Отдельную разновидность международно-правовых актов, принимаемых под эгидой ЕврАзЭС, которые имеют большое значение для унификации национальных законодательств государств – членов Таможенного союза, представляют Основы законодательства ЕврАзЭС. Основы законодательства являются новым на постсоветском пространстве правовым инструментом, посредством которого осуществляется правовая регламентация различных сфер общественной жизни в государствах – участниках ЕврАзЭС. Договор о статусе Основ законодательства Евразийского экономического сообщества, порядке их разработки, принятия и реализации от 18 июня 2004 г. предусматривает, что под Основами законодательства ЕврАзЭС понимаются правовые акты ЕврАзЭС, которые устанавливают единые для Сторон нормы правового регулирования в базовых сферах правоотношений, и которые принимаются путем заключения Сторонами соответствующих соглашений.
Международно-правовой анализ Договора о статусе Основ законодательства Евразийского экономического сообщества, порядке их разработки, принятия и реализации показывает, что такие Основы будут, вероятнее всего, являться приложением к соответствующему международному договору[268]. При этом важно иметь в виду, что приложение к международному договору является его неотъемлемой частью и обладает юридической силой договора и это должно быть установлено в самом международном договоре. Таким образом, правовой статус Основ законодательства качественно отличается от рекомендательного характера модельных законов и типовых проектов, принимаемых в рамках ЕврАзЭС, что должно учитываться при осуществлении мониторинга международных актов межгосударственных объединений[269].
В целях настоящего исследования необходимо верно определить природу модельных актов, которые принимаются в межгосударственных объединениях в большом количестве. Отметим, что разработка и принятие модельных законов не входит в сферу деятельности непосредственно Таможенного союза. Однако такие акты разрабатываются по линии ЕврАзЭС.
Модельные законы и типовые проекты, принимаемые под эгидой ЕврАзЭС, представляют собой рекомендательные акты, по своей структуре очень похожие на законы, принимаемые в государствах Содружества Независимых Государств. Модельные законы не содержат международно-правовых норм и не налагают на государства международно-правовых обязательств. В структуру международного права модельные законы не входят, а идут как бы параллельно с международно-правовым регулированием.
Применение международных договоров совместно с модельными законами может способствовать более эффективной регламентации соответствующих сфер, так как из модельных законов государства могут вычленять те положения, которые считают целесообразными и, применяя их наряду с международно-правовыми нормами, расширять международный инструментарий. Модельные законы способствуют гармонизации национальных законодательств и выработке согласованных подходов к тем или иным вопросам внутригосударственной правовой регламентации[270]. В рекомендациях международной научно-практической конференции «Модельное законодательство и возможности его практического применения национальными парламентами» отмечается, что разработка модельных законов в сфере экономики и науки должна быть приоритетным направлением в модельном законотворчестве[271].
Заместитель председателя Постоянной комиссии по международным делам и связям с СНГ Палаты представителей Национального собрания Республики Беларусь И. В. Карпенко отмечает, что «в зависимости от степени урегулирования правоотношений можно выделить использование следующих видов модельных законодательных актов: концепций, структуры этих актов, подходов к правовому регулированию, отдельных нормативных предписаний, терминологии.
Анализ законотворческой деятельности обеих палат белорусского парламента, а также Национального центра законодательства и правовых исследований Республики Беларусь свидетельствует, что модельные законы, типовые проекты и рекомендации Межпарламентской Ассамблеи Евразийского экономического сообщества нашли действительно широкое применение при подготовке проектов законов Республики, а также при их доработке в Палате представителей Национального собрания. Реализованы наиболее актуальные рекомендации модельных законов, типовых проектов и других документов МПА ЕврАзЭС[272]».
