Неважно, сколько раз приезжала сюда Джо, привозя влюблённых, для которых замок служил отличным местом для «выяснения подробностей» за специально сервированным обедом, и счастливые семейные пары, отмечающие годовщины свадьбы, – замок всегда оставался для неё чем-то особенным.
Именно поэтому она пожалела, что рассказала о нём Дэниелу, который с небывалым азартом принялся возить сюда своих женщин, но никогда – её. Поэтому Джо с глубоким огорчением повернула «Эсмеральду» на извилистую дорогу, которая вела к ресторану.
Поездка проходила в безмолвии, Дэниел одиноко сидел на заднем сиденье, выглядя безупречным в своём тёмном костюме и совершенно отрешённым. Он уже ждал её, когда она приехала на Шестую авеню, и, вежливо кивнув в знак того, что можно ехать в Ридинг, забрался на заднее сиденье лимузина.
За длинные, душераздирающие три четверти часа, которые понадобились им, чтобы прибыть в замок, настроение Джо совершало стремительные скачки от гнева к слабым, беспричинным проблескам надежды. Он был один. Значит, встреча назначена в замке? Может быть, настал момент, когда он решил сорвать завесу тайны с Урсулы? Или он сидит там, борясь с угрызениями совести?… Того и гляди, начнёт лепетать извинения за её разбитое сердце…
Безусловно, он знал, что её сердце уже разбито. Не надо быть знатоком компьютеров, чтобы понять, что ему известно об «Одной на дороге» и он сделал для себя ошибочные выводы…
Нет, решила она, Дэниел не торопится приносить извинения – тем более таким милым, глупым, романтическим способом. Он сделает это, не спеша, во всём своём великолепии, а я, его наёмная прислуга, буду сидеть впереди, и на моей дурацкой голове будет напялена эта дурацкая фуражка… Ух, я могла бы сейчас убить его! Но я так сильно люблю его!
– Вы, Джо, сегодня вели машину не так плавно, как обычно, – заметил Дэниел бесстрастно, вылезая из лимузина. Он дождался, пока она выберется с места водителя и подойдёт к его двери, чтобы открыть её перед ним.
– Радуйся, что я не сбросила тебя со скалы, – прошипела она в ответ, сжав губы и видя, как он направился в ресторан, даже не взглянув на неё. Она подождала, пока дверь за ним захлопнется, и только тогда со злостью произнесла: – А теперь, мистер Дэниел Куинн, надеюсь, вам понравится ваш ужин, потому что обратный путь до Сокон-Валли будет долгим!
Боясь, что передумает, Джо дрожащими пальцами уже почти пристегнула ремень безопасности, как ей в окошко постучала одна из официанток.
– Привет, Джо, – поздоровалась она, показывая знаками, чтобы Джо опустила стекло. – Пойдём со мной, мне надо кое-что тебе показать.
– Не сегодня, Джинни, – взмолилась Джо. – Мне пора ехать. Как-нибудь в другой…
– Но это замечательная вещь! Ты должна посмотреть, Джо. На крыше, в одной из башенок. Пойдём, это не займёт и минуты.
Джо вздохнула, вынув ключ из замка зажигания.
– Что там такое, Джинни? – спросила она, следуя за официанткой в ресторан. – Ты что, наконец-то выяснила, где скрывался всё это время Элвис Пресли? Он расположился в одной из секретных комнат в башне? Ты случайно ещё не проверила подвалы – может, там прячется Бадди Холли?
Джинни, преданная поклонница звёзд рок-н-ролла, нервно засмеялась.
– Не говори глупости, – шутливо посоветовала она, взяв Джо за руку и поднимаясь по винтовой лестнице, ведущей на самый верх башни. – Владельцы решили отремонтировать террасу для молодых влюблённых, а я знаю, что тебе хотелось бы посмотреть её, чтобы потом порекомендовать своим клиентам. Слушай, Джо, помнишь ту пару, которую ты привозила сюда в прошлом году, – молодой человек ещё попросил меня бросить обручальное кольцо его подруге в бокал с шампанским? На прошлой неделе они справляли здесь свою первую годовщину. На Рождество у неё будет ребёнок! Правда, здорово?
– Прелестно, – согласилась Джо, изумляясь, почему судьба выбрала такую милую девушку, как Джинни, чтобы мучить её. Она попыталась сменить тему: – А как вы будете подавать сюда, наверх, еду, ведь она может остыть?…
– На лифте, глупенькая, – улыбаясь, ответила Джинни. Она открыла дверь и отступила в сторону, приглашая Джо войти первой.
Джо сделала два шага по плоской, окружённой парапетом крыше и услышала, как дверь за ней захлопнулась. Она повернулась, окликая Джинни, и застыла на месте, когда мужской голос произнёс:
– Я думал, ты уже не придёшь. Иди сюда и присаживайся. Твой луковый суп остывает.
Джо не повернулась, уставившись на закрытую дверь.
– Дэниел? – пробормотала она, закрывая глаза и изо всех сил стараясь не поддаваться ему.
– Он самый, – подтвердил Куинн, подходя ближе и кладя руки ей на плечи. – Согласен, это мальчишеская затея, но она – лучшее, что я мог придумать, чтобы ты пришла сюда ко мне.
– И что, для нас здесь накрыли стол к ужину? – спросила Джо, все ещё отказываясь повернуться.
– Точно, – сказал Дэниел, проводя ладонями по её плечам. – Я заказал для тебя филе-миньон. Мне же сегодня достанется простой пирог.
– Потому, что ты рассердился, когда Энди рассказал тебе, что я написала книгу?
– Нет, моя дорогая Джо. Потому, что я повёл себя по-идиотски, когда Энди рассказал мне, что ты написала книгу. Я, наверное, сошёл с ума. Ты никогда не пыталась использовать меня, чтобы напечатать свою книгу, ты слишком честна, чтобы проделывать что-либо подобное. Мне надо было сразу это понять. В особенности, что касается такой книги, как «Одна на дороге»…
Вот теперь она повернулась. Потому, что Дэниел назвал её «моя дорогая Джо», и ещё потому, что он произнёс название её книги с каким-то особенным теплом.
– Ты прочёл её? – Она посмотрела на него, её серые глаза безмолвно вопрошали: «Тебе понравилось?…»
Дэниел сжал плечи Джо, улыбнулся и кивнул.
– Это наивный, но утешительный взгляд на то, что окружает человека, только начавшего познавать жизнь. Свежесть и невинность светятся в каждом слове, Джо. Твоя свежесть, твоя невинность.
Она проглотила внезапно возникший в горле комок.
– «Вы плачете, вы смеётесь – это становится частью вас самих», – слабо пошутила она; её губы задрожали, глаза наполнились слезами, готовыми заструиться по щекам.
– Мы с Уилбуром подбросили монетку за право издать эту книгу и все те, которые ты напишешь. Два попадания подряд, – сообщил ей Дэниел, нежно стирая у неё со щеки предательскую слезу. – Если ты, конечно, позволишь мне…
– Только попробуй этого не сделать, приятель! – предупредила Джо, упираясь руками ему в грудь. Она знала: перед ней стоял надёжный человек, значивший теперь в её жизни все.
Его следующие слова подтвердили это:
– Я люблю тебя, Джозефина Аббот. Пожалуйста, ради меня, и ради Ричи, и даже – Господи, помоги мне! – ради Уилбура будь моей женой, Джозефина!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
