ней казалась милым щеночком породы кокер-спаниель.
В общем, заявили, что сведения о бывших выпускниках Облака мне не получить, могу и не стараться. Это закрытая информация.
Правда, произнесено все было немного другими словами, но сути дела не меняло.
– А если поговорить с Матиасом Хардегартом? – подала голос Брун.
Я пожала плечами, признавшись, что поговорить с деканом на эту тему не удалось.
Да, стоило тому вернуться с Лорейры, как он сразу же вызвал меня в кабинет, заявив, что ситуация в Сторожевой Башне им улажена и что Эвелин вряд ли когда-либо меня побеспокоит.
Затем выдал мне кипу книг по Всемирной Истории и такую же по Общим Знаниям, наказав совершить нечеловеческий подвиг и прочесть все это перед экзаменами. Но чтобы жизнь не казалась малиной, приставил к нам Гордона и Хейма, чтобы те натаскивали нас по разным дисциплинам.
После этого Матиас заявил, что должен спешить, не захотев ничего слышать про архив.
– В другой раз, Марша! – вот что он мне сказал. После чего многозначительно покосился на гору учебников. – У вас будет, чем заняться в ближайшие дни.
И я, кивнув, потащилась с книгами на выход, надеясь, что Матиас Хардегарт найдет время и этот самый «другой раз» все же наступит.
Но с того дня от него не было ни слуха, ни духа.
Судя по всему, декан был очень занят, и по Академии ходило множество предположений, чем именно. Об этом судачили за длинными столами, и столовая полнилась самыми разнообразными слухами.
Но дело было не только в разговорах – ощущение грядущих перемен буквально витало в воздухе, и повсюду строились теории заговоров, которые могли бы составить честь лучшим заговорщикам даже моего мира.
О чем только не шептались в столовой!..
Например, говорили, что на Прей-Экриле вот-вот расквартируются элитные военные части Альянса, и среди них будет Небесная Сотня – лучше Всадники Вестии. И все это потому, что именно наш остров будет первым пролетать над Сушей.
Но зачем Альянсу перебрасывать сюда войска?!
О, в столовой можно было услышать множество предположений на разный вкус – от защиты наших границ от пиратов – да, такие тоже водились в этом мире! – до атаки на норфолов, потому что неподалеку маги Альянса обнаружили последний из проклятых алтарей…
Нет, не так – Алтарь Проклятых, вот как он правильно назывался, я успела дочитать до этого места в учебнике по истории!
Или же Вестия ожидала эту самую атаку, и войска прибудут, чтобы защитить нас от врагов?
Никто и ничего толком и не знал.
Еще поговаривали, что на Прей-Экрил прибудет сам принц Густав, наследник престола Вестии, а это обязательно означало, что он появится и в нашей Академии.
Почему?
Где, как не у нас, молодому принцу проводить свободное от королевских обязанностей и войны время – хотя война была если только в теории заговоров? Конечно же здесь, в Академии Прей-Экрила, где полным-полно прелестных Всадниц, ведь принц еще не был женат.
Об этом с энтузиазмом сплетничали за соседними столами, на что Брун закатывала глаза, а Хейди хмурилась, – но невозможно никуда было деться от разговоров, которые неслись со всех сторон.
Говорили, что принц Густав не так давно закончил столичную Академию и ему удалось призвать золотого дракона, огромную редкость в этом мире. Это считалось привилегией королевской крови, хотя случалось, что Златокрылов призывали и обычные люди.
Вернее, те, кто был отмечен Богами или же обладал сильнейшим магическим даром.
Но из-за этой самой редкости Густав Вестийский до сих пор не нашел себе пару, и это было отличным шансом для Всадниц, кто еще не обзавелся крылатым ящером.
Мало ли, вдруг к ним прилетит дракон нужного цвета, и они покорят принца?! Выйти замуж за наследника престола – о чем еще можно мечтать?!
И об этом мечтали – очень и очень громко – за многими столами в Облаке.
Остальным же, кто уже обзавелся драконами, но неправильных цветов, оставалось лишь вздыхать и надеяться на то, что принц посетит Академию, где будет дан бал по случаю начала учебного года.
Правда, если ему интересны подобного рода развлечения.
Правда, если принц вообще прибудет на наш остров.
Правда, если на Прей-Экриле еще будут размещены войска Альянса.
Быть может, ничего из этого не произойдет и все сказанное всего лишь слухи?
Вот и Брун склонялась к такому же мнению. А Хейди ни о чем не думала – сидела, улыбаясь, окруженная двойной разрушительной силой братьев Вьерсонов. Те что-то нашептывали ей в оба уха, на что принцесса то прыскала от смеха, то качала головой.
Наконец, что-то им сказала, на что братья покорно встали и ушли. Судя по всему, отправились исполнять ее приказание.
– Они это сделали! – округлив глаза, заявила мне Хейди. – Стащили из архива папки с личными делами всех выпускников и нашли среди них папку Труде Ирсен. Взломали защитное заклинание и смогли прочесть то, что внутри. Оказывается, сейчас ее зовут Труде ВанСельм, и она живет на Прей-Экриле, на улице Водопадов, 12, так что в любой момент мы можем ее проведать. Если нас, конечно, отсюда выпустят.
Брун озадаченно склонила голову, а я округлила глаза.
– Как они это сделали?! – шепотом поинтересовалась у принцессы.
– Как проникли архив? – переспросила Хейди. Затем пожала плечами: – Если честно, я не спросила. Кажется, задурили голову магиссе, а потом вынесли папки. Но я сказала им, чтобы немедленно занесли все обратно.
Не удержавшись, я сдавленно усмехнулась.
Впрочем, у меня не было никаких сомнений, что декан скоро обо всем узнает, после чего сразу же поймет, кто к этому причастен. Раз уж взломали защитные заклинания на папке Труде Ирсен, а он знает, что я ее ищу, то…
Отвертеться мне будет невозможно.
В прошлый раз в наказание за наше путешествие на Прей-Кагир Вьерсоны отделались исправительными работами на кладбище, а мы с подругами получили по строгому выговору.
Интересно, что будет на этот раз?!
Я собиралась взять всю вину на себя, поэтому подозревала, что моя учеба плавно перерастет в практику по некромантии, перемежаясь физическими упражнениями по закапыванию могил.
И тут, словно прочтя мои мысли, рядом с нашим столом вырос худой, с крючковатым носом секретарь. Заявил мне недовольным голосом, что долгие сорок минут я оставалась глуха к вызову в деканат через метку – то-то запястье чесалось так, что я разодрала его чуть ли не до крови, – поэтому ему пришлось разыскивать меня ножками.
– Какой еще вызов? – растерялась я.
Оказалось, тот самый, из-за чего и зудел порядком выцветший знак Облака. Это означало, что декан пожелал срочно меня увидеть, а я заставила его ждать. И, судя по ехидному выражению на лице секретаря, сделала это очень и очень зря.
Решив больше ничего не затягивать, я поднялась на ноги, кивнула подругам, сказав, что мы встретимся позже, после чего поспешила к центральному корпусу.
И уже скоро
