В следующую секунду Рой вдруг поднялся на постели на колени, увлекая с собой Бетти и усаживая ее на корточки спиной к себе. Он поднял ее руки, скользнул по ним ладонями сверху вниз, потом подхватил обе груди, жадно сминая их в порыве страсти и обжигая сзади шею Бетти горячим прерывистым дыханием.
— Бет… — прошептал он, касаясь губами мочки ее уха. — Девочка моя…
Бетти тихонько постанывала, откинувшись спиной на его грудь и упершись разведенными коленями в постель. Она изнывала от желания вновь ощутить испытанное только что удовольствие. Словно угадав это, Рой прижал пальцы к чувствительной плоти между ног Бетти и принялся массировать чуть разбухший упругий горбик основанием ладони.
Бетти затрепетала, пронизанная невыразимо сладостным ощущением, подаваясь нижней частью тела навстречу ритмичным нажимам. Она чувствовала, как нечто сладостно-мучительное неотвратимо нарастает в ней, что-то захватывающее и пугающее. Но Рой вдруг убрал руку и потянулся за подушкой, придвинув ее поближе. Затем он опрокинул ее на подушку спиной и пошире раздвинул ей колени.
— Не отворачивайся, — хрипло попросил он. — Смотри мне в глаза.
Выполнить его просьбу оказалось довольно трудно, потому что ее глаза сами закрывались от удовольствия, испытываемого ею в эту минуту. Дыхание толчками вырывалось из ее груди, с губ слетали стоны.
Рой опустился на локти, затем, не отрывая взгляда от расширенных зрачков Бетти, он осторожно ввел член в горячую глубину ее тела. После первого же движения Бетти зажмурилась, не в силах справиться с сотрясающей ее крупной дрожью. Такого с ней еще никогда не случалось. Сразу взмокнув, она не осознавала больше ничего, кроме мощных движений внутри своего тела, каждое из которых как будто наращивало в ней пронзительное напряжение. И вдруг, когда наслаждение стало невыносимым, в ней словно что-то лопнуло, и конвульсивные судороги разнесли по всему телу бурную, горячую волну. Бетти громко вскрикнула низким хриплым голосом, показавшимся ей незнакомым, и впилась пальцами в плечи Роя.
А он все продолжал ритмичные толчки, глубоко проникая в ее тело, и к тому моменту, когда она начала постепенно выплывать из темных глубин, куда погрузилась несколько мгновений назад, его тоже настиг пик наслаждения.
На этот раз Рой поднялся сразу и помог Бетти лечь ровно, заботливо подложив ей под голову подушку. Но потом они все равно слились в объятиях, да так и уснули, не размыкая рук, словно боялись потерять друг друга во сне…
Бетти проснулась в ту секунду, когда ее лица коснулся первый солнечный луч, пробившийся сквозь облака и проникший в спальню через окно, на котором не было штор. Она сонно потянулась, чувствуя, что сердце ее наполнено любовью.
Так сколько же сейчас стоят ее свобода и независимость? Эта мысль промелькнула в голове у Бетти, когда она выскальзывала из объятий Роя, все еще продолжавшего спать. Она принадлежала ему отныне и во веки веков, покоренная силой его страсти и глубиной своей любви, существования которой уже невозможно было отрицать.
Рой лежал на спине. Глубокое мерное дыхание вздымало его широкую грудь. Не в силах противиться искушению, Бетти протянула руку и погладила пальчиком один из его плоских сосков, почувствовав, как он начал сжиматься от ее прикосновения. Она сразу же заставила себя прекратить это шаловливое занятие, потому что, если бы Рой сейчас проснулся, они немедленно занялись бы любовью. Но Бетти необходимо было так много сказать ему до того, как это случится. Нужно наконец прояснить ситуацию, чтобы войти в совместную жизнь без лжи и недоговоренностей.
Подумав об этом, Бетти нахмурилась. Как долго будет продолжаться их совместная жизнь? Пока они не устанут друг от друга? Но неужели все не может обернуться по-другому?
Может! Природный оптимизм Бетти позволял ей надеяться на это. Во всяком случае, она приложит все силы, чтобы осуществить свои мечты.
Захватив из шкафа свежее белье, она покинула спальню, размышляя по пути о том, что всегда будет любить Роя и отправится за ним хоть на край света. Единственная свобода, которая ей сейчас нужна, это свобода выражать свою любовь. И если у них когда-нибудь появятся дети, то уж она-то позаботится, чтобы они всегда чувствовали любовь и заботу родителей.
Впрочем, не стоит забегать вперед. Без брака детей не будет. Не стоит позволять своей ослепительной любви затмевать существующую реальность. Рой пока еще ни разу не упомянул о браке. Но удивляться этому не приходится — он ведь может по-прежнему думать, что она всегда меняла любовников как перчатки. Ну и что? Снова ей на выручку пришел неугасимый оптимизм: Рой изменит свое мнение, когда узнает, что Эрл и в самом деле является ее дядей.
Затаив в сердце эту надежду, Бетти приняла душ, но не стала вытираться досуха и надела майку и шорты прямо на влажное тело — пусть одежда выразительнее подчеркнет изящные контуры ее фигуры.
Никогда еще Бетти не чувствовала себя более оживленной, более женственной и более разнеженной, чем сейчас. И более счастливой. Небо снова было голубым, пригревало утреннее солнышко, а когда она распахнула входную дверь, то услышала шум прибоя. Очевидно, ночью был шторм.
Восхитительно! Припевая вполголоса, Бетти принялась накрывать к завтраку установленный во дворе стол. И когда Рой подкрался к ней сзади на цыпочках, обнял за талию и прижался губами к шее чуть ниже уха, ее сердце подпрыгнуло от радости.
— А я собирался принести тебе завтрак в постель, — шепнул он. — И ланч. И ужин.
После прошедшей ночи кожа Бетти приобрела особую чувствительность. Теплое дыхание Роя щекотало ее, и она даже смогла понять, что он улыбается. Повернувшись к нему лицом и взглянув на него, Бетти увидела, что его снова переполняет желание, и это чуть не заставило ее отбросить мысль о серьезном разговоре. Но все же она устояла, даже несмотря на то, что Рой искушающее потерся о нее бедрами, между которыми снова ощутимо обозначилась будоражащая воображение твердая выпуклость.
— Мне нужно поговорить с тобой, — произнесла Бетти, слегка задыхаясь.
Нежное сладостное тепло, разлившееся в нижней части ее тела, заставляло думать совсем о другом. В глазах Роя сверкнула земная, грешная улыбка. Он наклонился и поцеловал Бетти в губы.
— Не сомневаюсь. Но мне кажется, что лучше делать, чем говорить.
— Я серьезно! — делано возмущенно воскликнула она, едва удержавшись, чтобы не рассмеяться. Но Рой снова принялся целовать ее, повторяя в коротких перерывах:
— И я… и я… и я… Никогда еще не был так серьезен. Давай вернемся в постель. Нам нужно отпраздновать начало самых фантастических отношений в мире!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
