турки располагают у Систово войсками численностью в 1500 человек и у Вардена-численностью в 2900 человек с артиллерией.
Особое внимание было обращено на сохранение в полной тайне места и срока форсирования.
Почти все приказы и распоряжения о форсировании и переправе отдавались только устно; даже понтонным батальонам не было дано письменного маршрута, и к месту переправы их вел офицер штаба армии. Всем лицам, которые непосредственно не участвовали в форсировании, место и срок форсирования или вовсе не сообщались или сообщались в самый последний момент. С общими основаниями форсирования, без указания пункта и срока, Драгомиров ознакомил командиров частей своего отряда еще 24 июня, но полные указания дал лишь утром 26 июня и притом только командиру 1-й бригады своей дивизии (Иолшину), командиру Волынского полка и командирам батальонов и рот, которые были назначены в состав первого рейса десанта. Расчет на посадку всей дивизии Драгомиров произвел лишь в 17:00 26 июня. Из состава главной квартиры пункт и время форсирования знало лишь строго ограниченное количество лиц; даже царю Александру II(1) точный пункт форсирования был сообщен лишь в 20:00 26 июня.
Назначенные для форсирования войска подводились к районам сосредоточения только в ночь на 26 июня, причем они располагались в Зимнице на день так, чтобы ни в чем не изменить ее внешний обычный вид. Для этой цели палатки разбивать было запрещено, войска располагались в садах и за домами или кустами; особенно тщательно были укрыты от наблюдения с южного берега Дуная артиллерия, понтоны и обозы. Весь район сосредоточения войск перед форсированием был оцеплен во избежание проникновения в него турецких шпионов. Выход из этого района к Дунаю для водопоя и купанья был разрешен лишь небольшими партиями, по очереди. Ознакомление командиров Волынского полка с местностью южного берега Дуная в пункте будущего форсирования Драгомиров в целях скрытности произвел из сада у своей квартиры, которая для этого была избрана в удобном для наблюдения месте; оттуда Драгомирову удалось хорошо познакомить офицеров Волынского полка - до командиров рот включительно - с пунктами посадки, высадки, с путем движения понтонов и районом действий после высадки и в то же время ничем не выдать противнику произведенную таким оригинальным образом рекогносцировку. Наконец, в целях сохранения тайны форсирования ремонт дорог и наводка моста через проток у Зимницы были произведены лишь в ночь с 26 на 27 июня.
Для сохранения в тайне пункта форсирования был пущен ложный слух о том, что форсирование состоится у Фламунды. Кроме того, командиру 9-го корпуса было официально сообщено, что «по случаю запоздания понтонных парков (которые прибыли в Бею на самом деле во-время, то есть к 26 июня. - Н. Б.) переправа будет совершена на деревянных понтонах, которые будут спущены в Дунай из устья Ольты, и что переправу начнет 9-й, а не 8-й корпус»(2). Осадной береговой артиллерии в тех же целях было приказано бомбардировать в течение трех дней Никополь и Рущук. Для ночной стрельбы здесь впервые были применены прожектора («электрические фонари»)(3).
Войска 14-й дивизии в период с 21 по 24 июня прошли основательную тренировку; в специально отрытых в земле ямах, размерами напоминавших понтон, их учили, как совершать посадку, как вести себя на понтоне во время движения и т.п.
К вечеру 26 июня четыре русских корпуса заняли исходное положение перед форсированием и переправой. Ближе всех к пункту форсирования - в Зимнице - стоял отряд Драгомирова. Кроме 14-й пехотной дивизии с ее артиллерией, в состав отряда входила 4-я стрелковая бригада, сводная рота почетного конвоя, две сотни пластунов, 23-й Донской казачий полк, две горные батареи и 4 понтонных батальона - всего около 17 батальонов, 6 сотен и 64 орудий. Все эти войска составляли десант, который должен был форсировать Средний Дунай на табельных железных понтонах. Десант был рассчитан на семь рейсов; в состав первого рейса входили 11 рот Волынского полка, сотня пластунов, 60 казаков и горная батарея - всего 2500 человек; в состав второго рейса входили линейные роты 3-го батальона Волынского полка, стрелковые роты Минского полка, рота почетного конвоя и горная батарея. Пехота распределялась по 30 человек на обычный понтон и по 45 человек- на полуторный; артиллерия грузилась на шесть паромов из полуторных понтонов. Длительность рейса предположительно устанавливалась в 2 часа. Первый рейс имел целью обеспечить высадку последующих рейсов; все понтоны первого рейса отплывали одновременно. Весь десант в целом имел задачей занять плацдарм с систовскими высотами и тем обеспечить переправу главных сил армии.
До начала форсирования, с целью прикрытия работ понтонных частей, две роты Брянского полка заняли остров Бужиреску; остальные роты Брянского полка и часть батарей 14-й и 9-й дивизий были скрытно расположены вдоль северного побережья Дуная, юго-восточнее Зимницы; открытие огня им разрешалось лишь после того, как первые рейсы захватят основной плацдарм на южном берегу. Батареи были хорошо укрыты ветвями и листьями, чтобы с рассветом турки не могли их обнаружить(4).
По плану понтоны, расположенные в Зимнице, надо было спустить на воду в протекавший южнее города проток и уже по нему перед самым форсированием провести их в Дунай, к пункту посадки; отплыв от этого пункта, рейсы десанта должны были обогнуть с востока остров Адду и держать направление на устье ручья Текир-дере; начало плацдарму должно было быть положено захватом местности к западу от устья этого ручья.
Сведения о противнике, которыми располагали русские, в общем отвечали действительности. У Систово и Вардена располагалась бригада турецкой пехоты под командованием Ахмета-Гамди-паши с одной конной батареей. У Систово находилось 770 человек (один табор) с двумя орудиями; для них в самом Систово были устроены две батареи. У Вардена находилось 3300 человек (5 таборов) с 4 орудиями, для которых была подготовлена батарея на высоте Тепе-Бунар. В Рущуке, на расстоянии около 65 км от Систово, располагалось свыше 21 000 турок; у Никополя, в 43 км от Систово, - еще около 10 000 человек.
Таким образом, благодаря удачному выбору места переправы русский десант в пункте форсирования в первое время мог встретить только 6 таборов и 6 орудий. Если бы первым рейсам удалось преодолеть сопротивление этих войск, то уже через 4 часа силы десанта сравнялись бы с силами бригады Ахмета-паши, а через 5 часов - превосходили бы их втрое. Турецкие резервы из Никополя (полтора перехода) и из Рущука (два перехода), очевидно, также не смогли бы решить успех в пользу турок.
Необходимо признать, что как в обручевском плане
