Действующую систему основных производств представим в виде схемы на рис. 6.
Рис. 6.
Проблемы углубления дифференциации основных производств можно рассмотреть, во-первых, применительно к стадиям или этапам уголовного судопроизводства, и, во-вторых, применительно к видам основных производств. Конечно, деление это весьма условно, поскольку особенности отдельных видов основных производств проявляются в конкретных стадиях уголовного судопроизводства. Поэтому оно используется лишь для удобства изложения материала.
Досудебное производство по ныне действующему уголовно-процессуальному законодательству осуществляется в форме досудебного протокольного производства, дознания и предварительного следствия. При этом различия в процессуальном режиме дознания и предварительного следствия сводятся к следующим моментам: 1) при производстве дознания не участвует защитник; 2) потерпевшему, гражданскому ответчику, гражданскому истцу и их представителям не предъявляются для ознакомления материалы дела; 3) обжалование вышестоящему прокурору не приостанавливает исполнение любых указаний прокурора, осуществляющего надзор.
В литературе давно уже оспаривается правомерность ограничения прав некоторых участников при производстве расследования в форме дознания. Многие авторы обосновывали необходимость упразднения дознания как самостоятельной формы предварительного расследования[245]. Аргументом в поддержку этого предложения служит и тот факт, что в настоящее время фактически произошло «сращивание» следственного аппарата МВД с аппаратом дознания. В этих условиях разница между дознанием по делам, по которым предварительное следствие необязательно, и предварительным следствием (осуществляемым в основном следователями МВД) несущественна не только по процессуальному режиму, но и по фактическому положению дел. При таком положении действительно нецелесообразно сохранять дознание как самостоятельную форму предварительного расследования. Если же будут реализованы давние предложения об удалении следственного аппарата из системы МВД, то создадутся иные условия. Тогда наряду с протокольным досудебным производством, с одной стороны, и предварительным следствием – с другой, возможно будет сохранить дознание как самостоятельную форму досудебного производства. Оно, как и сейчас, осуществлялось бы в сокращенные сроки по делам о преступлениях, не представляющих значительной общественной опасности и не отличающихся особой сложностью установления фактических обстоятельств. При этом имеющиеся сейчас ограничения прав участников производства (в сравнении с предварительным следствием) следовало бы устранить.
Однако в этом случае наличие двух форм предварительного расследования не являлось бы следствием дифференциации, поскольку процессуальные режимы дознания и следствия не имели бы существенных различий.
Важным основанием дифференциации досудебного производства, несомненно, является уголовно-правовое основание – степень общественной опасности преступлений. Находят свое выражение в досудебном производстве и уголовно-процессуальные основания дифференциации.
Так, по делам несовершеннолетних и лиц, страдающих психическими или физическими недостатками, единственной формой досудебного производства и впредь должно оставаться предварительное следствие с предусмотренными дополнительными особенностями.
Необходимо сохранить и ныне действующее правило о том, что в конкретном случае, исходя из процессуальных критериев, возможно более сложное производство, чем то, которое предусмотрено для данной категории преступлений, но ни в коем случае невозможно менее сложное производство.
Законодатель в настоящее время нашел оптимальный вариант, предусмотрев досудебную подготовку материалов в двух формах: протокольное производство и предварительное расследование. И вряд ли есть необходимость в разработке и закреплении иных форм досудебного производства. В этом смысле в углублении дифференциации досудебного производства необходимости нет. Однако это не означает, что не нуждаются в совершенствовании указанные выше формы досудебной подготовки материалов, особенно протокольное досудебное производство. Но эти проблемы – предмет самостоятельного исследования. На некоторых из них остановимся в следующей главе.
Особенности судопроизводства в судебных стадиях менее существенны, чем в стадиях досудебных.
В стадии предания суду, или, точнее, в стадии судебного подготовительного производства, эти особенности заключаются в следующем.
1. По делам частного обвинения и по делам с протокольной формой досудебной подготовки материалов в этой стадии осуществляются: а) возбуждение уголовного дела; б) предание суду; в) подготовительные действия к рассмотрению дела в судебном заседании (в то время, как по другим поступавшим в суд делам вопросы, указанные в п. «а», не разрешаются, поскольку уже решены в досудебном производстве).
2. По делам о преступлениях несовершеннолетних и о преступлениях, за которые в качестве меры наказания может быть назначена смертная казнь, предание суду осуществляется в распорядительном заседании суда коллегиально, в то время как по другим категориям дел – единолично народным судьей или членом соответствующего суда.
В стадии судебного разбирательства особенности производства также менее значительны в сравнении с производством досудебным, например по делам о преступлениях несовершеннолетних:
а) обязательность участия защитника и необязательность для суда отказа от него;
б) участие в судебном заседании законных представителей несовершеннолетнего подсудимого;
в) участие в судебном разбирательстве представителей предприятий, учреждений и организаций;
г) возможность удаления подсудимого из зала судебного заседания на время исследования обстоятельств, могущих отрицательно повлиять на несовершеннолетнего;
д) обязанность суда дополнительно обсудить вопросы о возможности отсрочки исполнения приговора и о необходимости назначения общественного воспитателя в случаях условного осуждения, применения меры наказания, не связанной с лишением свободы или отсрочки исполнения приговора;
е) возможность превращения уголовного дела с применением к несовершеннолетнему одной из мер воспитательного характера.
По другим категориям дел особенностей[246] в стадии судебного разбирательства действующее уголовно-процессуальное законодательство не предусматривает.
Между тем в уголовно-процессуальной литературе значительное распространение получило мнение о необходимости дифференциации и судебного разбирательства уголовных дел. При этом одна группа авторов (М. С. Строгович, П. С. Элькинд и др.), отрицая дифференциацию уголовного судопроизводства, допускала, вместе с тем, возможность более сложной процедуры по определенным категориям дел. Другие авторы (П. Ф. Пашкевич и др.) подходили к проблемам дифференциации также односторонне – только в плане упрощения. Более предпочтительной является иная позиция: по одним категориям дел возможно упрощение судебного разбирательства, а по другим – его усложнение.
Для дифференциации судебного производства по уголовным делам имеются те же предпосылки, что и для дифференциации досудебного производства. Чем более общественно опасно преступление, дело о котором рассматривается в суде, тем в меньшей степени нужна быстрота, в большей степени опасны ошибки, а значит, необходимы дополнительные гарантии. Напротив, по делам, не представляющим большой общественной опасности и не являющимся сложными по установлению фактических обстоятельств, возможно упрощенное производство.
Одним из первых шагов в этом направлении явилось бы изменение состава судебной коллегии, рассматривающей дела по первой инстанции. Дела о наиболее тяжких преступлениях, за совершение которых предусмотрена смертная казнь, следовало бы рассматривать по первой инстанции коллегией в составе двух профессиональных судей и трех народных заседателей[247].
По этим делам необходимо не только увеличение числа судей, имеющих жизненный опыт (народных заседателей), но и судей, имеющих высокую профессиональную квалификацию, поскольку именно при рассмотрении этих дел чаще возникают сложности не только в установлении фактических обстоятельств, но и в правильной их юридической оценке. Именно по такому пути идет уголовно-процессуальное законодательство большинства европейских социалистических государств[248].
Значительное увеличение числа народных заседателей вряд ли имеет смысл. Реализация этого предложения, по сути, означала бы введение в советский уголовный процесс суда присяжных. Предложение о разделении функций судьи и народных заседателей (народные заседатели решали бы вопрос о виновности, а профессиональные судьи – вопросы о наказании) высказано многими авторами[249].
