без перепалок с Брином.
— Какие потери? — Не лучшая тема для разговора, но она должна знать. — Уже есть отчёты?
— Среди солдат — почти каждый второй, — тихо ответил Брин.
Больше, чем она ожидала.
— А Айз Седай?
— Осталось где-то двести пятьдесят, — ответил Брин. — Но часть из них находятся в шоке из-за потери своих Стражей.
А вот это уже можно было назвать катастрофой. Сто двадцать Айз Седай погибли за пару часов? Белой Башне потребуется очень много времени, чтобы оправиться.
— Мне жаль, Суан, — сказал Брин.
— Пф, — ответила Суан. — В любом случае большинство из них меня и за рыбьи потроха-то не считали. Возмущались, пока я была Амерлин, смеялись, когда меня свергли, а когда я вернулась, сделали из меня служанку.
Брин кивнул, всё ещё массируя ей плечо. Он чувствовал, что, несмотря на произнесённые слова, ей больно. Среди убитых было много хороших женщин. Много хороших сестёр.
— Она там, — упрямо повторила Суан. — Эгвейн удивит нас, Брин. Будь настороже.
— Если я буду настороже, как же она меня удивит?
— Глупец, — проворчала Суан.
— Ты права. В обоих случаях, — сказал он серьёзно. — Уверен, Эгвейн нас и вправду удивит. И я всё же глупец.
— Брин…
— Так и есть, Суан. Как я мог упустить, что они просто тянут время? Они хотели задержать нас, пока не прибудет другая армия. Троллоки отступили в те холмы. Оборонительный манёвр. Троллокам такое не свойственно. Я подумал, что они лишь собираются устроить засаду, потому и уносят трупы и готовятся ждать. Если бы я атаковал их чуть раньше, всего этого можно было избежать. Я был слишком осторожен.
— Тот, кто целый день жалеет об упущенном из-за шторма улове, и в ясный день будет попусту тратить время.
— Мудрая пословица, Суан, — ответил он. — Но среди генералов есть расхожее изречение, написанное Фогом Неутомимым: «Если не будешь учиться на своих ошибках, они станут диктовать тебе образ действий». Не могу понять, как я допустил это. Я слишком хорошо обучен, слишком хорошо подготовлен, чтобы совершать подобные ошибки. Такую ошибку я не могу себе простить, Суан. На кону сам Узор.
Он потёр лоб. В тусклом свете заходящего солнца он выглядел старше — морщинистое лицо, дряблые руки. Как будто этот бой состарил его на десятилетия. Он вздохнул, сгорбившись.
Суан поняла, что не знает, что сказать.
Так они и сидели в тишине.
* * *
Лирелле ждала за воротами так называемой «Чёрной Башни». Ей требовались все её навыки, чтобы не выдать своего разочарования.
Вся эта затея с самого начала была полной катастрофой. Сначала им отказали в посещении Чёрной Башни до тех пор, пока Красные не закончат свои дела. Затем начались проблемы с вратами. И это не считая последовавших за этим трёх пузырей зла, двух попыток Приспешников Тёмного их перебить и предупреждения Амерлин о том, что Чёрная Башня перешла на сторону Тени.
По настоянию Амерлин Лирелле отправила бóльшую часть Айз Седай на помощь Лану Мандрагорану. Сама же осталась с несколькими сёстрами следить за Чёрной Башней. А теперь… ещё и это… И что с этим прикажете делать?
— Уверяю вас, — утверждал молодой Аша’ман, — опасность миновала. Мы изгнали М’Хаэля и тех, кто примкнул к Тени. Все оставшиеся идут в Свете.
Лирелле повернулась к своим спутницам. Среди них были представительницы от каждой Айя вместе с подкреплением из тридцати сестёр, за которым они в отчаянии послали этим утром, когда к ней впервые обратились Аша’маны. Если эти сёстры и признали лидерство Лирелле, то явно неохотно.
— Нам нужно всё обсудить, — ответила она, отсылая юного Аша’мана кивком.
— Что будем делать? — поинтересовалась Мирелле. Зелёная была с Лирелле с самого начала. И она была одной из немногих, кого Лирелле не отправила прочь — отчасти потому, что желала иметь под рукой её Стражей. — Если кто-нибудь из них сражается на стороне Тени…
— Мы снова можем создавать врата, — сказала Сине. — Что-то изменилось здесь с тех пор, как мы почувствовали, что внутри направляют.
— Это не вызывает у меня доверия, — произнесла Мирелле.
— Мы должны знать наверняка, — ответила Сине. — Мы не можем оставить Чёрную Башню без присмотра во время Последней Битвы. Так или иначе, мы должны убедиться, что об этих мужчинах позаботились.
Аша’маны утверждали, что лишь немногие из их числа перешли на сторону Тени, а Силу направляли, когда на них напала Чёрная Айя.
Её возмутило то, что они воспользовались именно этими словами. Чёрная Айя. Веками Белая Башня отрицала существование Приспешников Тёмного среди Айз Седай. К сожалению, правда вышла наружу. Но это не значило, что Лирелле хотелось слышать, как мужчины столь небрежно бросаются подобными словами. Особенно такие мужчины.
— Если бы они хотели напасть, — размышляла вслух Лирелле, — то напали бы, пока мы не могли сбежать с помощью врат. А сейчас, надо полагать, они решили свои… внутренние проблемы. Так же как от Белой Башни когда-то потребовалось решить свои.
— Значит, мы войдём? — поинтересовалась Мирелле.
— Да. Мы свяжем узами тех, кто был нам обещан, и вытащим из них правду, если её будут скрывать.
Лирелле беспокоил запрет Возрождённого Дракона на связывание узами полноправных Аша’манов, но, прибыв сюда, она сразу же придумала план. Он всё ещё должен был сработать. Сперва она попросит, чтобы мужчины показали, как они направляют Силу, и затем свяжет узами того, кто покажется ей сильнейшим. А потом она заставит его рассказать про наиболее способных учеников. И её сёстры свяжут их узами.
После этого… что ж, она надеялась, что это поможет обуздать большинство этих мужчин. Свет, что за кавардак. Мужчины-направляющие разгуливают как ни в чём не бывало! Она не верила в россказни о том, что Источник очищен. Конечно же, эти… мужчины… будут утверждать подобное.
— Иногда, — пробормотала Лирелле, — мне хочется вернуться в прошлое и влепить себе затрещину за то, что ввязалась в это.
Мирелле рассмеялась. Она никогда не принимала события настолько всерьёз, насколько следовало бы. Лирелле почувствовала раздражение из-за того, что упустила столько шансов за время своего долгого отсутствия в Белой Башне. Воссоединение, сражение с Шончан… В такие времена можно проявить себя лидером и заслужить репутацию сильной личности.
Во время смены власти возникает столько возможностей. Теперь упущенных для неё. Свет, как же невыносима эта мысль.
— Мы войдём, — крикнула она, обращаясь к тем, кто находился на стене над воротами. Затем, понизив голос, она добавила женщинам: — Удерживайте Единую Силу и будьте осторожны. Мы не знаем, чего ожидать.
В случае чего её сёстры будут достойными соперниками для численно превосходящих их, но необученных Аша’манов. Правда, если рассуждать логически, ничего случиться и не
