Верить версии или нет — дело читателя, пока ни полностью подтвердить ее, ни окончательно опровергнуть никто не может.
Но вернемся к Игорю, который повторно навел «шороху» в стане византийцев.
Князь Игорь, хотя и не стоял под стенами Константинополя, смог заключить обширнейший договор с Византией, вынудив греческих послов приехать в Киев, а сам текст подписать византийских императоров, но вот воспользоваться его плодами не успел, считай, работал для потомков. Приближалась роковая для князя осень 944 года, когда Игорь не вернулся из полюдья.
Тут нам поможет одна из легенд о жене князя Игоря княгине Ольге.
Самая известная из них (помните первый школьный учебник истории?) — отмщение княгини за убийство своего мужа. Для тех, кто в пятый класс в школе не ходил, сразу махнул в шестой, напомню. Игорю, как и всем нам, денег не хватало (нормальное дело). Мало показалось после очередного визита к древлянам или еще что, только заподозрил он, как опытный налоговый инспектор, что скрывают мазурики настоящий доход-то, получают часть зарплаты в конверте и налоги сполна не платят. То ли настучал кто по телефону доверия, то ли сам догадался по толщине золотой цепи на шее их князя Мала, но решил Игорь вдруг повернуть обратно и еще раз накрыть с внеплановой налоговой проверкой древлян. Да оплошал малость, не учел, что братки крутые, свой ДОН (дружину особого назначения) отпустил и накатил почти без защиты.
Древляне быстро смекнули, что у князюшки его дружина далеко, взяли дорогого да и помучили славно, отыгрались, в общем, за все притеснения, какие от него испытывали. Утюжком по животику не стали, и сигареты об него гасить тоже, другую гадость придумали — привязали к двум березам и отпустили их. Жуткая картина. Но мало показалось древлянскому князю Малу (имя-то не зря такое предками дано было), решил он и жену Игоря к рукам прибрать, чтоб добро не пропадало.
Одного не учел, что муж и жена, хотя и, как известно… Да только жена хитрей оказалась. Она сначала маловских послов извела, покуражилась (одних в землю зарыла, других сожгла в бане), а потом и женишка самозваного туда же (если помните, закопала голубчиков живьем прямо в ладье, на которой приплыли). Но надо же было не только пахана наказать за смерть мужа лютую, а и весь город, чтоб другого татя не нашлось, не то понравится, где ж на них мужей напасешься?
Помните, как сгорел славный город Искоростень из-за того, что птахи в свои гнезда горящую солому принесли на лапках? Это все она, Ольга, придумала. Взять от каждого двора дань по воробью и голубю, а потом привязать к лапкам птичек горящую солому и пустить обратно, чтоб подожгли крыши, их приютившие. Сколько лет легенда ходит, и никто не задумывается (или задумывается, да только уж больно красиво?), что птица с горящей соломой в гнездо не полетит и вообще никуда не полетит, во-первых, потому, что всегда старается от своего гнезда беду отвести, а не привлекать ее туда, во-вторых, потому, что сгорит заживо вместе с этой соломой, пока лететь будет!
Но Искоростень действительно сгорел, только от стрел с паклей, пропитанных смолой и подожженных, которые дружина под руководством воеводы Свенельда пустила. Если вспомнить про оперение стрел, то на птиц вполне похоже. А легенду Ольга и придумала. Зачем? Чтоб ни у кого не возникло искуса повторить это же, например, с Киевом. Я, мол, подожгла при помощи птиц, попробуйте, может, и у вас получится. Вот вам и прекрасная барышня! Ни птах не пожалела, ни послов маловских, ни народ Искоростеня. После этого у нее хватило ума установить твердый размер дани и места, куда ее свозить, чтоб не жечь больше городов из-за налогового недобора. А стоял Искоростень, между прочим, на Чернобыльской земле… Видно, есть места проклятые…
Между прочим, сейчас версия есть совсем уж «крутая», что сожгла Ольга Искоростень ни много ни мало… реактивными снарядами! Мол, привезла их из Константинополя, шустренько туда сбегав, и тут же использовала. А что про это никаких упоминаний ни у нас, ни у греков нет, так понятно, секретные же материалы, X-файл, можно сказать. Конечно, пятьдесят лет давно прошло, но про архивы, которые рассекретить полагалось, забыли. Только одно возражение: сами греки отчего-то это смертельное оружие не использовали, может, полевых испытаний русской княгини ждали?
Возможно другое, Ольга и ее воевода Свенельд должны были бы хорошо помнить, как князь Игорь потерпел поражение от греков, использовавших «греческий огонь». Состав горючей смеси на основе нефти был величайшей государственной тайной Византии, от нее сгорел не один флот. Конечно, Свенельд вряд ли мог знать сам секрет, да и нефти в Киеве не было, но изобразить нечто подобное для поджигания соломенных крыш Искоростеня на основе смолы вполне мог.
