— Я согласилась встретиться с ним ради твоего спасения, но когда он сообщил мне, что ты состоишь в «Клубе адского пламени», я поняла, как я ошиблась.
Джек схватил Мойру за плечи и сильно встряхнул.
— Ради моего спасения? О чем, черт меня возьми, ты толкуешь? Я точно знаю, что Мэйхью — член клуба, но я… да ни в коем случае! — В его глазах вспыхнула неистовая ярость, — Думаю, теперь я начинаю понимать что к чему. Ты знала лорда Роджера до того, как встретилась со мной, так? Он был сыном твоего нанимателя, да? Он захотел тебя. Что Мэйхью сказал тебе, каким образом уговорил встретиться с ним сегодня?
Мойра смотрела на него, сознавая, что очень близка к тому, чтобы открыть правду. Но не могла, нет, она не могла бы рассказать ему об истории с воровством. Если он и в самом деле один из этих ужасных людей, ему несвойственны угрызения совести. Он отчаянно нуждается в деньгах и может выдать ее за вознаграждение.
— Я ничего не обязана тебе объяснять. Я ненавижу его в той же степени, что и тебя. Я не спала с ним, и это все, что я могу тебе сообщить.
— Мы оба в тупике. Ни один из нас не верит другому. Только наши тела.
Джек обхватил бедра Мойры, притянул ее к себе, лег на пес. Он понимал, что его неутолимая страсть — это безумие, но ничего не мог с собой поделать. Дикое напряжение бушевало в нем, когда он вошел в нее, а бешеный стук сердца совпадал с ритмом его движений. Джек проник в нее как мог глубже и с криком извергнул свое семя.
Когда Мойра открыла глаза, то заметила, что Джек смотрит на нее как-то странно. Серебряное мерцание его глаз проникало ей в самую душу. Она поняла, что Джек не успокоится, пока не узнает правду о ее отношениях с лордом Роджером, и, кажется, наконец примирилась с этим.
— Проклятие, Мойра, прекрати лгать мне! Я устал разыгрывать из себя дурака. Я не уйду из этой комнаты, пока ты не расскажешь мне, что происходит.
Мойра сосредоточила взгляд на розовеющем небе за окном. Каким образом ее жизнь дошла до такого ужаса? Все, что она может сейчас, — это рассказать Джеку всю правду и просить его поверить ей. Если у него сохранилась хоть капля порядочности, он поймет и простит ее. Она уже было открыла рот, чтобы сбросить с души тяжкий груз, но тут в дело вмешалась судьба в обличье Петтибоуна.
— Сэр Джек, вы здесь? Поднимайтесь, сэр. Из Корнуолла прибыл человек с важным письмом. Он скакал верхом без передышки, чтобы сообщить вам новости. Это очень спешно, сэр.
— Надеюсь, новости хорошие, Петтибоун, — отозвался Джек, сбрасывая с себя одеяло и протягивая руку за одеждой. — Проводите того, кто их привез, в кабинет. Я сейчас приду.
— Святая Дева, он знает, что вы здесь, со мной, — чуть не плача, сокрушалась Мойра. — Что он обо мне подумает?
— В этом доме очень мало такого, о чем Петтибоун не был бы осведомлен, — сухо заметил Джек. — Не волнуйся, он умеет хранить секреты и вполне достоин доверия. Я сожалею, что наш разговор прервали, но тебе не удастся сорваться с крючка. Когда я вернусь, мы начнем с того, на чем остановились.
Джек, несмотря на столь ранний час, выглядел так же элегантно, как всегда, когда вышел в коридор к ожидавшему его Петтибоуну.
— Говорите, приехал посланец из Корнуолла? — спросил он, когда Петтибоун последовал за ним вниз по лестнице.
— Да, он так представился. Но больше я из него ничего не вытянул.
— В Корнуолле живет мой кузен Элсбери. Возможно, он хочет, чтобы я присутствовал на его свадьбе, хотя уже немного поздно меня вызывать. Надеюсь, ничего скверного с Уиллом не стряслось.
К тому времени как Джек спустился с лестницы, он уже испытывал непреодолимую тревогу. В его жизни бывали, разумеется, моменты, когда его посещали дурные предчувствия, но никогда еще они не одолевали его с такой силой. Наконец он отворил дверь кабинета и вошел. Петтибоун следовал за ним по пятам.
Посланец вскочил при его появлении, и Джек сразу обратил внимание на его усталое лицо и темные круги под глазами. Казалось, что человек вот-вот упадет от изнеможения, и Джек сообразил, что только по очень важной причине он мог скакать сюда верхом без отдыха.
— Сядьте, пожалуйста, — произнес Джек, указывая гонцу на кресло. — Мой слуга говорит, что у вас ко мне письмо.
Он протянул руку. Посланец достал из кармана запечатанный конверт и положил его Джеку на ладонь. Джек уставился на конверт; предчувствие было теперь таким сильным и тягостным, что ему захотелось бросить письмо в камин, не распечатывая.
— Проводите этого человека в кухню, Петтибоун. Он наверняка очень голоден. Потом отведите его в комнату, где он сможет отдохнуть.
Едва оба ушли, Джек сломал печать и вынул из конверта единственный листок плотной бумаги. Быстро пробежал глазами текст. Дочитав до конца, он разжал пальцы, и листок упал на пол. Джек повернулся к окну, за которым разгорался величественный восход.
Шестым чувством Джек вдруг понял, что он не один в комнате. Медленно обернувшись, он узрел леди Амелию. Он не выразил ни малейшего удивления, но так и застыл на месте.
— Вы предвидели, что такое произойдет, миледи? — Джеку показалось, что она кивнула, хоть он и не был в этом до конца уверен. — Вам известно, что я никогда этого но желал. Это последнее, чего я мог ожидать.
Леди Амелия, явно соболезнуя, наклонила голову.
Именно этот момент избрал Петтибоун для своего возвращения. С благоговейным ужасом уставился он на призрачную фигуру в белом одеянии. Не в силах поверить собственным глазам, он резко выдохнул, когда привидение медленно растаяло. К чести старого слуги, он был слишком хорошо вышколен, чтобы заметить вслух: семейный призрак удостоил своим посещением самого беспутного из всех беспутных Грейстоков. Про себя он подумал, что Черному Джеку исключительно повезло, раз уж он избран для спасения. Тут Петтибоун заметил письмо на полу у самых ног Джека и наклонился поднять его.
— Что-то неладное, сэр Джек? Я так ничего и не узнал от посланного, он только сообщил, что приехал с печальными известиями.
Джек повернулся к Петтибоуну, и тот поразился, какие глубокие скорбные складки пролегли между бровей и возле губ на красивом лице хозяина.
— Хуже быть не может, Петтибоун. Элсбери мертв. Погиб почти накануне свадьбы. Он ехал в карете в сильнейшую грозу. Ехал по опасной скалистой дороге, и экипаж свалился на дамбу. Уилл умер мгновенно.
Джек закрыл лицо ладонями, чтобы овладеть собой. Когда он опустил руки, Петтибоун не без удивления увидел слезы у хозяина на глазах.
— Какая бессмыслица, Петтибоун! Уильям был хорошим человеком. Полным, надежд на будущее. Он должен был жениться на любимой женщине и стать отцом детей, которые унаследовали бы герцогский титул и владения. А я игрок и кутила. Почему же это произошло не со мной?
