хватает боеприпасов, продовольствия, медикаментов. Вокруг — снега, стужа, ледяные горы. И как раз в этот момент партизанская радиостанция принимает радиограмму, в которой штаб фронта требует в кратчайшие сроки создать в Праге надежную резидентуру. Задачи ее понятны — фронт наступает, нужны разведданные.
Поначалу Скрипке казалось, что человек, подготовивший радиограмму, совершенно не знает, в какой крайне сложной обстановке находится штаб партизанского движения. А сроки для создания резидентуры были вообще немыслимые. Ну как он, сидя в заледенелых Татрах, в плотном кольце фашистов, сможет развернуть резидентуру в Праге? Где они, а где Прага?.. Тем более что на сегодняшний день у Скрипки в столице ни одной зацепки. Да и откуда этим зацепкам взяться, если со дня своего прибытия он не вылезает с гор…
Однако выполнять приказ надо. Немного успокоившись, все взвесив, Иван Иванович пришел к выводу: те, кто прислал ему эту радиограмму, прекрасно просвещены в обстановке на территории Словакии. Но, возможно, другого выхода у них нет.
Что ж, вздыхать и злиться — дело малопродуктивное. Надо действовать. В голове засела мысль: как преодолеть расстояние от их лагеря в Низких Татрах до столицы? Попытаться добраться напрямую — безумство. Значит, следовало искать какой-то окружной путь. Но какой? Прежде всего нужны люди, у которых есть родственники, знакомые в Праге. Но где найти таких людей?
Разведчики-связные штаба партизанского движения бывали с заданиями в Будапеште, Кошице, Пардубице, Братиславе и даже в Вене, но до Праги не доходили. Далековато, да и опасно. Как-то он направил связного через словацкую границу. Казалось бы, и документы у него были в порядке, и партизан опытный, но преодолеть пограничную охрану не смог. Везде были немецкие пограничники, а в близлежащих населенных пунктах расклеены листовки: нарушители границы расстреливаются на месте.
Значит, надо было искать другой маршрут и более смелого и умелого партизана. Первым делом Скрипка обратился к Сланскому. Просьбу свою залегендировал: мол, надо в Прагу послать партизанских разведчиков, нет ли там надежных людей. Сланский долго думал, но потом лишь развел руками — у него таких людей не было.
Не смог помочь и Юлиус Шефранек, редактор словацкой газеты.
Решил обратиться к Лаушману, члену партизанского Военного совета, руководителю партии чехословацких социал-демократов. Перед войной он работал в Праге, возможно, там остались старые знакомые.
Лаушман прибыл к восставшим из Лондона через Москву. Прошел вместе со всеми тяжелыми горными дорогами, так же мерз, голодал, сражался против фашистов. Всегда по-доброму относился к майору Скрипке. Лаушман попросил немного времени, чтобы подумать. Уже через час он сказал начштаба:
— В отряде Данилова есть молодой боец. Фамилия его Корчиш. Отец был руководителем рабочих социал-демократов в столице, мать и сейчас живет в Праге. Парень достойный.
Что ж, теперь следовало познакомиться с этим достойным парнем. Дело-то сложное, опасное и очень ответственное.
Скрипка отправился в отряд Данилова. Поговорил с командиром. Тот тоже хорошо отзывался о Корчише. И вот, наконец, беседа Ивана Ивановича наедине с Корчишем. Действительно, молодой человек жил и учился в Праге, отец умер накануне войны, а мама и до сих пор там. «Хотелось бы увидеть ее, — улыбнулся партизан, — да вот война…»
Майор поинтересовался родственниками, знакомыми. Парень рассказал, что у отца было много друзей, знакомых, и не только в рабочей среде, но и среди юристов, офицеров бывшей чехословацкой армии. Ответ бойца обрадовал Скрипку. Начштаба осторожно намекнул, что есть задание командования с выездом в Прагу, добавил: Корчиша рекомендует Лаушман.
Оказалось, Лаушман был другом его отца, и Корчиш высоко ценит рекомендацию руководителя социал-демократической партии. Разумеется, Корчиш согласился пробраться в Прагу и выполнить задание. Дело оставалось за малым, как шутят разведчики, подготовить молодого партизана к выполнению ответственного и опасного задания. Следовало придумать и отработать легенду, под прикрытием которой он мог ехать в столицу. Но этого было мало. Возникал вопрос: где, например, находился молодой человек в течение последних лет, после того как его вуз в Праге закрыли? Нужна еще одна легенда. Предстояло Корчишу подобрать паспорт, фамилию и имя, которое, пусть и на время, стало бы для него родным.
Всем этим стали заниматься незамедлительно. Через несколько часов упорной работы Корчиш уже многое усвоил. Парень он был смышленый, наблюдательный и любознательный. Студенческие годы не пропали даром. Вузовские знания помогали в освоении разведматериала.
Был один недостаток — молодость. В другой раз Скрипка наверняка бы усомнился: ну, какой из этого студента резидент? Теперь все наоборот — начштаба очень надеялся на Корчиша. А молодость?.. В конце концов, это недостаток, который быстро проходит.
На следующее утро начальник контрразведки штаба партизанского движения Йозеф Летко вручил Корчишу паспорт и деньги. Теперь партизан стал слесарем Подберезовских металлургических заводов.
Майор Иван Скрипка провел еще одну беседу с Корчишем, проводил до села Ясене. Там партизанский извозчик посадил будущего резидента в телегу, стеганул кнутом жеребца. Дорога предстояла до Банска-Бистрицы. Оттуда Корчиш должен был выехать в Братиславу, а дальше через Вену — в Прагу.
Важно, что выехал он как раз накануне Нового года. Пограничники тоже люди, им надоела служба, и они спешили домой. Словом, партизан благополучно добрался до дома. Материнской радости не было конца — приехал сын, живой, здоровый. Корчиш рассказал матери о своем задании. Она взялась ему помогать. Да ей и не привыкать. Когда-то помогала мужу в профсоюзных, партийных делах, теперь сыну.
Мать стала основным связником сына. Она «подняла» старые адреса, возобновила знакомства с надежными друзьями — почтовым работником Глухим, его сыном Йозефом — слесарем на пражском авиазаводе, бывшим армейским офицером Филиппом. Так подбиралась небольшая, но надежная группа людей, ставшая вскоре основой для развертывания резидентуры. С Йозефом Глухим была оговорена возможность приема советских десантников.
Через две недели после того, как Скрипка усадил молодого партизана в телегу и отправил в Банска-Бистрицу, Корчиш возвратился на базу.
Дело было сделано. Он рассказал о том, что успел наработать. А наработки, откровенно говоря, оказались неплохие. Теперь в Праге группа местных патриотов готовилась вступить в борьбу с фашистами. Они ждали сигнала из Центра. Перед Скрипкой лежал доклад, написанный рукой Корчиша. В нем фамилии агентов, адреса, пароли, их краткие характеристики, информационные и боевые возможности.
В штаб фронта в тот же день ушла радиограмма:
«Директору. 11.01.45 возвратился Корчиш. Вместе с матерью Миладой Корчишевой он подобрал надежных людей, которые готовы принять радистов и обеспечить их соответствующими сведениями о противнике, пражской военной промышленности и другими интересующими вас данными. Даю адреса, пароли…
