Загадочный старик говорил с воодушевлением. Тарзан и девушка внимательно слушали, удивляясь несоответствию между тем, как он говорил, и его устрашающей внешностью. Это был не человек и не зверь, а некий страшный гибрид, который держал их сейчас во власти сильнейшего ума, спрятанного за низким покатым лбом.
– Потом я годами наблюдал за ними. Сменялись поколения, но никакого положительного сдвига в антропоидах я не замечал. Затем обнаружились первые признаки. Гориллы стали больше спорить, сделались более жадными и хитрыми. Постепенно проявлялось все больше человеческих свойств. Я почувствовал, что близок к цели. Тогда я изловил несколько молодых животных и стал их дрессировать. Вскоре я услышал, как они повторяют между собой английские слова, которые я произносил. Разумеется, значения слов они еще не понимали, но это было не важно – мне открылась истина. Гориллы унаследовали речевые органы их искусственных предков. Почему так произошло, почему они унаследовали именно это, а не другое, до сих пор для меня загадка. Но я убедился в верности своей начальной теории. Теперь можно было приниматься за дело – за обучение моих подданных. Наиболее способных я отправил назад в качестве миссионеров и проповедников. Выполнив возложенные на них задачи, они вернулись за дальнейшими указаниями. Я стал обучать их земледелию, охоте и строительству. Под моим руководством они возвели этот город, названный мною Лондоном. А реку, на которой он стоит, я назвал Темзой, как в Англии. Мы, англичане, где бы ни были, всегда чтим свою родину. Я дал им законы, короля, дворянство, а сам стал для них богом. Всегда и во всем они слушались меня, верили, но сейчас кое-кто из них не прочь ликвидировать меня. Да, они чересчур похожи на людей. Честолюбивы, коварны, жестоки. Почти совсем как люди.
– Ну а вы? – спросила Ронда. – Ведь вы тоже не человек, скорее горилла. Как же вы можете быть англичанином?
– И все же я англичанин, – ответил он. – И даже был недурен собой, но потом состарился, силы стали не те. Я видел, как росли могилы, а умирать не хотелось, так как только успел войти во вкус жизни. Тогда я придумал несколько способов, как вернуть молодость и продлить жизнь. Так, я научился отделять клетки тела и пересаживать из одного организма в другой. Я пересадил себе клетки молодых горилл, отобранных специально для этой цели, добился остановки процесса старения. Но клетки животных начали делиться, а я стал приобретать внешние признаки горилл. Кожа потемнела, на теле образовался волосяной покров, руки и зубы приобрели иную форму. Настанет день, когда я окончательно превращусь в гориллу. Вернее, превратился бы, если бы не счастливая случайность в вашем лице.
– Ничего не понимаю, – сказала Ронда.
– Еще поймете. С помощью ваших клеток я верну себе не только молодость, но и человеческий облик.
Глаза старика зажглись сатанинским огнем. Девушка вздрогнула.
– Какой ужас! – воскликнула она. Старик хихикнул.
– Вам выпало счастье участвовать в благородном деле, куда более благородном, чем простое удовлетворение биологических инстинктов.
– Значит, вы не станете нас убивать, – сказала Ронда. – Ведь горилл, у которых вы берете клетки, вы же не убиваете? Почему бы не взять у нас клетки, а потом отпустить?
Старик встал, подошел к решетке и оскалил желтые клыки.
– Вы еще не знаете, – сказал он. – Новые клетки жизнеспособны, однако приживаются медленно. Процесс этот можно сильно ускорить, если питаться мясом и железами молодых. А теперь я покидаю вас, чтобы вы могли поразмышлять над тем, какую пользу вы принесете науке.
Он двинулся к выходу.
– Но потом вернусь и съем обоих. Сперва мужчину, а затем тебя, красавица! Но прежде, чем я убью тебя, я…
И хихикая себе под нос, он вышел, закрыв за собой дверь.
XXVI. В ЗАПАДНЕ
– Похоже на занавес, – заметила девушка.
– Занавес? – переспросил Тарзан.
– Ну да, похоже на конец спектакля. Тарзан тихо улыбнулся.
– По-моему, ты хочешь сказать, что мы обречены.
– Боюсь, что так. А ты не боишься?
– Другого ты от меня как будто и не ждешь? Она посмотрела на него исподлобья.
– Никак не пойму тебя, Стенли, – сказала Ронда. – Сейчас ты держишься смело, а ведь раньше всего боялся. Тебе действительно не страшно или это бравада?
– Видимо, я смирился с тем, что чему быть, того не миновать, и страх тут не поможет. Если бояться, то живыми нам отсюда не выбраться. Я же не собираюсь сидеть здесь и ждать смерти.
– Не вижу пути к спасению, – сказала девушка.
– Мы уже на девять десятых на воле.
– Как это?
– А так, что мы пока еще живы, – со смехом сказал Тарзан. – А это целых девять десятых удачи. Будь мы мертвы, то это все сто процентов, а поскольку еще живы, считай, что на девяносто процентов спасены.
Ронда тоже рассмеялась.
– Я и не подозревала, что ты такой оптимист.
– У меня есть повод для оптимизма, – ответил он. – Чувствуешь легкий сквозняк?
Ронда бросила на него быстрый озабоченный взгляд.
– Тебе бы прилечь и отдохнуть, – посоветовала она. – Ты явно переутомился.
– Разве я выгляжу таким уставшим? – удивился Тарзан.
– Нет, но я подумала, что такие переживания могут плохо на тебе отразиться.
– Какие переживания? – спросил Тарзан.
– Какие переживания! – передразнила Ронда. – Стенли Оброски, ты сейчас же подойдешь ко мне и приляжешь рядом. Я поглажу тебя по голове, так ты быстрее уснешь.
– Еще чего! Ты что, не хочешь, чтобы мы выбрались отсюда?
– Хочу, конечно, но это невозможно.
– Нужно попытаться. Так ты чувствуешь сквозняк?
– Ну да, но при чем тут это?
– Может, и ни при чем, – согласился Тарзан, – но это дает шанс выбраться. Должен же воздух куда-то выходить при такой тяге. Нужно проверить, нет ли здесь отверстия.
Девушка встала. До нее стал доходить смысл его слов.
– Нет, – сказала она, – я ничего такого не заметила.
– Я тоже пока не вижу, вероятно, оно специально замаскировано, – шепотом сказал Тарзан.
– Наверное.
– Мне кажется, что поток воздуха движется вон в тот темный угол.
Тарзан прошел туда и стал внимательно вглядываться в темноту. Ронда присоединилась к нему.
– Ну что? – нетерпеливо спросила она. – Что-нибудь видно?
– Здесь очень темно, – отозвался Тарзан, – но, по-моему, там какое-то пятно, чуть темнее, чем потолок.
– Какой ты зоркий, – сказала Ронда, – я так ничего не вижу.
Откуда-то сверху, прямо над их головами, донесся гулкий непонятный звук.
Ронда схватила Тарзана за руку.
– Ты прав, – прошептала она. – Там что-то есть. Звук долетел до нас через какой-то проем.
