Читаем без скачивания О завтрашнем дне не беспокойтесь - Николай Симонов

Настоящая канонада ожидалась в ночь с 31 декабря на 1 января. Выводы отца Андрея по поводу последних новелл «ЭП-Мастера» Шлыкова не то, чтобы удивили, а скорее озадачили.

— Я думаю, — сказал священник, — что ваш «электронный писатель» специально тянет с Эпилогом. Он ждет каких-то событий, которые должны произойти с прототипом главного героя в самое ближайшее время, возможно, уже завтра — в последний день уходящего года.

— Вы хотите сказать, что наш мистер Прог научился отделять художественный вымысел от реальности и поэтому отказывается прежде времени сочинять Happy end? — Шлыков хотел знать, правильно ли он понял своего уважаемого собеседника.

— Именно так! — подтвердил отец Андрей. И тогда Шлыкову ничего не оставалось, как посвятить священника в тайну, о которой, кроме него, знали только его коллеги Галыгин и Андреев. Он чистосердечно признался, что практически все аналоговые мыслительные процессы программы «ЭП-Мастер» ему и его друзьям-коллегам удалось подобрать из чудом сохранившихся фрагментов методологической базы проекта «Панкрат-II» — уникального аппаратно-программного комплекса, созданного в 1963 году группой советских математиков и лингвистов под руководством академика Холмогорова. Отец Андрей про первый в мире опытный образец «искусственного интеллекта» что-то знал и лишних вопросов задавать не стал. Много разных слухов ходило по поводу кибернетического чуда под названием «Панкрат-II», например, что, в его архитектуре были использованы узлы и накопители информации, добытые с борта «летающей тарелки», свалившейся под Кокчетавом. Между тем, Шлыков пустился в пространные рассуждения о том, как ему и его коллегам пришлось попотеть, переписывая математические формулы «лабиринтной модели мышления», созданной под руководством академика Холмогорова, на язык Assembler, и как их несправедливо критиковали за проявленную инициативу, считая это пустой тратой времени.

— Зато теперь мы на коне, а наши начальники из Лаборатории «А» — в дерьме! — дерзко заявил Шлыков в заключение своего семиминутного монолога.

— Это, кстати, пугает меня даже больше, чем страшилки про зомби и клоны, — уловив суть вопроса, сказал отец Андрей, и дословно процитировал слова апостола Павла о человеке греха, который превознесется выше всего, называемого святынею, и вступит в храм Божий, как Бог, выдавая себя за Бога.

— Это об Антихристе? — догадался Шлыков.

— Не надо трактовать прямолинейно. Антихрист, о котором свидетельствует первоапостол, может быть и не конкретный человек, а, например, какой-нибудь «Панкрат— III», который в своем развитии достигнет такого могущества, что возомнит себя Богом. Даже сейчас мы замечаем большое сходство в логике между компьютером и человеческим разумом. Наконец, мы имеем положительные опыты взаимодействия между компьютером и человеком посредством мозговых интерфейсов, — осторожно заметил отец Андрей. Они дошли до Крымского моста, поплевали в сторону игрушечно— пластилинового Петра I на опереточном кораблике и отправились в обратный путь. Шлыков поинтересовался у священника, как тот собирается встретить Новый год, и получил неожиданный ответ. Отец Андрей сказал, что на какой бы день не приходилось первое января: выходной или будний — верующие встречают Новый год в молитве, помня, что идет Рождественский пост. Вечером 31 декабря во всех храмах служится вечерняя, а утром первого января — божественная литургия и молебен святому мученику Вонифитию. «С другой стороны, — продолжал священник, — у нас есть и члены нашей семьи, члены общества и на работе не нужно себя выставлять белой вороной. Можно принять участие в корпоративном собрании по поводу новолетия, но не нужно веселиться и нарушать пост. И в семье точно так же. Если кто-то празднует Новый год, а кто-то нет, не надо навязывать свои идеи, свою духовную жизнь другому человеку. Каждому человеку дано то, что он может нести. Я, например, всегда своим прихожанам говорю: поздравьте домочадцев с гражданским Новым годом, но не принимайте участия в застольях и праздничном безумии». Объяснил отец Андрей и причину, по которой греко-православная Церковь отказывается переходить на романское летоисчисление.

Православные живут по календарю, который остался от Христа, и по которому на Пасху в Великую Субботу сходит Благодатный огонь.

