– Тебе стоит лишь попросить, и я всегда приеду, Эмрис.
Барон кивнул и повернулся к Фицрою:
– И тебе спасибо, Уриен.
– Барон, вы не позволите мне поговорить с вашей дочерью сегодня же? – спросил Брайс, стараясь, чтобы его голос не звучал уж слишком отчаянно.
– Я бы позволил, Фрешет, – мягко ответил барон, – но думаю, лучше подождать, когда она попросит об этом.
– А она не просила? Барон улыбнулся.
– Не расстраивайтесь, Фрешет, она скоро попросит, я в этом уверен.
Брайс с облегчением вздохнул. Правда, его смутило, что он выставил напоказ свои чувства, ведь Делейни пробормотал что-то по-валлийски, а Морган и барон заулыбались. Фицрой, искоса глядя на Брайса, сказал:
– Порой нам, нормандцам, надо держаться вместе. Дилан, что такое веселое ты сказал?
– Он сказал, что нормандцы скоры в бою, но медлительны в остальном, – перевел Морган.
– Нормандцы легко обижаются, но трудно забывают обиды, – парировал Фицрой.
– Хватит, хватит, молодые люди, – успокоил всех барон. – Пусть Фрешет улаживает свои сердечные дела так, как считает нужным. Пока что он едет с нами на север.
Удивленный такой поддержкой, Брайс в недоумении уставился на барона, а Делейни повернулся к Брайсу и сказал со смехом:
– Фрешет, вам в рот сейчас муха залетит.
* * *
Рианон мерила шагами крошечную келью. Она взволнованно теребила рукав платья и покусывала губы. Девушка знала, что отец позвал к себе Брайса Фрешета, и знала, зачем. Согласится ли Брайс поехать с ними? Она вовлекла его в такую переделку, что вполне могла ожидать от него отказа.
С тех пор как они прибыли в монастырь, он не попросил свидания с ней, хотя наверняка знал, что она будет счастлива видеть его после всего пережитого. Больше чем счастлива.
Потому что она любит его.
От стука в дверь она вздрогнула, а сердце едва не выпрыгнуло из груди.
Но на пороге стоял не Брайс, а отец.
– Он поедет с нами? – сгорая от нетерпения, спросила Рианон.
– А если нет?
Рианон пронзила такая острая боль, что ей показалось – вот сейчас она умрет. Но при взгляде на лицо отца ее охватило радостное возбуждение.
– Он сказал, что поедет! – взволнованно воскликнула она и кинулась обнимать отца. – Спасибо вам! Спасибо за то, что попросили его! Вы не разочаруетесь! – Рианон не сводила с отца глаз. – Уверяю вас, он прекрасный, достойный человек!
– Мне он таким и показался.
– Вы его вознаградите? Отец печально улыбнулся.
– Если он согласится взять хоть что-нибудь от меня.
– Но он это заслужил!
– Фрешет – гордый человек, Рианон, а такие люди не любят, чтобы их одаривали.
– Брайс достоин попросить у нас все что угодно.
– Думаю, что для этого человека существует только одно вознаграждение, – ответил отец.
– Значит, он его получит. Вы ему дадите то, что он хочет?
Эмрис Делейни, не ответил прямо: он еще не знал, как поступит, если Брайс Фрешет попросит столь желанное ему вознаграждение.
– Ты ведь не просила разрешения поговорить с ним, – заметил он.
– Нет. Мне неловко.
– После всего случившегося лишь наглец потребует свидания с женщиной, которую он помогал похитить. Благородный же человек проявит меньше самоуверенности и будет ждать, когда его позовут.
Рианон уставилась на отца.
– Вы считаете, что мне следует послать за ним?
– Боюсь, что Брайс Фрешет слишком благороден и не знает себе цены, поэтому он не предпримет ничего, пока ты первая не заявишь о своих чувствах к нему. Так мне кажется, если я разбираюсь в людях.
Рианон удивили отцовские слова, а он продолжал:
– Если ты предпочитаешь подождать еще какое-то время, то это осложнит наше путешествие домой.
– Что же мне делать?
– Ты любишь этого человека? – Отец пристально смотрел на нее.
Прямой вопрос застал ее врасплох, но она все же, не колеблясь, ответила:
– Да!
– А он тебя, как ты считаешь?
– Я… не знаю, – смутилась Рианон. – Надеюсь, что любит.
– Ты хотела бы, чтоб он стал твоим мужем?
– Больше всего на свете! И вы дадите свое согласие на этот брак, если он попросит моей руки, да, отец?
– Мне не следует этого говорить, но я, наверное, дам согласие даже на твой брак с горбатым троллем, если это сделает тебя счастливой. Слава Богу, Брайс Фрешет не горбатый тролль.
Рианон звонко чмокнула отца в щеку.
– Вы самый лучший отец на свете!
– Итак, моя милая дочка, – с улыбкой сказал барон, – я думаю, прежде всего ты должна выяснить, хочет ли Брайс Фрешет жениться на тебе.
– Я узнаю! – Она бросилась бежать. – Я сейчас же узнаю!
– Рианон! Тебе не следует… – крикнул он ей вслед. Он хотел сказать, что ей не надо самой бежать к нему, а пригласить его. Но он не успел остановить свою пылкую, нетерпеливую дочь.
– Брайс! – шепотом позвала Рианон и откинула полог палатки.
– Рианон! Что вы здесь делаете? – спросил Брайс. У него болела сломанная рука, а ему так хотелось обнять ее.
Она склонила голову набок и залилась пленительным румянцем.
– Мне уйти? Я подумала: а вдруг вы захотите меня увидеть? Но если это не так…
– Конечно, я хочу вас видеть… если вы сами этого хотите после всего, что я натворил.
Она смотрела на него блестящими, широко открытыми глазами.
– Вы спасли мою честь и жизнь. Надежда вернулась к Брайсу, но он боялся поверить услышанному.
– Миледи, я так рад вас видеть…
– Рады? Правда? Он улыбнулся.
– Очень рад, миледи. Очень.
– А почему? – без обиняков спросила она.
Ему было трудно ответить – так настрадался он от любви и сомнений.
– Я боялся, что вы больше не захотите меня видеть – ведь вы теперь не нуждаетесь в защите.
– Благодаря вам. Само собой разумеется, что я захотела бы увидеть вас и поблагодарить.
– Понятно, – тихо произнес он и отвернулся.
– Отец сказал, что вы едете с нами на север и сможете получить вознаграждение.
– Вероятно.
– Разве вы не считаете, что заслужили награду?
Брайс серьезно посмотрел на нее.
– Нет, я ничего не заслужил. Я просто исправил одну из многих своих ошибок.
Рианон не удержалась и, протянув руку, погладила его по небритой щеке.
– Если вы не захотите остаться с нами в Крейг-Форе, то куда отправитесь?
Он положил свою крепкую ладонь поверх ее руки.
– Не знаю, миледи. Может быть, к сестре и ее мужу. Или на север, а, возможно, вернусь в Европу.
Он ласково погладил ее руку и прижал к своей щеке, а взгляд у него был внимательный и испытующий. Она вспомнила его поцелуй, сердце у нее замерло, а время остановилось.
– Брайс, вы спасли меня. Но я пришла не для того, чтобы благодарить вас или спрашивать о вознаграждении. Я пришла… – Она смутилась от его пристального взгляда. Но время таиться миновало. – Я пришла, чтобы сказать о своих чувствах. Я восхищаюсь вами. – Затем нежным шепотом добавила: – Я люблю вас.