Как бы то ни было, но в Киеве к власти пришла княгиня Ольга, женщина совершенно замечательная и для нас очень интересная. Ольга — первая официальная христианка на Руси, а потому причислена церковью к лику святых. Конечно, до ее крещения христиане были и среди варягов, и вообще среди киевлян, даже среди князей (помните Аскольда?), но все равно считается, что княгиня Ольга первая!
А вот дата и место ее крещения вызывают массу споров. Вообще, вся жизнь этой женщины — одна сплошная загадка в смысле достоверности. Попробуем представить читателю разные версии происходившего, пусть сам решает, что ему милее.
«Книга Степенная» (царская родословная), писавшаяся в XIV веке, уточняет происхождение Ольги: «От Плесковскоя страны, от веси Выбутской, от языка варяжска, от рода же ни княжеска, ни вельможска, а от простых людей». Вот так, можно сказать, народная княгиня получается!
И все-таки кто она? Версий тьма.
— Гостомыслова дочь, поскольку звали, до того как княгиней стала, Прекрасой, а у достопочтенного ободритского князя была дочь Прекраса. Сестра Умилы получается, старшая, между прочим, то есть своему свекру Рюрику Прекраса-Ольга в таком случае в старшие тетки годилась, а уж младшенькому Игорьку (своему мужу) так вообще в двоюродные бабки! Если учесть, что Ольга Игоря пережила надолго, то прямиком можно заносить святую не только в святцы, но и в Книгу рекордов Гиннесса как супердолгожительницу.
Бодрая, однако, старушенция выходит, ведь Рюрик родился где-то в 780 году (в немецких анналах он, правда, моложе — с 809 года), значит, его мать этак с 765 года, а Прекраса хоть на год, да старше. По данным летописей, замуж за Игоря она вышла в 903 году (в 140 лет!). Сына Святослава родила в 942 году, тогда Прекрасе Гостомысловне должно было быть не меньше 180 лет! А уж как хороша, если еще через 18 лет в нее страстно влюбился византийский император, к тому же женатый, и просил ее руки (даже алиментов не побоялся)! Как вам бабушка Ольга? Хороша версия, да малоправдоподобна.
— Дочь Олега, то есть Ольга Олеговна, по мужу Рюрикова. Мол, Олег потому ее для воспитанника (или сына) и выбрал, что своя кровинушка была? Притом Олег, оказывается, и сам из рода Гостомыслова, и Ольга как бы Гостомыслу если уж не дочь, так хотя бы внучка. Зачем? Непонятно, но так кому-то захотелось. Отрицать невозможно, подтвердить тоже. Верить или нет — решайте сами.
Просто есть две другие версии, которые совсем не нравятся некоторым историкам.
Во-первых, что была она дочерью князя Тмутаракана Половецкого (мусульманкой, стало быть!). Чего этот князь или хотя бы его дочь в Плескове (Пскове) делали, про то летопись молчит. Может, по грибы на дачку выехали из своей Тмутаракани, может, просто в гости к кому — на людей посмотреть, себя показать… Хорошо показали, если с первого взгляда потрясла Прекраса (тоже интересно, чего это у половецкого князя-мусульманина дочь вполне славянское имя имела?), по некоторым сведениям, самого Игоря, так, что помнил он ее лет десять, по другим — Олега, по третьим — просто специального дядьку, что приезжал для князя невест приглядывать.
Кстати, сами половцы появились несколько позже, в Х веке, а при Ольге еще хазарами звались, а сама Тмутаракань до похода сына княгини Ольги князя Святослава была подвластна Хазарскому каганату.
Во-вторых, что была эта Прекраса, а в будущем святая Ольга, простой выбутской крестьянкой, то есть ничего такого уж княжеского в ее крови не было, вот только глаза, да стать, да норов вполне княжеский. То есть встретил как-то князь Игорь на перевозе близ Пскова девушку, потрясшую его не только внешностью, но и разумными речами, забыть не смог и через десять лет на ней женился! Вполне романтическая история получается — и про красоту девичью, и про ум недюжинный, и про верность княжескую (царицами небось соблазняли, а он не поддался!).
Все правильно, и про красоту, и про ум, и про то, что поразить могла. Да только было ей тогда лет этак десять, а князюшке намного больше. И по нравам того времени, чтобы иметь рядом с собой этакую красу крестьянскую, князю совсем не обязательно было на ней жениться (у его внука будущего святого Владимира наложниц было не меньше, чем у какого шаха, — несколько сотен!). Что, и правда полюбил без памяти или все же кровь княжеская? И сам ли выбрал или воспитатель помог?
