Алекс довольно хмыкнула и углубилась в изучение меню четырехзвездного ресторана. Наконец заказ был сделан, и Джо внимательно посмотрел на Алекс.
– Ты так и не объяснила мне, почему оказываешь предпочтение третьесортному банковскому агенту с наметившимся вторым подбородком.
Алекс вздохнула. Джо Гомесу не откажешь в настырности.
– Это уже не смешно. Какая связь между тобой и Рупертом? – возразила она с досадой. – Кажется, мы давно пришли к соглашению, что будем относиться друг к другу исключительно как профессионалы. Вдобавок…
– Вдобавок?.. – Его глаза угрожающе сверкнули.
Она хотела сказать, что плейбой с его послужным списком в жизни не позарится на такую серую мышь, как она. Но это может быть воспринято как попытка напроситься на комплимент. А вдруг он вообще обидится?
– Джо, мы живем на разных планетах, – сказала она вместо этого.
– Ради всего святого! – Его брови полезли вверх. – Мы же дни напролет торчим в одной комнате!
– Ах, ну да. Но ведь это всего лишь работа, – небрежно отмахнулась Алекс.
– По-твоему, обеды с такими мартышками, как эта твоя Кейт, сближают гораздо лучше?
– Кейт – моя старая подруга… – начала она ледяным тоном, но Джо не дал ей договорить:
– Черта с два! Она лишь узелок в опутавшей тебя сети! Как твой папаша. И как Руперт – насколько я могу судить. Но ты не из этой своры. И не хочешь в ней состоять.
У Алекс не нашлось слов. Все это было до ужаса похоже на правду.
Джо поймал ее взгляд. Несмотря на доброжелательную улыбку, ему было совсем не весело.
– Знаешь, любовь моя, для умной женщины ты просто отвратительно разбираешься в людях.
– Что ты имеешь в виду? – насторожилась она.
Джо посмотрел на нее долгим, долгим взглядом. Посмотрел в самую глубину глаз, как будто хотел там что-то прочитать. Алекс не выдержала и сердито спросила:
– В чем дело?
– Ты не хочешь быть узелком в их сети, – наконец проговорил он. – Ты вообще терпеть их не можешь.
Алекс могла дать голову на отсечение, что он собирался сказать что-то совершенно другое.
– Да, я не очень-то к этому приспособлена, – с запинкой произнесла она. – Но это еще не значит, что я их терпеть не могу.
– Еще как значит! Это Руперту Свиткрофту ты можешь вешать какую угодно лапшу, но врать себе – последнее дело!
Алекс громко сглотнула.
– Я все-таки так и не понял. – Джо медленно покачал головой. – Почему именно Руперт? Ты же ему до лампочки…
– А что во мне такого уж привлекательного?.. – сердито парировала Алекс.
Все это время она избегала смотреть на свое искаженное отражение в зеркальной стене их алькова.
– Он даже не потрудился надеть тебе на палец кольцо, – продолжал Джо, пропустив ее слова мимо ушей. – Наверное, считает, что ты и так никуда не денешься, верно?
Алекс смущенно покраснела.
– Только не надо мне объяснять, что ты давно с ним спишь! – нетерпеливо воскликнул Джо. – Это можно истолковать по-всякому, но только не как гармонию двух любящих сердец. Причем с обеих сторон.
– Знаю, – буркнула Алекс, не отрывая глаз от пятна на скатерти.
– Но тогда почему? – В его голосе прозвучало настоящее отчаяние.
– Некоторые женщины рождены однолюбами. – Она широко развела руками. – И я одна из них. Я знаю Руперта всю свою жизнь. А он… знает меня. И с ним мне не требуется притворяться.
Джо не спеша изучал ее лицо мрачным, непроницаемым взором.
– Вот как? – процедил он. – А мне всегда казалось, что любовь – это и есть притворство в самом чистом виде. Ты готов на любую ложь, на что угодно – лишь бы добиться цели. Именно это делает любовь таким восхитительным чувством. Ты ни минуты не знаешь покоя. Что же это за любовь такая, если тебе не нужно притворяться?
– Честная по крайней мере! – сердито выпалила Алекс, краснея от ярости.
– Честная? – Он явно не поверил своим ушам. – Да ладно тебе, Алекс, ты же сама знаешь, что это не так. Там, где начинается честность, кончается любовь. Даже самая пылкая.
Алекс вспыхнула от обиды и отчеканила:
– Еще ни разу в жизни честность не убивала мою любовь!
– Ответ напрашивается сам собой. – Джо смотрел на Алекс, не скрывая издевки. – Однако я промолчу – как джентльмен.
– Тоже мне эксперт нашелся! – взорвалась Алекс. – Да что ты знаешь о любви? Любовь – это не интрижка!
Его глаза грозно вспыхнули, но он ничего не сказал. А Алекс уже понесло:
– Вряд ли у тебя хватило совести быть честным хотя бы с одной из твоих… – Она прикусила язык, запоздало осознав, что ступила на слишком опасную почву.
Ее щеки разгорелись еще сильнее. Алекс подумала, что разозлила Джо не на шутку. А когда он злится, то становится слишком острым на язык. Тем более что она заслужила изрядную взбучку. Алекс затаилась в ожидании неизбежной бури. Однако Джо, против ожидания, только позабавила ее вспышка.
– Моих… – вкрадчиво повторил он.
– Ох, – в отчаянии взмахнула рукой Алекс, – это слишком неприлично. Выбрось из головы. Мне вообще не следовало об этом говорить.
– Конечно, не следовало – в том случае, если ты не собиралась высказаться до конца, – рассудительно произнес он. – Это первое правило для тех, кто намерен победить в споре. Если хорошенько подумать, оно вполне подходит и для любви. Никогда не затевай чего-то, чего не хочешь закончить.
– Прости. – Алекс почувствовала себя на редкость глупо и оттого смутилась еще сильнее. – Просто на меня что-то нашло.
– Ты была… – Джо вдруг оборвал себя на полуслове, как будто его душила ярость. – Ты все время уклоняешься от прямого разговора! Я никогда не поверю, что ты влюбилась в Руперта Свиткрофта только потому, что играла с ним в детстве! Или даже потому, что он в курсе всех грязных тайн вашей семьи! Этому должно быть какое-то более вразумительное объяснение. И ты должна дать мне его, Алекс! – Он добавил, не скрывая угрозы: – Или я действительно поставлю тебя в неприличное положение!
Она смотрела на него, не в силах отвести глаза. Несмотря на его дружелюбный и даже игривый тон, было ясно, что Джо не шутит. Еще бы – ведь он до сих пор не добился своего! Она перевела дыхание и выложила ему всю правду:
– Руперт на моей стороне. Он всегда был со мной. Мы – одна команда. И когда у меня неприятности, я говорю себе, что все не так страшно. Я не одна. Мое место – рядом с Рупертом.
Смуглое, подвижное, улыбчивое лицо Джо Гомеса застыло, словно высеченное из гранита.
– А Руперт тоже считает, что его место рядом с тобой?
– Конечно! – Ее искренне удивил такой вопрос.
Джо молчал. Он сидел так неподвижно, как будто перестал дышать. Алекс встревожилась.
Она вспомнила, что иногда люди именно так реагируют на острую боль. Они впадают в шок, и потом привести их в нормальное состояние бывает очень трудно. Но разве она сказала что-то оскорбительное для Джо Гомеса? Алекс следила за ним в полной растерянности. Наконец он медленно выдохнул.
