Затем в начале 1971 года неожиданно умирает Ричард Рассел. Картер предложил на это место кандидатуру Дэвида Гэмбла, юриста и председателя демократической партии штата Джорджия, в расчете на выборы в следующем году. Нанн увидел в развитии событий шанс вернуться в Вашингтон. Это был дерзкий расчет. Ему исполнилось только 33 года. Он проработал лишь один полный срок в законодательном органе штата Джорджия, по большому счету был никому не известен за пределами района Перри, и ему недоставало четкой политической программы действий. По сравнению с Расселом, влиятельным председателем комитета, проработавшим в сенате почти 40 лет, Нанн казался политической мелкой сошкой. Дядя Карл сказал Нанну, что он «чертовски глуп», чтобы метить на место в Сенате вместо того, чтобы сперва начать с Палаты представителей.[230] Эд Бекхэм, один из ближайших друзей и товарищей по баскетбольной команде во время чемпионата 1956 года, вспоминал, как говорил народ в Перри: «Боже правый, что происходит? Неужели он сошел с ума?»[231]
Нанн предположил, что мог бы точно так же пойти ва-банк и прикинуть, сможет ли он попасть в Вашингтон одним прыжком, или лучше действовать медленно, прокладывая себе путь вверх по лестнице. «Я решил, что лучше пойти на выборы, чем не участвовать. И решил, что для меня оптимальный путь – это баллотироваться в Сенат и посмотреть, что произойдет, – сказал он. – Я предпочел бы баллотироваться и проиграть, зная, что сделал свою попытку, чем не баллотироваться и отсиживаться в тени всю оставшуюся жизнь, мучаясь от того, что могло бы произойти».[232]
Кампания по первичным выборам имела довольно слабое начало. Ни один журналист из Атланты не появился в Перри в тот день, когда он объявил о том, что баллотируется кандидатом в депутаты, хотя Нанн арендовал автобус, оборудованный баром с крепкими напитками, для перевозки журналистов из Атланты в Перри. В первичных выборах участвовало более десятка претендентов, но Нанну удалось заполучить достаточно голосов, чтобы выйти во второй тур вместе с Гэмбреллом. Кампания второго тура была довольно «грязной», причем Нанн пытался позиционировать себя как представитель народа, а Гэмбрелла представлять как получившего образование в Гарварде представителя элиты. Гэмбрелл называл Нанна слабеньким законодателем штата. Нанн выдавал в ответ: «Меня очень беспокоит здоровье Дэвида. Он работает больше, чем привык выпускник Гарварда. Думаю, что он перегрелся на солнце, …это будет конкуренция между плохо образованным парнем из Джорджии и выпускником Гарварда. Это будет процесс между штатом Джорджия и Лигой плюща».[233] Оба кандидата провели ряд телевизионных дебатов, повысивших привлекательность Нанна. Он умело победил Гэмбрелла и был выдвинут кандидатом от демократической партии, став вторым самым молодым кандидатом в сенаторы в стране.[234]
Победа во всеобщих выборах в 1972 году даже в таком преимущественно демократическом штате, как Джорджия, предполагала стать непростой задачей для сенатора Джорджа Макговерна, законодателя либерального толка, возглавлявшего список от демократической партии на президентских выборах. Ричард Никсон был кандидатом от республиканцев, баллотирующимся на второй срок в Белый дом. Ожидалось, что у него будут сильные позиции на Юге. Противник Нанна – Флетчер Томпсон, консерватор-республиканец, оказался под огнем в ходе кампании Макговерна. Нанн выступил против деловых схем по приказу суда, предназначенных для объединения школ, и призывал внести конституционные поправки, которые требуют от федеральных судей встречаться с избирателями каждые шесть лет. Вторя предупреждению своего отца в 1930-е годы по поводу угрозы тирании, Нанн сказал жителям Джорджии о своем предложении «покончить с диктатурой, созданной пожизненным сроком работы федеральных судей».[235]
В порыве своей оборонительной позиции Нанн съездил в Монтгомери, штат Алабама, чтобы получить благословение Джорджа Уоллеса.[236] В то время Уоллес был консерватором-страстотерпцем. После его знаменитого неповиновения приказам об интеграции в федеральных школах как губернатора Алабамы Уоллес провел на удивление удачные кампании за выдвижение его президентом от демократической партии в 1968 и 1972 годах. Он представлялся популистом, играя на предрассудках и обидах белых, синих воротничков рабочего класса индустриального севера США, обеспокоенных экономическими проблемами и социальными беспорядками. Он оказался вторым на первичных выборах в Висконсине 1972 года, и его рейтинг быстро рос, судя по опросам общественного мнения, когда убийца Артур Бремер выстрелил в него 15 мая на парковке в Лореле, штат Мэриленд. В результате нападения он оказался парализованным ниже пояса. На следующий день после того, как в него стреляли, Уоллес победил на первичных выборах демократической партии в Мэриленде и Мичигане. Он выбыл из гонки, чтобы залечивать свои раны.
