Она взволнованно повернулась к Шарли.
– О, Шарли, может быть, вы могли бы выяснить это для меня… Может быть, он постоянный клиент или что-то в этом роде… Возможно, вы его знаете…
Шарли рассеянно потрепала Элизабет по руке.
– Я посмотрю, что можно будет сделать, Элизабет. Но у нас есть более серьезная проблема, чем выяснение личности этого вашего дурно воспитанного джентльмена.
– Правда?
– Да, правда. – Джордан перевел взгляд на Шарли, и с секунду она видела его мысли так же ясно, как если бы они были ее собственными. И это вполне могло бы оказаться правдой, потому что оба они прекрасно понимали всю опасность сложившейся ситуации.
– Дело в следующем, Элизабет, – сказал Джордан. – Мы теперь абсолютно уверены, что кто-то охотится на Шарли и, соответственно, хочет навредить «Лунному дому». – Он поднял руку, чтобы не дать Элизабет разразиться длинной чередой вопросов. – Потом. Обо всем этом вы сможете поговорить потом. Возникла новая трудность. Ты видела этого злодея. Ты ведь хорошо его рассмотрела, правда?
Элизабет кивнула:
– Пренеприятный тип. С какими-то странными усами.
– Видишь ли, ты теперь свидетельница. И ты легко можешь послать этого человека на галеры.
Элизабет сникла, когда до нее дошло значение его слов.
– О, черт. Теперь он будет охотиться и за мной.
Джордан посмотрел на Шарли:
– Может, она слегка взбалмошная и порой ведет себя неприлично, но ее никто еще никогда не обвинял в недостатке ума.
Шарли бросила на Джордана суровый взгляд и снова повернулась к Элизабет.
– Мы должны всеми доступными нам средствами обеспечить вашу безопасность, Элизабет.
Элизабет закусила нижнюю губу и задумчиво ее пожевала.
– Я могла бы на пару дней уехать за город. Мама с папой все еще там…
– И все общество тут же узнает, куда ты поехала. Отлично. Очень умно. Поехать туда, куда все и думают, что ты поедешь.
Элизабет недовольно взглянула на Джордана.
– А что, мистер Гений, у вас есть идея получше?
– Вообще-то, – сказал Джордан, переведя взгляд с Элизабет на Шарли, – есть.
Элизабет поудобнее устроилась на сиденье кареты и взглянула на свою попутчицу.
– Что бы там про него ни болтали, одно точно: Джордан великолепно справляется с поставленной задачей. Наверное, в нем говорит солдат.
– Да, это правда.
Вежливый ответ покоробил Элизабет, которая не отличалась ни молчаливостью, ни терпением. Она выглянула в окно на серую, залитую предрассветным светом улицу, до сих пор не веря, что Джордан Линдхерст так быстро умудрился устроить, чтобы их переодели, усадили в карету и отправили в Кальвертон-Чейз со всеми вещами. Он даже умудрился найти человек пять верховых для их сопровождения.
Обе девушки не спали этой ночью, но ни одна сейчас не призналась бы в том, что устала. Элизабет знала, что она слишком напряжена и глаз сомкнуть не может, а о состоянии Шарли она могла только догадываться.
Тем более что эта женщина, несомненно, умела держать себя в руках так, как никто другой. Такого самоконтроля Элизабет ни разу еще в своей жизни не видела.
На губах Элизабет заиграла легкая улыбка, когда она подумала о настое, что успела схватить со своего туалетного столика за те пятнадцать минут, которые Джордан отвел ей на сборы. Этот настой привез ей поклонник из Парижа – там он был в большой моде. А в Париж его завез Наполеон, вернувшись из египетской кампании.
Ходили слухи, что чай с добавлением настоя чудесным образом влиял на запреты, которые себе ставил человек. Элизабет не терпелось его испытать, и Шарли, похоже, была идеальным кандидатом на роль подопытного кролика. Впрочем, Элизабет и сама готова была попробовать настой.
Любопытство было ее настоящим проклятием. Она давно уже научилась с ним жить. Это непреодолимое желание чувствовать, испытывать, пробовать, узнавать. Особенно во всем, что касалось ее самой и ее тела. Элизабет все еще была девственницей, ну, по крайней мере, технически. Но она очень любила достигать оргазма, одна или с тем, кому она оказывала честь и позволяла помогать себе в этом.
На самом деле, кроме Джордана этой чести удостоился только Райан Пендерли, и получилось у него не ахти как.
Элизабет чуть заметно нахмурилась.
– Какие-то проблемы, Элизабет? – Шарли заметила промелькнувшее на ее лице выражение.
– Как всегда, Шарли. Как всегда. – Она улыбнулась в ответ, надеясь, что между ними завяжется дружба. Элизабет была слишком хороша собой для того, чтобы иметь много подруг среди ровесниц, и, хотя она была предельно увлечена своими гедонистическими изысканиями, иногда ей очень не хватало женской компании.
– Вы слишком молоды и красивы, чтобы тяготиться проблемами, – криво усмехнулась Шарли.
– Ха. И это «ха» относится к обоим вашим утверждениям, Шарли. Для женщины, которая занимается бизнесом, у вас слишком уж глупые представления о жизни, по крайней мере, некоторые из них. Во-первых, возраст ни малейшего отношения не имеет к неприятностям, и, я уверена, вы прекрасно это знаете, ведь вы заправляете таким местом. Во-вторых, – она подняла вверх два пальца, – моя красота означает, что мужчины суетятся вокруг меня, пытаясь разузнать, стою ли я чего-нибудь в плане приданого, а другие девушки липнут ко мне, словно приклеенные, в надежде получить объедки с моего стола, то есть холостяков, которых я отвергла. А их матери все либо обожают меня, либо ненавидят.
Она шумно вздохнула.
– Господи, как же я это все ненавижу. Это такая глупая игра.
– Чего вы хотите, Элизабет?
Этот вопрос заставил Элизабет откинуться на спинку сиденья и задуматься. Вопрос был простым, но ответ на него был сложным, неоднозначным и очень тревожным. Потому что на самом деле Элизабет не была уверена, что она знает этот самый ответ.
– Ну, может быть, проще будет начать с того, чего я точно не хочу… – Взгляд ее синих глаз был прикован к пейзажу за окном кареты, хотя она почти не замечала всего, что проплывало у нее перед глазами.
Шарли терпеливо молчала, давая ей возможность подумать. Элизабет восприняла это с благодарностью.
– Я не хочу, чтобы меня выдавали замуж по расчету, словно я пункт в деловом соглашении. В этом я абсолютно уверена. – Она решительно кивнула головой.
– А такое может случиться?
– К счастью, нет. У моей семьи достаточно денег и регалий, чтобы я стала настоящей жемчужиной на рынке невест, им нет нужды добывать себе титулы подобным образом. И мама поддержала мое решение не торопиться с замужеством. У меня есть подозрение, что она просто не хочет, чтобы я повторяла ее ошибки. – Элизабет надула губы, подумав о крестовом походе, который совершала ее мать ради спасения падших женщин, и о том, как ее отец старался обеспечивать ее занятием, всячески трудясь над пополнением рядов этих самых падших женщин.
