откровенно издевается над паучихой, паутина которой с каждым броском становилась все жиже и летела все ниже. Затем, козе надоело, или она подустала? Гордо заблеяв, Маруська взлетела по крутым ступеням на стену и ускакала куда-то, цокая копытцами в предночной тишине.
— Надо ее как-то спасать, — с сомнением высказалась я.
Выходить на улицу совершенно не хотелось, но мучила совесть и за козочку было переживательно, хотя уже не так, как в первый момент.
— Да чего ее спасать-то? Эта точно не подохнет, — махнул рукой Силан и зевнул.
— Она как-то на три дня потерялась. Думали сожрали ее холкогрызы в горах, так ведь нет! Сама пришла!
— Ну раз холкогрызы не сожрали… — с сомнением протянула я, отметив, что понятия не имею, о ком говорит Мак.
Никаких ассоциаций. Возможно, что-то вроде наших волков? Переспрашивать не стала, не желая показывать излишнюю неосведомленность и для себя отметила, что стоит быть поосторожнее в подобных моментах.
— Спать хочется… — потер сонные глаза ушастый Мак.
— Ага, — заразительно зевнул Силан, и я тоже поддалась на провокацию.
Утром я первым делом вскочила с постели и побежала высматривать Маруську. Живая и здоровехонькая коза как ни в чем не бывало жевала свежевыдернутый ромак в огороде.
— Маруська! — выдохнула я и почувствовала такое облегчение, словно с плеч свалился тяжеленный камень.
Признаться, меня всю ночь мучили кошмары с вариациями на тему противостояния коза «вэ эс» паучиха. Успокоившись, вернулась к себе, чтобы умыться и переодеться. Предстояло приготовить завтрак и накормить мальчишек, а в моей голове уже зрела шикарная фантазия на тему молочной каши с медом и маслом. Но когда я заглянула в комнату, мальчишек там уже не было, а с улицы доносился какой-то шум, перемежаемый воинственным блеяньем.
— Там в траве!
— Маруська!
— Ой! Меня-то за что?!
Я поторопилась спуститься ниже и выскочила на тот самый балкон, с которого Сфира меня едва не утащила вместе с креслом. По двору бестолково носились трое: Мак, Сил и Маруська. Маруська взбрыкивала и пыталась выловить кого-то в траве. Рядом почему-то то на корточках, то на четвереньках перемещался Мак, а Силан пытался ее оттеснить от младшего товарища.
— Ну? Поймал?
— Нет. Аааа! — Мак отскочил в сторону и шлепнулся на пятую точку, но поспешно вскочил, судорожно вздрагивая всем телом.
— Укусил?
— Нет. Просто мерзко. Дылда, принеси чеплашку какую-нить. Не хочу его руками трогать…
Было похоже, что пацаны и коза за кем-то охотятся. За кем-то, кого в высокой траве толком и не видно. Убедившись, что все трое в безопасности, я поспешила вниз. Силан меня опередил и принес с кухни какой-то горшок.
— Пойдет? — потряс он горшком, с опаской приближаясь к Маку, который бродил кругами, раздвигая руками траву и вглядываясь себе под ноги.
Маруська стояла неподалеку и с гордым видом жевала жвачку. Завидев меня, она приветственно заблеяла.
— Ньера Лина, доброго утречка! — вразнобой поздоровались мальчишки, когда я остановилась рядом с козой.
— И вам доброго утра, мальчики. Что за сыр бор? — парни непонимающе переглянулись, и я поспешила исправиться: — Что у вас такое творится?
Одновременно я подошла к козочке, присела, заглянув в умные глаза, что было сложновато.
— Я рада, что ты жива, — поддавшись порыву чмокнула козочку прямо в нежный нос.
— Осторожней! Боднет! — предупредил Силан.
Но Маруська и не думала бодаться. Наоборот, сощурилась от удовольствия, когда я ее почесала за ушком.
— Парни, а ее доить когда надо? И как? — я нагнулась и осмотрела полное молока вымя.
Мальчишки переглянулись и позабыв о том, чем занимались с видом эксперта стали наперебой давать советы.
— Привязать ее надобно. И ногу, чтобы не лягнула. Она эта… с характером, — покраснев, объяснил Силан.
То, что Маруська с характером, я и так уже поняла.
— Не потому ли ваша старостиха мне ее презентовала?
Мальчишки быстро переглянулись и, покраснев еще больше, стали переминаться. Ну и ладно. Несмотря на вздорный норов, козочка мне нравилась. Было в ней что-то эдакое. Гордое и независимое. К тому же судя по полному вымени, без молока я теперь не останусь, если сама не накосячу. Я снова погладила Маруську и улыбнулась.
— Еще какие-то указания будут?
— Можно ей корма задать, чтобы стояла спокойнее, — подсказал Мак.
— Ромак в тарелку нарезать? — предположила я.
— Вполне!
— Только не ругайте ее и не лупите, если заартачится, а то молоко может пропасть, — подсказал Силан.
Вымыть вымя теплой водой я и сама догадалась, а мальчишки объяснили принцип правильной дойки, и я на удивление справилась с первого раза. Маруська вела себя хорошо, хрумкала ромак и снисходительно косилась на меня большим оранжевым глазом со странным горизонтальным зрачком.
Когда я почти закончила, она вдруг заблеяла, дернулась, попав ногой прямо в котелок с молоком — единственную посудину, которая мне показалась удобной для моих целей.
— Маруська! — вскрикнула я, когда коза подалась ко мне выставив рога, но короткая веревка, которой мы ее привязали к старой телеге у сараев, не позволила мена боднуть.
— Паук! — заорал Силан пуча глаза и тыча в меня пальцем.
Смотрел парень прямо на меня, да так испуганно, что я решила — все! Пришла нам всем полная Сфира!
От страха меня почти парализовало, я смогла лишь завизжать и круто обернуться. Позади никого не было.
— Попался! — воинственно замахиваясь горшком прыгнул ко мне Мак, но я от него увернулась.
Он что меня треснуть решил?
— Сдурел?!
И в то же мгновение вдруг ощутила прикосновение. Что-то крупное ползло со спины на плечо. Тронуло мою шею, щекоча жесткими волосками…
— Аааа! — завизжала я, поняв, что это большущий волосатый паук.
В тот же миг синяя молния сбила это чудовище на землю, но меня уже было не остановить, я скакала на месте, орала и судорожно стряхивала с себя несуществующих пауков. Мне казалось, что они повсюду, тело чесалось от отвращения.
— Лина, Лина! Успокойся! Никого больше нет, — Соник летал рядом и пытался меня вразумить.
— Что это? Откуда он взялся? Мерзость! — все еще тяжело дыша, я продолжала непроизвольно отряхиваться и осматривать себя со всех сторон, насколько возможно.
И как я не почувствовала, как он на меня залез?
Днем я предпочитала носить мягкие сапоги до колена и плотные штаны, опасаясь, что в траве могут оказаться змеи. Или во всем виновата повязанная на пояс курточка из плотной ткани? Пока я доила козу сидя на невысоком чурбане, подобранном у сарая, паук залез по ней мне на спину. Вот на что отреагировала Маруська — паука увидела!
— Прости, что испугала тебя, — погладила козу. Та стояла спокойно и больше не пыталась бодаться. — Спасибо, Соник. Я думала,