В Российской Федерации комитетами Государственной Думы использовались, в частности, следующие модельные законы: «О рынке ценных бумаг» (принят в г. Санкт-Петербурге 24 ноября 2001 г. постановлением 18-7 на 18-м пленарном заседании Межпарламентской Ассамблеи государств – участников СНГ)[273], «О мобилизационной подготовке и мобилизации», «Об основных гарантиях прав ребенка в государстве» (принят в г. Санкт-Петербурге 16 октября 1999 г. Постановлением 14-9 на 14-м пленарном заседании Межпарламентской Ассамблеи государств – участников СНГ)[274], «О продовольственной безопасности» (принят в г. Санкт-Петербурге 16 октября 1999 г. Постановлением 14–10 на 14-м пленарном заседании Межпарламентской Ассамблеи государств – участников СНГ[275]), «О языках» (принят в г. Санкт-Петербурге 4 декабря 2004 г. Постановлением 24-6 на 24-м пленарном заседании Межпарламентской Ассамблеи государств – участников СНГ)[276], «О культуре» (принят в г. Санкт-Петербурге 4 декабря 2004 г. Постановлением 24-6 на 24-м пленарном заседании Межпарламентской Ассамблеи государств – участников СНГ)[277], «Об авторском праве и смежных правах», «О студенческом спорте» (принят в г. Санкт-Петербурге 16 июня 2003 г. Постановлением 21-9 на 21-м пленарном заседании Межпарламентской Ассамблеи государств-участников СНГ)[278], модельные Лесной и Земельный кодексы для государств – участников СНГ и др. Мониторинг использования модельных законов МПА СНГ свидетельствует о том, что потенциал модельного законотворчества далеко не исчерпан. Модельные законы МПА СНГ обладают значительным законотворческим ресурсом для создания гармоничного правового поля Содружества Независимых Государств[279].
А. Л. Маковский справедливо отмечает, что, приняв однажды рекомендательный законодательный акт, Межпарламентская Ассамблея СНГ, за редкими исключениями, к нему больше не возвращается, даже несмотря на существенное изменение условий, в которых акт был когда-то принят[280]. Представляется, что одним из способов разрешения этой проблемы мог бы стать комплексный мониторинг модельных законов СНГ и соответствующих национальных законов. На наш взгляд, это могло бы способствовать повышению как эффективности модельных законов, так и гармонизации национального законодательства государств – участников СНГ.
При рассмотрении вопросов, связанных с видами международно-правовых актов ЕврАзЭС и Таможенного союза, необходимо исходить из особенностей и характерных черт тех или иных актов. Специфика интеграционного права состоит в том, что международные договоры качественно иного типа служат юридической основной для интеграционного взаимодействия государств, а также в том, что с углублением интеграции все больший массив правовых актов создается наднациональными органами и институтами, в пользу которых государства уступают часть своего суверенитета[281].
В качестве одного из ярких примеров современного права межгосударственных интеграционных объединений можно отметить, что в настоящее время в рамках ЕврАзЭС и Таможенного союза разрабатываются особого рода международно-правовые акты – технические регламенты, обладающие существенной международно-правовой спецификой, которая должна учитываться при мониторинге. Так, Соглашение о проведении согласованной политики в области технического регулирования, санитарных и фитосанитарных мер от 25 января 2008 г. предусматривает, что «технический регламент ЕврАзЭС» – документ, принятый международным договором государств Сторон в рамках ЕврАзЭС и устанавливающий обязательные для применения и исполнения требования к объектам технического регулирования (продукции или связанным с требованиями к продукции процессам производства, монтажа, наладки, эксплуатации (использования), хранения, перевозки (транспортирования), реализации и утилизации) (ст. 1).
В свою очередь, Соглашение о единых принципах и правилах технического регулирования в Республике Беларусь, Республике Казахстан и Российской Федерации от 18 ноября 2010 г.[282] (далее – Соглашение о единых принципах и правилах технического регулирования от 18 ноября 2010 г.) устанавливает, что «технический регламент Таможенного союза» – документ, устанавливающий обязательные для применения и исполнения на таможенной территории Таможенного союза требования к продукции либо к продукции и связанным с требованиями к продукции процессам производства, монтажа, наладки, эксплуатации (использования), хранения, перевозки (транспортирования), реализации и утилизации, утвержденный Комиссией Таможенного союза (ст. 1). Кроме того, при реализации технических регламентов, принимаемых в рамках ЕврАзЭС и Таможенного союза, необходимо исходить из особенностей взаимодействия обозначенных нормативных правовых между собой.
