так как Уэс создал собственную компанию по скалолазанию и сафари в Восточной Африке.
Однако Скотт не мог расслабиться и просто наслаждаться моментом. Он был твердо намерен взойти на Килиманджаро по диретиссиме, и теперь, когда приключение было позади, ему не терпелось снова отправиться в путь. Он хотел либо совершить еще одно восхождение, либо вернуться в Сиэтл и начать планировать следующее приключение.
«К моменту возвращения в Арушу мы уже достаточно разобрались во всей этой истории с Танзанией, – вспоминает Уэс. – Мы подделали бланк валютной декларации, чтобы не платить лишнего. Я мог пробыть в городе, сколько потребуется, и легко достать достаточно топлива для поездки в национальный парк Серенгети и обратно. Но не смог убедить Скотта остаться».
– Слушай, – сказал Скотт, – мы взошли на гору, теперь давай выбираться отсюда.
– Брюс, разве ты не хочешь поехать в Нгоронгоро, посмотреть на львов и слонов и отлично провести время? Не хочешь покататься по Серенгети?
Скотт ответил отрицательно. Он был готов вернуться домой, увидеть Джинни, спланировать следующее приключение – придумать следующее восхождение.
– Как, черт возьми, можно приехать в Африку и не посмотреть слонов? – спросил Уэс.
Но, как это часто случалось со Скоттом, у него был график. Иногда временные ограничения были навязаны другими людьми, но чаще всего внутренние часы Скотта неустанно тикали, подгоняя его от одного вертикального приключения к следующему. Останавливаться на горизонтальной поверхности, похоже, было не в его стиле.
Они договорились, что Уэс будет руководить приключениями «Горного безумия» в Африке с помощью Фрэнсиса Кишинго, а Скотт станет возить клиентов по всему миру. Они также планировали еще одно совместное восхождение – подъем в альпийском стиле на гору Клык в Непале. Ее вершина была минимум на полтора километра выше всех гор, на которые им обоим приходилось подниматься, и они считали, что такое восхождение откроет хорошие перспективы как для них, так и для «Горного безумия». В любом случае это будет хорошим приключением. Диретиссима на Килиманджаро стала настоящим испытанием, но они и представить не могли, что ждет впереди. По сравнению с Гималаями Брич-Уолл была сущим пустяком.
10. Клык
Эта гора считается очень сложной для восхождения, альпинисты на ее вершине побывали лишь раз – весной 1980 года, это была австрийская команда.
Элизабет Хоули, летописец гималайских восхождений
Впервые я услышал историю о попытке восхождения на Клык в 1984 году, когда мы втроем сидели в гостиной дома Фишера-Прайс вскоре после возвращения Скотта и Уэса из Гималаев. Скотт потерял много веса на восхождении, поэтому активно отъедался – наложил на тарелку пару тортилий, огромный кусок яичницы с сальсой и взял немного йогурта без сахара. Уэс сидел, двигая ногой, то сгибая, то разгибая ее, согласно наставлениям врача. Большой красный шрам на задней стороне ноги только начал заживать, а лодыжкой он мог двигать еще очень ограниченно.
Более чем через два десятилетия после того, как Скотт съел свои тортильи с яичницей, я услышал эту историю снова. На этот раз я гостил у Уэса Краузе в штате Монтана, где он с женой и детьми проводил годичный отпуск, отдыхая от жары и приключений «Горного безумия» в Танзании. На кухне большого дома временно центром притяжения стала большая алюминиевая емкость, в которой в соломе под специальной лампой сидели несколько маленьких цыплят и два утенка – проект детей Краузе Элизы и Макари. Восьмилетняя Элиза разложила бумагу и краски на кухонном столе и что-то рисовала.
Макари, поливая растения в горшках, которые он надеялся вырастить зимой в Монтане, размышлял о неожиданном столкновении с американской действительностью. Десятилетний мальчик привык к жизни в Танзании, где свои обычаи, поэтому не усмотрел ничего предосудительного в том, что взял с собой в школу нож с лезвием длиной десять сантиметров. Макари пришел на репетицию школьного спектакля, собираясь скоротать время, когда не нужно выходить на сцену, заточкой ножа. Увидев в руках мальчика холодное оружие, учитель, выросший в век терроризма и закрытия школ для посторонних, пришел в ужас. Уэс отнесся к этому происшествию спокойно, напомнив сыну, что он не в Танзании и что «сдача оружия» перед тем, как пойти на занятия, будет хорошим примером уважения местных обычаев и культуры.
Перед восхождением на Килиманджаро по диретиссиме в 1984 году Уэс и Скотт уже прикидывали, чем займутся потом. Скотт подумывал насчет Эвереста, но пока не имел опыта восхождений в Гималаях, а Уэс ни разу не был в Непале. Однако стоило с чего-то начинать, и они решили, что поедут в Непал и взойдут на большую гору – какую угодно, лишь бы вершина была высокой, а стоимость разрешения на восхождение – низкой.
Друзья Уэса, приехавшие в Кению после похода в район массива Аннапурны, расположенного к западу от Катманду, показали фотографии гор, которые они видели. Среди прочих на снимках была вершина Вараха Шикхар, которую из-за ее характерной формы прозвали Клыком. Она расположена в том же гигантском массиве, что и Аннапурна I, десятая по высоте вершина мира. Уэс сообщил Скотту в Сиэтл, что Клык выглядит идеальным для восхождения – до базового лагеря добраться сравнительно легко, высота вершины – 7647 метров, то есть весьма высоко, но тем не менее на этой высоте можно обойтись без искусственного кислорода. Кроме того, как выяснил Уэс, разрешение на восхождение на Клык осенью 1984 года стоило всего девятьсот долларов. Он отправил запрос и документы непальским властям, и вскоре заявка была одобрена.
Попыток взойти на Клык было немного. В 1979 году австрийская команда повернула назад из-за гибели участника. Позднее в том же году итальянская экспедиция, состоявшая из 250 обычных носильщиков, 15 высотных носильщиков и 20 альпинистов предприняла новую попытку. Они провели месяц на горе, но плохая погода, сильная лавинная опасность и гибель одного из участников заставили их сдаться. Австрийцы вернулись на следующий год и добились успеха: Зепп Майерл, реставратор церковных шпилей и альпийский гид, и Герман Ноймайер, кровельщик по профессии, успешно взошли на вершину вместе с шерпом Анг Чепалом. Через два года французы предприняли безуспешную попытку, и вплоть до экспедиции «Горного безумия» более ни один альпинист не приближался к горе[29].
Единственным описанием маршрута, которое удалось найти, был отчет австрийцев, написанный на немецком языке. Скотт и Уэс корпели над ним достаточно долго, чтобы понять, что австрийцы потратили на восхождение тридцать пять дней. Они решили, что сделают это гораздо быстрее, если пойдут в альпийском стиле, то есть будут действовать автономно, без установки цепочки
