Читаем без скачивания Девушки любят похолоднее - Марина Серова

Оксана разохалась, а я отключилась, сославшись, что меня вновь приглашают на допрос.

Вранье это нужно было мне, чтобы Максим не слинял от Оксаны, пока я к ней еду. Ведь если бы он узнал, что я отбилась от его наветов, он мог бы уйти из квартиры Чесноковых – ищи его потом.

В обычное время я примерный водитель, соблюдающий скоростной режим. Но сейчас важно как можно быстрее увидеть Куркина и задать ему несколько вопросов, поэтому я разрешила себе прибавить скорость. Хорошо зная тарасовские улочки, я умею избегать пробок и при необходимости быстро добираться до нужного места. Поэтому я была очень довольна, уже через пятнадцать минут позвонив в дверь Чесноковых и увидев изумленное лицо Оксаны.

Отстранив ее, я прошла в комнату и поприветствовала Куркина.

Бедняга даже вздрогнул:

– Вы?

– Я. Не ожидал? – Отвечая на вопрос, как всегда, попробовала посмотреть в глаза собеседнику.

Но Максим не только не собирался отвечать на мой взгляд, а встал и пошел на кухню. Я двинулась следом.

– Будете кофе? – Не получив ответа, звукооператор включил горелку и взялся за джезву.

– Ты не ответил на мой вопрос. Повторю: не ожидал?

– Оксана сказала, что вы в милиции, – Куркин все же решился взглянуть на меня, но быстро отвел взгляд.

– Я там и была, твоими стараниями. И ты хотел бы, чтобы я там задержалась подольше?

– Да, хотел. Девушка при смерти. Кто за это ответит? – Максим все больше и больше себя накручивал и почти перешел на крик.

– Вот и я хочу спросить: что это такое случилось у вас там, в машине, что вы врезались в троллейбус?

– Лена была очень возбуждена, испугана, она рассказывала мне о том, что вы заставляли ее признаться в убийстве Светланы Измайловой, – эти слова Максима меня очень заинтересовали.

Зачем молодому человеку нужно врать? Он не знал, что я записывала их разговор и могу вывести его на чистую воду.

– Ты можешь сказать конкретно, о чем она говорила перед тем, как попасть в аварию? – Я по-прежнему сохраняла спокойствие, а Максим даже и не старался скрыть волнение. Я еще раз внимательно посмотрела ему в глаза. Он попробовал выдержать мой взгляд. И в этом ответном взгляде я прочитала отнюдь не любовь.

– Да не помню я! Я знаю только, что уговаривал ее остановиться, поговорить, а она вдруг вывернула руль и врезалась в троллейбус, – взорвался Максим.

– Так, может быть, это ты виноват, что она пошла на этот сумасшедший шаг? Если бы не жужжал у нее под ухом, она бы и не разбилась? – Я в отличие от собеседника сохраняла железное спокойствие.

– А если бы вы не приставали к ней, она вообще не стала бы психовать!

– Не стала бы приставать я – вопросы начали бы задавать следователи, – в отличие от Максима я все понижала голос.

– Да ваши следователи и не додумались бы ничего спросить!

– Значит, ты считаешь, что я на правильном пути? Или точно знаешь?

Мне показалось, что Максим сейчас бросится на меня. Но он взял себя в руки. И начал говорить, что Лена, возможно, сейчас там умирает, а мы перемываем ей косточки. Я, конечно же, не согласилась и объяснила, что мы не просто перемываем косточки, а пытаемся выяснить, оправданно ли его заявление, будто это я довела девушку до самоубийства, как он сообщил милиции.

Молодой человек заявил, что действительно так считает и сожалеет, что правоохранительные органы не приняли никаких мер.

– А ты тут совсем ни при чем? – задала я вопрос в лоб. – Почему ты не вырвал у нее руль и не вывернул в правильную сторону? Ты же очень хорошо водишь машину! Я убедилась в этом, когда увозила Женю Ножкину с турбазы и пыталась от тебя оторваться.

– Я пробовал, – вновь начал горячиться Максим, – но у меня не получилось!

– Максим, а что тебя связывает с Леной? Тоже любовь? – Я резко сменила тему разговора.

Куркин слегка растерялся, а потом начал говорить, что пока Чесноков в КПЗ, он должен заботиться о девушках, чтобы не распался коллектив, чтобы подготовиться к гастролям.

Я продолжала настаивать на вопросе о Лене, передала наш разговор с ее сестрой, а потом спросила в лоб:

– Почему Лена говорила сестре, что ты убеждал ее в своей любви? Насколько мне помнится, мы с тобой при первой встрече выяснили, что ты любишь Женю.

Куркин покраснел и зверем посмотрел на меня.

– Это мое дело, кого я люблю! Я не обязан вам отвечать, отстаньте от меня!

– Ну хорошо, – согласилась я. – Кого ты любишь – это действительно только твое дело. Но ты не мог бы сказать, когда в среду Лена ушла от тебя?

