— Естественно… Вести себя естественно. Или вы умеете как-то по-другому?
— Я еще не была в подобной ситуации и не знаю, что такое естественно, а что нет… — Сейчас Дина даже не пыталась скрыть волнение, она бы просто этого не сумела…
— Делайте то, что хотите делать.
Дина посмотрела на Костю и снова опустила глаза. Он подошел ближе — теперь их разделяло расстояние в полшага.
— А что бы делали сейчас вы, если бы… ну, если бы меня здесь не было? — спросила Дина.
— Я теперь просто не представляю, что бы я делал… и не помню, что я делал без вас. Я даже не могу вспомнить, как жил прежде и чем занимался… Этого как будто не было… Меня как будто не было до вас. Понимаете? — Константин Константинович заговорил горячо и легко. — Я как будто начал осознавать себя по-настоящему только тогда, когда увидел вас подходящей к кинотеатру… Да, именно тогда, не раньше и не позже. Как это объяснить?.. Ваши любимые писатели смогли бы наверняка… — Он усмехнулся. — Вот я стоял тогда под гнетом всяких… всяких дум… Что я делаю?.. Зачем мне это?.. Ведь я… я… как бы это сказать?.. Я флиртовал только с теми, кто был готов к этому… Вы понимаете, о чем я?..
— Да. Понимаю… Кажется, понимаю.
— Я думал… да нет, я знал совершенно точно, что вы не из тех. «Зачем я пригласил ее? — думал я. — Что я буду делать с этой строгой девочкой?..» А потом решил: «Да она и не придет!.. Присмотри лучше себе поскорей спутницу из тех, кто стоит в очереди за билетами…» Вы знаете, Дина, когда я так подумал… когда до меня дошло, что вы и вправду можете не прийти, меня вдруг охватила смертельная тоска… — Константин Константинович был возбужден, словно снова переживал то, о чем рассказывал. — Вы не представляете, что я испытал за те пятнадцать минут, что стоял с билетами, высматривая вас в толпе… И когда я вас увидел…
— Вы ринулись в мою сторону и едва не сбили меня с ног, — улыбнулась Дина.
— Да! Совершенно верно! Я ринулся! Я словно вбегал… или, наоборот, выбегал… Я перешагнул какой-то порог. Я ушел из своего прошлого… Это звучит пафосно… но я не нахожу других сравнений… Дина… Когда я увидел вас, такую… такую светлую, цельную… идущую ко мне… Ко мне! Такому мелкому, пошлому типу… Мне захотелось, чтобы не стало всего того, что было до вас… Хотелось сделаться таким же чистым и цельным… А потом, когда слушал вас, я думал только об одном… что, если вдруг сделаю что-то не то, обижу вас… если вы уйдете… Короче, я уже тогда понимал, что не смогу жить без вас. Правда… Это чистая правда, Дина, вы верите мне? — И тут же перебил сам себя: — О чем это я?.. Я же помню каждое ваше слово. Я помню, как вы удивили меня, сказав, что верите всему, что бы я ни говорил… «Вы искренний человек, вы искренний бабник», — сказали вы. — Он засмеялся. — Да, я искренний… это правда. Мне нечасто приходилось играть какую-то роль… Если вообще приходилось. Но я не о том. Я больше не мыслю своей жизни без вас. Вы ведь останетесь здесь… у меня? Это будет ваш… наш дом. — Он смотрел на Дину выжидающе.
— Как это будет выглядеть?.. Я-то сама себе хозяйка, мне не важно, кто и что обо мне подумает, скажет… А вы… Вы преподаватель, заведующий кафедрой, вы на виду у всего института… — Дина понимала, что говорит что-то не то, но не могла найти нужных слов или остановиться.
Константин Константинович усмехнулся с облегчением:
— Давайте я сам об этом позабочусь! Хорошо?
— Хорошо, — сказала Дина тоже с явным облегчением. — А можно мне отлучиться?.. — Поймав встревоженный взгляд Константина Константиновича, она поспешила объяснить: — У меня с собой ничего… ну совсем ничего…
— Но вы же вернетесь?.. И вообще — почему опять «вы»?! Дина, ты моя жена?
Дина смутилась до слез.
— Да… Костя… Я твоя жена.
Костя сделал еще полшага и обнял Дину свободной рукой. Она обхватила его за спину и уткнулась лицом ему в плечо.
* * *
Дина ехала за вещами в общежитие. Она отказалась от Костиного предложения вызвать такси. Ей нужно было хоть какое-то время, чтобы осмыслить происходящее.
Все произошло слишком быстро, внезапно, можно сказать… Нет, она имеет в виду не их любовь, хотя и любовь тоже была стремительной… Предложение, сделанное Костей сегодня за обеденным столом, несколько часов тому назад, в присутствии его друга… И вот теперь она — жена?.. Теперь она будет жена.
Дина знала, что между этими двумя событиями — предложением и… как бы это сказать?.. и моментом, когда двое становятся мужем и женой, проходит время, происходит еще одно событие — свадьба. Белое платье и фата, ЗАГС, гости, кричащие «горько!»… А у нее этого всего не будет. Нет, это, конечно, не трагедия… это даже вообще не вопрос. Дина знала, что многие проходят через свадьбу и ЗАГС, уже став мужем и женой… точнее, став любовниками. Нет, и ЗАГС, и свадьба — это по сравнению с любовью дело последнее. Просто все так быстро… Еще утром она была студенткой пятого курса, благополучно завершившей практику… Счастливой студенткой — влюбленной и любимой… А теперь вот — жена… Что это такое — быть женой? Она не знала этого.
* * *
Дина собирала в сумку свои пожитки, которых было не слишком много — зимнее она отвезла к маме, а здесь оставалось только самое необходимое.
Она все еще не могла привыкнуть к мысли, что жизнь так круто меняется. Хорошо, что Веры уже нет — ее практика тоже закончилась, и она уехала, — не придется объяснять, куда это Дина снова отправляется, вернувшись не так давно от родственников.
От этой Веры спасу не было!.. Хорошо, что Дина решила не врать ей с самого начала и сказала, что носит приготовленную на кухне еду в больницу Константину Константиновичу. Верины колкости по этому поводу она пропускала мимо ушей, и та вскоре от Дины отстала.
Риммино место пока никем не занято. Их комната будет пустовать до первого сентября. Нужно будет вернуться и сдать белье… А что она скажет первого сентября?.. Ладно, до этого еще далеко, решила Дина, заглянула еще раз в тумбочку, в шкаф, закрыла дверь и вышла.
От общежития к Косте ехать с одной пересадкой — с трамвая на троллейбус. В сумочке его ключи… ее ключи. Может, стоило подождать?.. Уехать на каникулы, отдохнуть… Нет! Как же бросить Константина Константиновича… Костю, который все еще нуждается в ее помощи? И потом, она ведь ответила согласием на его предложение. Даже при свидетеле — при лучшем друге. Что же теперь, просить время на раздумья?..
«Где-где, а здесь лучше семь раз отмерить… — услышала Дина вдруг Внутренний Голос и очень обрадовалась. — Ведь сейчас от твоего решения зависит не только твоя собственная жизнь».