И опять вернемся в уютную трехкомнатную квартиру Галыгина, доставшуюся ему в наследство от покойных родителей.

— Если честно, то я совсем не уверена в том, что Павлов отбывал наказание в колонии строгого режима. Когда я встретилась с ним в Смоленске двенадцать лет спустя, он произвел на меня впечатление настоящего аристократа. Из тюрьмы такими холеными, умными и вежливыми не выходят. Тюрьма ломает людей до основания, а я от него, сколько лет с ним прожила, даже мата ни разу не услышала — сделала Елена Сергеевна неожиданное признание и одним глотком выпила рюмку коньяка.

— А что он делал в твоем родном городе в 1990-м году? — не удержался Галыгин от очередного «жгучего» вопроса.

— Он прибыл в Смоленск за своей подругой-сверстницей Галиной Павловной, у которой от него был 12-летний сын. Мальчик и впрямь очень похож на отца. Теперь он взрослый и вполне самостоятельный мужчина, учится в заочной аспирантуре МВТУ имени Баумана и работает в иностранной фирме, женат и воспитывает двух детей. С третьего курса он живет отдельно от нас в квартире, которую мы ему подарили, — сообщила Елена Сергеевна интересные сведения о своем пасынке Дим Димыче, которого Галыгин видел несколько раз, правда, мельком, когда тот приезжал к соседям Павловым в гости.

— Галина Павловна Стручкова жива, или как? — интерес Галыгина к судьбе прототипа литературного героя подошел к закономерной черте.

— Только не Стручкова, а Струкова — поправила его Елена Сергеевна и рассказала печальную историю о том, как в марте 1992 года официальную жену Дмитрия Васильевича убила током стиральная машина, когда она выгружала белье. Там что-то еще случилось, и было много воды, а машину из розетки она не выключила. Павлов в это время дома отсутствовал, отправившись с Дим Димычем на подледную рыбалку.

Галину Павловну обнаружила соседка по коммунальной квартире и вызвала скорую помощь, но врачи, к сожалению, были бессильны чем-либо помочь.

— Теперь мне все понятно. Павлов овдовел и сделал тебе предложение руки и сердца, — задумчиво произнес Галыгин, узнав, наконец, прелюдию ее второго брака.

— Это произошло в конце мая 1993 г. на фестивале бардовской песни. Павлов был одним из главных спонсоров мероприятия, а я, соответственно, участницей. Все было очень романтично. Походный лагерь на берегу Баклановского озера, светлые ночи, костры, палатки, гитары…, — не договорив фразу, Елена Сергеевна замолчала. Галыгин догадался, что она устала, и предложил ложиться спать. Да и по времени (половина одиннадцатого вечера) им уже было пора сдаваться в плен Морфея. Елена Сергеевна сказала, что прежде хотела бы убрать со стола, перемыть посуду и дождаться звонка от своих родителей из Смоленска, которые должны были сообщить ей о прибытии Анечки. От его помощи она категорически отказалась, заявив, что в части домашней работы она привыкла все делать сама. Для Галыгина эти слова были, что бальзам для души, поскольку Наина Иннокентьевна частенько заставляла его по выходным дням не только пылесосить ковры, но и драить полы в квартире и на лестничной площадке. Придя в спальную комнату, он включил маленький ЖК-телевизор и завалился на двуспальную кровать, застеленную серебристым шелковым постельным бельем. Елена Сергеевна привезла белье и телевизор из своей квартиры, а купила эти вещи в прошлом году в Японии во время деловой поездки, — о чем она успела ему похвастаться. На прикроватной тумбочке стоял ее ноутбук фирмы Sony — настоящий антикварный шедевр, который мог стоить не менее десяти тысяч долларов. Елена Сергеевна самостоятельно подключила его к Интернету, протянув провод к резервной розетке линии телефонной связи. Глядя на ноутбук с позолоченным корпусом, Галыгин не мог отделаться от мысли о том, что Елена Сергеевна ему не пара, несмотря на то, что он — сын дипломата, и появился на свет не в каком-нибудь Саранске или Урюпинске, а в Рио-де-Жанейро. Пощелкав кнопки пульта, и, не найдя ничего интересного, он выключил телевизор и незаметно для себя задремал. Он проснулся от прикосновения к плечу, улыбнулся, повернулся к Елене Сергеевне лицом и погладил ее по щеке.