— Насчет того, что ты уже привез? — поспешно спросила Псица. — Я провела инвентаризацию и все проверила.
— С ней разбирайся, — кивнул я на Дашу.
— А что имеется? — заинтересовался Расщепленный тополь. — Я могу увидеть список?
— Дай ему посмотреть, — разрешил я. — Может, что пригодится. Любопытствующим рассказывай, что все из моих личных запасов, а то навигации практически нет, надо же пояснить, откуда берется.
ГЛАВА 20
МЕЛКИЕ ПОДРОБНОСТИ ЖИЗНИ
Дверь открылась без вежливого стука, и вошло большое начальство. Парочка охранников осталась в коридоре бдеть. Мои заместители стали поспешно подниматься и выражать глубокое уважение Вожаку.
— Он, — кивнув на меня, спросил Леха, выслушав все приветственные речи, — ввел вас в курс дела? Ага. Все свободны и занимаются прямыми обязанностями. Все равно раньше, чем через месяц-другой, никаких поставок не предвидится, а у нас еще очень много дел.
Дождавшись, пока все выйдут, он уселся на стул и, навалившись локтями на стол, уставился мне в лицо.
— Оружие?
— Ну не можем мы вдвоем штурмовать склад на военной базе, — с досадой ответил я. — Это тебе не склад «Тысяча мелочей» и даже не магазин бытовой техники. Надо налаживать связи, выяснять, кому платить, чтобы глаза закрыли.
— А что гражданин Остапчук?
— Так к нему тоже на козе не подъедешь. Как ты себе это представляешь, прихожу я и говорю: «Мне тут по-дружески подсказали, что вы торгуете оружием в обход законов. А не продадите ли мне пару десятков тонн взрывчатки и снарядов с патронами? Да, и не забудьте завернуть переносные радары средней дальности»? Время надо. И деньги тоже. Все эти станки и роторные линии совсем не пять копеек стоят. Миллион туда, миллион сюда. Утекает все как вода. Буры наши пока только производство налаживают и переговоры с покупателями ведут, поступлений никаких.
— А что, тебе поможет лишний месяц?
— Так мы работаем, — возразил я. — К Валерию Петровичу обратились за помощью не то из «Сендеро Луминосо», не то вообще из проправительственных эскадронов смерти. Рожи индейские, деньги американские. Старый хрыч поднял какие-то свои знакомства и попросил об услуге. Индеец индейцу друг, товарищ и брат — пока скальп не снимает и вовремя платит. Те думают, что это просто афера. Кто-то русских хочет кинуть на большую сумму. Только и надо продемонстрировать некоторые знания, крутость и слегка посорить чужими деньгами. Потом стрелки переводят на меня как посредника. А я уже продолжу сотрудничество. Доблестным борцам за свободу и всеобщее счастье незачем светиться в Азии.
— Украина ж — Европа! — удивился Леха.
— Я знаю. Это они думают, что Азия. Что поделаешь — мексиканцы. Такое у них образование. Так что идем пошагово. Сначала что можно, потом появляется возможность продолжать хорошее знакомство.
— И что можно?
— Польша распродает излишки армейского имущества. У них это нормально каждый год. Разные кальсоны с брезентом нас не слишком волнуют, но есть возможность прикупить наш любимый бронетранспортер SKOT по цене металлолома. Начальная цена семьдесят баксов за тонну. Может дойти до ста долларов, но это такая мелочь! Правда, оружие с него снято. С пулеметами не продают, но это можно и на острове поправить.
— Сколько штук? — быстро спросил Леха.
— А сколько тебе надо? Там под сотню с лишним штук разных модификаций и в разном состоянии. Есть в преотличном, а есть побегавшие и с изношенным двигателем. Сущие копейки стоят. Только как их в таком количестве переправлять и что мы с ними будем делать? Каждому десятнику по штуке вместо благодарности? А особо отличившимся — по два?
— Вот кто бы говорил, — пробурчал Леха, что-то высчитывая в уме. — Создатель несметных запасов…
— Но ведь пригодились?
— И это пригодится, — уверенно сказал он. — Особенно за такие деньги. Да хоть на запчасти… А можно и вместо дота использовать — вкопать в землю по самую башню… Сколько сможешь, столько и бери. Пусть везут на переплавку в Украину, а по дороге они теряются.
— Десятки штук? — подчеркнуто переспрашиваю.
— Да хоть сотни! Одного металла нам на многие годы хватит.
— И как мы это объясним хотя бы своим из Клана? Для чужих можно малевать одинаковые номера на борту. Один в ремонте, другой бегает. Но номер двигателя не спрячешь. Разговоры непременно пойдут.
— Будешь доставать их из своих личных запасов по мере необходимости. На твой склад все равно дорога закрыта, и что там есть, никто не знает. Кстати, не забудь радостно рассказать всем встречным и поперечным про случайно обнаруженные запасы металлов, оставшихся еще от предков. На самом нижнем этаже, в самом темном углу все оказалось забито до самого потолка… ну что-то в таком роде. Что еще продают полезного по цене металлолома?
— Мосинку хочешь? — от тысячи до полутора гривен. Или СКС за две с половиной тысячи гривен. А еще продают охотничьи ружья Galil и пулемет Negev в том же магазине.
— Чего? — удивился Леха.
— Магазин охотничьих товаров, — с удовольствием объясняю. — Украина — страна больших возможностей. И гораздо дешевле России. В Польше АК — пять тысяч злотых, «Узи» — до десяти тысяч. Это дорого. В США АК-47 можно и за четыреста долларов в розницу купить. Мосинки — это даже для нас экзотика, на коллекционера, но надо хорошо подумать, что имеет смысл тащить для наших новых соседей с Левой. Кстати, их вообще нельзя выпускать из-под присмотра. Зачем ты нам собственными руками конкурентов под боком создал?
— К сожалению, я не могу заглядывать в будущее, — нехотя сказал Леха. — Никто не рассчитывал на такое количество. Были твердые договоренности, а поналезла масса посторонних. Каждый думает, что если уж сотни идут, то и им в самый раз будет. Столько народу ошибаться не может. Там за горизонтом непременно места замечательной охоты. Ну не убивать же всех лишних было?
— Почему нет? — удивился я. — Для острастки. Остальные только уважать будут.
— М-да, — сказал он задумчиво, — я так и не стал нормальным оборотнем. Тем более надо ведь было всех подряд расстреливать. По мне, без причины это называется преступлением.
— Причина как раз была — нарушение договора, но убивать детей действительно как-то неудобно. Ладно, оставим это. Что сделано, то сделано. А что будет — на тебе. Ты обязан теперь ехать туда и наводить порядок. Еще не хватает, чтобы начались междоусобицы. Можно временно еще и заставы из младших поставить. Мы ж не просто так, а в помощь. Им надо устраиваться, а младшие помогут с патрулями. Такие вещи незаметно любят становиться постоянными, и наше присутствие там будет освящено древней традицией.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
