, поскольку он был одним из его учеников, может быть, даже более высоким по статусу, чем другие, и даже вторым по рангу. Однако что-то пошло не так: Иоанн изменил свое мнение и назвал преемником Симона Волхва. Вскоре после этого он был убит.
