– Тогда… – печально пожала плечами Анна. – Тогда хотя б Люську с Петром позвать… На проводины.
– А вот это можно! – смилостивился супруг. – Я им и выскажу, какой ущерб нанес мне двоюродный братец!
– Я не поняла, какой ущерб? – напряглась жена. – Так может… деньгами взять?
– Ну, мама! – взвилась Янка. – Папа хотел сказать, что ему нанесли обиду и он теперь ущербный!
– Да! – гордо дернул головой Шурка и надменно фыркнул: – Ну ничего не понимает, а еще туда же, в город!
Глава 7
Утром Соня собиралась на работу дольше обычного. Хотелось выглядеть так, чтобы Семен увидел ее и ахнул. И глаза она не просто тушью накрасила, но еще и подводкой обвела. И тональный крем наложила – берегла его только на выход, и помаду взяла поярче. И даже феном уложилась. Правда, не было лака для волос, поэтому она решила даже шапочку не надевать – ничего, не простудится, зато прическа не помнется.
Она даже чуть-чуть опоздала, всего на десять минут, но… Но переволновалась сильно.
– Ну и хорошо, – подмигнула она себе в зеркальце. – Зато есть повод сейчас прийти к Семену и извиниться за опоздание.
Она вбежала в приемную Овчарова и остановилась. За секретарским столиком сидела Марина, секретарша Семена, а рядом с ней держала кружечку двумя пальчиками Лидочка. По всей видимости, девушки только что завершили маникюр, потому что в приемной пахло лаком, а пальцы на обеих руках прекрасных див были старательно растопырены.
– Семен Васильевич у себя? – спросила Соня, стараясь не смотреть на Лидочку.
– А вы к нему по какому вопросу, собственно? – внимательно рассматривая свои ногти, спросила Марина.
Соня склонила голову набок:
– Судя по тому, что вы устроили парикмахерскую, его нет… Хорошо, я зайду позже.
– Ой, да не заходи ты уже никогда-а, – вальяжно протянула Лидочка. – Госсыди, ну неужели непонятно, он уже не знает, куда от тебя сбежать! Ты ж понимаешь, пока ты здесь, он не вернется! Ты что, хочешь, чтобы все производство развалилось? Ну ващщще… Марин, прикинь, сейчас из-за этой воблы в этом месяце ващще ничего не получим.
– Почему? – не сразу сообразила Марина.
– Да потому! – вытаращилась Лидочка. – Ты ж видишь, шефа нет, работа стоит, откуда деньги-то? Ну, ващщще…
– Точно, – закивала Марина, с явным неодобрением оглядывая Соню. – Ващще ничего не получим…
Соня вышла. Судя по поведению этих двух красавиц, Семена сегодня не будет… А где он? Почему он ей ничего не сказал? Ах, ну да же… он же звонил…
Соня не стала ломать голову, она все равно бы ничего не смогла придумать, поэтому направилась сразу к Пузыреву. Семен не раз говорил, что они друзья, вот и пусть расскажет господин Олег Павлович, где это прохлаждается его друг и начальник в рабочее время!
– Олег Павлович, здравствуйте, – постучала она. – Вы не знаете, где Семен Васильевич?
– Знаю, – строго взглянул на нее Пузырев. – А что случилось?
– У меня к нему срочное дело, – смотрела в окно Соня.
Пузырев хотел ответить девушке, чтобы та не забывалась – где он ей сейчас возьмет Овчарова? Но… взглянул, как дрожат ресницы девчонки, и не стал торопиться.
– Софья… Сергеевна, кажется?
Та молча кивнула.
– Софья Сергеевна… Сонечка… – начал было он, но потом просто по-дружески все-таки решился сказать: – Соня, ну что, в самом деле, на всем белом свете больше мужиков нет, кроме этого Овчарова? Что ж вы на него виноградом-то вешаетесь? Мужик уже не знает, куда от вас сбежать, телефоны меняет, работать не может, ну я не знаю! Ты ж такая славная девушка!
– Телефоны меняет? – подняла на него огромные глазищи Соня.
– Ну… да! – заегозил Пузырев, поняв, что сболтнул лишнее. – Ну, не телефоны, симки эти… Уехал ваш Семен Васильевич! В Москве он… В командировке… Вчера улетел. Если что-то важное, можете и ко мне обратиться, а если нет, то… Ждите, что я могу еще сказать…
Соня вытянула шею, чтобы, не дай бог, Пузырев не увидел слез, постаралась улыбнуться и проговорила, как ей показалось, весело:
– Да мне… В принципе можно и вам… Я тут … Я работу нашла… Прямо возле дома и… И платят хорошо, так вот… Я хотела спросить, мне… мне заявление об уходе куда подавать? В отдел кадров?
– Ну а куда же? Туда и подавайте, – вытер лоб Пузырев. – Несите, я подпишу.
Соня кивнула и быстро умчалась к себе. В считаные минуты она набросала заявление и побежала обратно к Пузыреву.
– Ой, глянь! – раздалось у нее за спиной. – Мариш, ты смотри! Овчаров еще не успел взлететь, а она уже к Пузыреву клинья бьет!
– Я тебя умоляю! Чтобы Пузырев на такую клюнул? Не смеши меня! – Девушки не спеша плыли в курилку.
Соня шлепнула заявление на стол и быстренько предупредила:
– Мне только чтобы сегодня же и все. Мне надо… чтобы завтра уже не приходить!
– И что ж вы так прямо торопитесь?… – нудил Пузырев, ставя росчерк. – Пожар у вас, что ли?
– Нет, – грустно усмехнулась Соня. – У меня, знаете ли… все больше потоп…
Она вышла из офиса и твердо решила – больше не думать о Семене! Пока нельзя… Пока очень больно… Потом… Вчера улетел… Ну да, она не могла подойти к телефону. Но ведь ему объяснили, что у нее эта беда с кранами! Ведь мог же… Пусть не помочь, но подождать… или потом позвонить… И потом, ну хорошо, она уже не обращает внимания на этих девчонок, хотя кто б только знал, чего ей это стоит! Но отчего его друг, этот Пузырев, и тот?! Получается, Соня вешается на Семена… как это… виноградом? Нет, еще можно было не поверить и Пузыреву, но чем объяснить, что она никак не может дозвониться до Овчарова? Вот так и объяснить, чего ж неясного, Пузырев все объяснил – господин Овчаров уже замучился менять телефоны… И Вера… А ведь Соня чуть не обвинила сестру во всех грехах! И в зависти, и в обидах…Только для того, чтобы обелить Семена. И ведь было же! Разве не правду говорит мать? Разве Семен ее уже однажды не предал? Как тяжело-то…
Сейчас надо просто… Просто идти и устроиться на работу… Совсем недавно… дня два назад, что ли, Соня видела объявление на дверях магазина: требуется продавец. Она еще тогда подумала: как хорошо, кто-то работу ищет, а ей уже не надо думать о работе, она уже устроена… А ведь пригодилось!
В магазине, который находился в двух остановках от дома, и в самом деле все еще требовался продавец. Продавать надо было рыбу. Соня ничего не понимала в этом ответственном деле, однако раздумывать не приходилось. Она ничего не скажет дома, какая разница, где зарабатывать деньги? И потом… Ей сейчас ну прямо очень не хотелось, чтобы дома знали, что они оказались правы. Семен и в этот раз обманул Сонины надежды… А потому что не надо было надеяться! Напридумывала невесть чего, и вот теперь… Самое главное – не разреветься бы… И еще – как же все это объяснить Ксюшке?