Вопрос этот я задала, как говорится, наобум, повинуясь шестому чувству – я ведь знала только о том, что Лена в ту ночь не ночевала дома, – и оно меня, как всегда, не подвело.

– В какую среду? – Интересно, Максим сделал вид или действительно не понял, о чем я его спрашиваю?

– В ту среду, когда была убита Светлана Измайлова, – уточнила я.

– А с чего вы взяли, что Лена была в ту ночь у меня? – удивился Куркин.

– Она рассказала это своей сестре Валентине, а та, когда мы встретились в больнице, мне, – безбожно врала я, но это принесло плоды – Максим признался, что девушка действительно была с ним.

– Мы проснулись около обеда. И Лена сразу сбежала, она сказала, что обещала помочь сестре убрать в доме.

– С каким настроением она ушла от тебя?

– Ей понравилось, – самодовольно усмехнулся мой собеседник.

Я поинтересовалась, могло ли быть так, что Лена выходила утром, пока он спал. Максим удивленно взглянул на меня. Помолчал, а потом сказал:

– Я помню, что мы уснули обнявшись. А когда проснулся, ее голова была не у меня на плече, а на соседней подушке. Так что можно сказать, что она действительно ушла. Из моих объятий.

– А сейчас ты очаровываешь Оксану? – сменила я тему разговора.

– Это не ваше дело! Я не буду больше с вами разговаривать! – С этими словами Максим вылетел с кухни, чуть не сбив в дверях с ног Оксану, которая решила было в этот момент войти к нам.

Мы с ней услышали, как хлопнула входная дверь. Потом Оксана прошла в кухню, села на стул, где только что сидел звукооператор, и озадаченно посмотрела на меня.

– Вы так громко кричали!

– Да, эмоции били через край, – согласилась я. И призналась: – Но все же я ничего от него не добилась.

– А чего ты хотела добиться? – очень тихо и нерешительно спросила Чеснокова.

– Оксана, ты же сама понимаешь, что я пока не хочу говорить о своих планах, – медленно проговорила я, размышляя, что же делать дальше: остаться с Оксаной, поехать последить за Куркиным или справиться в больнице, не пришла ли в себя Прянишина. Но решила не спешить и выяснить, что же делал здесь Куркин.

На мой вопрос, о чем шел у них разговор с Максимом, когда я так неожиданно заявилась, Оксана пожала плечами:

– Ни о чем.

Но потом все же начала вспоминать:

– Максим сказал, что приехал поддержать меня. Начал говорить всякую чепуху, которая мне была совершенно неинтересна. А я предложила подумать о том, что же делать, кем заменить Лену. И тут он вспомнил, что недавно видел Катю Свирскую, которая ушла из первого состава ансамбля потому, что вышла замуж. Катя сказала, что разошлась с мужем и очень жалеет, что больше не в коллективе. Мы договорились позвонить ей, как раз собирались, когда ты пришла.

– Значит, вот уже второй день я мешаю вам работать?

– Разве это работа? – грустно проговорила Оксана. – Виталия заменить нельзя. Максим только кричит и критикует. Он считает, что все знает лучше всех. А Вит дает человеку раскрыться и советует, как, по его мнению, сделать лучше.

В ее голосе было столько тоски по любимому!

Что заставило меня задать вопрос, не признавался ли Максим Оксане в любви, я не знаю, но вопрос этот оказался в точку.

– Признавался, – грустно улыбнулась молодая женщина, – он уверен, что и как мужчина он лучше Чеснокова.

– И давно он тебя любит?

– Сказал, что с той поры, как только увидел.

– А романы с другими девушками? – уточнила я.

– Вот такое у него большое сердце – может сразу любить нескольких женщин, – Оксана даже руки развела.

– Когда я с ним познакомилась, – я решила рассказать о нашей первой встрече, – он уверял меня, что безумно и безответно любит Женю Ножкину. Вчера сестра Лены Прянишиной рассказывала о том, как он признавался в любви Лене. А к тебе он давно пристает?

– Сегодня я впервые услышала его признания, – улыбнулась Оксана.

– И ты не подозревала, что интересуешь его?

– Если ты думаешь, что я серьезно восприняла его слова, то ты ошибаешься. Максим тот еще донжуан.

И Оксана рассказала мне, что Куркин относится к мужчинам, которые поставили перед собой цель «осчастливить» каждую женщину, оказавшуюся рядом. Причем он на полном серьезе влюбляется в очередную красотку, появляющуюся в ансамбле. И просто болеет, если ему отказывают. Правда, Оксана поначалу не раз пыталась раскрыть глаза очередной жертве внимания звукооператора, но потом поняла, что девушкам это не нужно – они сами прекрасно справляются с озабоченным молодым человеком. Те же, кто отвечает взаимностью, быстро остывают и не стремятся продолжать отношения. Исключение составляла только погибшая Светлана Измайлова. Она любила Максима по-настоящему, но Куркин был верен себе и со Светланой расстался, как только появился новый объект, заслуживающий внимания.