Сомкнувшиеся вокруг него пластиковые ребра не разошлись, выпуская его наружу. Он просто просочился насквозь… за мгновение до того, как скелет грянулся о парты и пластиковые кости разлетелись во все стороны.
При виде взмывающего из дыры здухача глаза головы, только что длинные и раскосые, стали большими и круглыми, как у персонажей японских мультиков. Похоже, та никак не ожидала, что воин сновидений сможет вырваться из ловушки. Но здухачу было неинтересно разбираться в настроениях врага. В крупных желтых зубах тварь сжимала его серебряный меч! Прянув вперед, здухач вцепился в рукоять и с силой рванул на себя. Со скрежетом и веером искр меч вырвался из пасти… желтые зубы оказались стесанными до корней! Шепеляво выругавшись, голова покатилась прочь. Здухач завис над ней, снова безуспешно пытаясь полоснуть по мельтешащему внизу лохматому мячу. Они ворвались в холл нижнего этажа. Гулко колотя о плиты пола, голова запрыгала мимо гардероба.
– Зеркало! – завопил в сознании здухача Танькин голос. – Давай, по методу Персея, гони его к зеркалу! Пусть он, как Медуза Горгона, сам на себя посмотрит!
Здухач заложил лихой вираж в воздухе. Действительно, высокое, в человеческий рост, зеркало висело в простенке у гардероба на двух стальных крюках. Воин сновидений кинулся к нему.
Путаясь в растрепавшихся бровях, голова на полной скорости катилась к школьному выходу. Сейчас она прорвется в двери, и под ее взглядом тонны земли рухнут в глубины, унося за собой здания, дороги, машины, людей…
Голова ощутила шевеление воздуха над собой и стремительно катнулась назад. Школа содрогнулась. Словно с потолка, прямо перед головой рухнуло… здоровенное зеркало. Покачиваясь, встало поперек дверей, отрезая выход наружу…
Свистнул воздух… длинные брови мгновенно обмотались вокруг головы, прикрывая глаза – и не давая хозяину увидеть собственное отражение.
В погребенной в толще земли школе воцарилась полная, нерушимая тишина. Все замерло. Зависший над головой здухач несколько секунд разглядывал башку, по самый лоб замотанную в брови.
– Похоже, античный миф про Персея и Горгону общеизвестен! – громко и насмешливо подумал воин сновидений.
– А что же с ней делать? – растерянно прозвучал в его сознании голос Таньки.
В этот момент одна из обмотанных вокруг головы бровей чуть дрогнула, и из-под нее выглянул настороженный и внимательный глаз. Торопливо зыркнул вверх, на зависшего здухача – голова была готова мгновенно вильнуть в сторону, стоило воину сновидений лишь шелохнуться…
И здухач шелохнулся… Голова прянула вбок, уворачиваясь от узкого серебряного клинка…
Тяжелое, длинное и широкое зеркало покачнулось… И рухнуло, накрывая улепетывающую голову! Из-под него раздалось сдавленное «Ох!». И тишина.
Потом сверху раздался звон битого стекла и слаженный топот бегущих ног. В холл ворвались трое. Впереди, в развевающейся гриве светлых волос, летела Танька. С разбегу вломилась прямо в центр закрутившегося смерчем здухача и громко заверещала, когда воин сновидений взмыл у нее над головой. Ментовский Вовкулака ухватился за торчащие срезанные крюки и одним рывком поднял опрокинутое зеркало.
– Осторожнее, а вдруг опять уставится! – вскрикнула Ирка, когда Вовкулака нагнулся к валяющейся на холодной плитке голове.
– Не уставится! Не бери больше эту голову в голову, сестренка! – волк-оборотень бестрепетно сгреб голову за брови и поднял на вытянутой руке. Глаза Шелудивого Буняка были закачены под лоб.
– Зеркало – лучшее средство против зыркающей головы, – фыркнул Вовкулака. – Если ударить прямо по ней – сотрясение мозга гарантировано!
Глава 27
Провались она, эта школа!
Из коридора послышалось тихое журчание, и в холл робко и вкрадчиво вытекла первая струйка воды. За ней скользнула вторая, третья…
– Так, девчонки, уже заливает, – деловито сообщил Ментовский Вовкулака. – Надо сматываться. А ну-ка быстренько нашарьте мне тут пустую коробку.
– Зачем? – переспросила Танька.
– Затем, что если мы вылезем из-под земли с головой в руках, реакция общественности может оказаться непредсказуемой! – потрясая обморочной головой, сообщил Вовкулака.
– Коробки на втором этаже, – тихо прошелестело рядом, и в темноте школьной лестницы мелькнул меч.
Девчонки и Вовкулака бегом рванули по ступенькам. Зажатая в кулаке у Вовкулаки голова покачивалась и подпрыгивала, болтаясь на собственных бровях. На втором этаже в кладовке действительно оказалось несколько картонных ящиков из-под компьютеров. Старый оборотень кинул голову внутрь и тщательно заклеил все щели найденным тут же скотчем.
– Наверх! – скомандовал он, зажимая коробку под мышкой и с тревогой вслушиваясь, как в коридорах первого этажа уже бурлит вода.
Ухватив Таньку за руку, Ирка побежала следом за Ментовским Вовкулакой, безошибочно ориентирующимся во тьме провалившейся под землю школы. Рев прибывающей воды слышался все сильнее. Танька споткнулась на очередной ступеньке, ее рука выскользнула из Иркиной ладони. Девочка упала, коленями хлюпнувшись в воду. Вскочила, пошатнулась – холодный ручеек нырнул за край кроссовки. Расплескивая вокруг себя воду, побежала вверх по ступенькам. Споткнулась, упала на четвереньки… Одежда мгновенно вымокла. Шум прибывающей воды все усиливался, Танька попыталась встать, не смогла, забарахталась, чувствуя, как ее приподнимает волной. Одна, в темноте, на стремительно затопляемой лестнице… Она уже не понимала, где тут верх, где низ, куда бежать…
Над ней послышался громкий зевок – и обступившую Таньку тьму разорвал серебристый луч. Девчонка вскинула голову – над залитой водой лестницей, зависнув внутри стремительно вращающегося вихря, ярко пылал серебряный меч! Медленно, будто парящий светлячок, опустился он к Таньке, и знакомый сонный голос пробормотал:
– Хватайся!
Пошатываясь от толчков воды, ведьмочка поднялась и благоговейно положила руки на эфес. Почувствовала, как возносится в воздух. Ее ноги с хлюпаньем вырвались из воды. Мимо нее, тяжело молотя крыльями, пронеслась черная собака, следом пробежал Вовкулака. Танька пролетела над залитой водой лестницей и вылетела в коридор третьего этажа, по которому уже начали скользить первые струйки. Опустилась у разбитого окна. Подполковник уже проталкивал в окно принявшую человеческий облик Ирку.
– Держи! – протягивая ей заклеенную коробку с живой головой внутри, скомандовал он. – Теперь ты! – он пропустил Таньку и опасливо оглянулся на вскипающие у лестничной клетки водяные барашки.
Танька скользнула в выбитое окно. В запястье ей вцепилась крепкая рука, с силой выдергивая наружу.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