Уоллес, которым Нанн прикрывался, все еще оставался символом сопротивления южан десегрегации, несмотря на то что расширил свой призыв и стал популярен среди недовольных избирателей-северян. Нанн отзывается о своей поездке в Монтгомери как о популистском жесте, а не как проявлении расовой политики. В тот день в Монтгомери, судя по его заявлению, «Джордж Уоллес представлял подлинные голоса жителей Джорджии». Трудно не заметить в этом высказывани некие кодовые слова для призыва к белому населению штата, недовольному десегрегацией, и как способ отделения себя от списка кандидатов от демократической партии на выборах президента и вице-президента. Надо быть честным по отношению к Нанну: его репутация в области прав человека в Перри была конструктивной, его поддерживал ряд черных руководителей, включая Коретту Скотт Кинг, вдову Мартина Лютера Кинга, Джулиана Бонда, сенатора штата и борца за права человека, позднее ставшего председателем Национальной ассоциации содействия прогрессу цветных людей (НАСПЦЛ), а также сенатора штата Джорджия Лероя Джонсона.
Когда его спросили в 2010 году, что можно было ожидать от одобрения Уоллеса, он сравнил свою поездку в Монтгомери с визитами Джимми Картера и Теда Кеннеди после попытки убийства Уоллеса. Он сказал, что его визит был частично связан с тем, чтобы противопоставить предательству Лестера Мэддокса, бывшего губернатора Джорджии и ярого сторонника сегрегации, который изначально поддержал Нанна, но позже действовал так, чтобы избрали Флетчера Томпсона.
Для высвечивания своих контактов в Вашингтоне Нанн включил Карла Винсона, который ушел в отставку из палаты представителей в 1965 году, в число сопровождающих его на Капитолийский холм во время осенней кампании. Цель состояла в том, чтобы добиться обещаний руководства Сената того, что в случае его избрания Нанн займет место в сенатском комитете по делам вооруженных сил. Винсону было 88 лет, но он храбро сел в ночной поезд в Вашингтон вместе с Нанном. Они оба встретились с несколькими сенатскими руководителями, включая Джона Стенниса и Рассела Лонга. План сработал. Это был еще один дерзкий шаг, который показал населению Джорджии, что Нанн в отличие от Томпсона может обеспечить продолжение активного финансирования многочисленных военных баз в штате и подписания оборонзаказов. Нанн легко победил, получив 54 процента голосов.[237] Он добился от Майка Мэнсфилда, лидера сенатского большинства, объявления в ходе кампании Нанна о готовности обеспечить ему членство в Комитете по делам вооруженных сил, и получил это заветное место.
Часть III
Как создавался американский ядерный арсенал
Глава двенадцатая
Что этот слабак думает себе, зачем мы его туда послали?
Ричард Никсон
Инаугурация Ричарда Никсона в качестве президента в 1969 году символизировала начало 27-летнего периода, во время которого Генри Киссинджер, Джордж Шульц, Билл Перри и Сэм Нанн либо в отдельности, либо в том или ином сочетании находились в рулевой рубке ядерного вооружения Америки. Они менялись у руля власти, то в республиканской, то в демократической администрациях, но каждый из них оставил заметный след в политике, связанной с ядерным оружием.
На протяжении всего этого времени Сид Дрелл оказывал свое собственное значительное влияние в качестве научного советника Белого дома, Конгресса и Центрального разведывательного управления США. Время самой активной работы Шульца по вопросам ядерной политики пришлось на президентство Рейгана, но он вкусил и жесткой политики Вашингтона, работая на Никсона. Этот опыт закалил его, подготовив к внутренним сражениям, с которыми ему пришлось позже столкнуться в качестве государственного секретаря, когда он боролся за политику установления контроля над ядерным оружием и за развитие отношений с Советским Союзом. Он также познакомился с Генри Киссинджером, коллегой по кабинету министров.
Джордж Шульц и Ричард Никсон были странной парой. Никсон слыл любителем политической поножовщины, убежденным в том, что получившая образование в престижных вузах Лиги плюща элита является его врагом. Шульц был членом этой элиты, курящий трубку интеллектуал, который глубоко верил в правоту закона и честное использование властных полномочий.
