с такими умениями и навыками, которые она показала во время короткого забега по коридорам.
— Во время воздействия проклятия Гренделя ее программа восприняла это как ментальную атаку, включила защитную кому и подгрузила настоящую личность. Так что теперь она — не твоя сестренка, вернее — не только твоя сестренка. Она — та, кто она и была с самого начала, агент неизвестных сил, но с памятью твоей сестрички за последние… сколько вы там уже вместе? Пять лет? Думаю, что она на самом деле старше, чем хочет казаться, — подытоживает Линда, — но я с тобой хотела не об этом поговорить.
— Понятно. — киваю я. Мысленно пытаюсь привыкнуть к мысли, что в моей сестренке теперь две личности… или нет, одна, но она — не только сестренка, но и … кто?
— И кто же тогда она получается? — задаю я вопрос Линде. Она же у нас все знает, думаю я, пусть ответит, а то у меня голова кругом уже.
— Думаю, что вопрос тут скорей стоит — кто же тогда ты? — отвечает мне Линда. Она смотрит мне в глаза, смотрит серьезно, словно пытаясь найти там ответ. Читосе за моей спиной сдавленно хмыкает и ставит на стол чайник. Две чашки.
— Думаешь, это все еще актуально? — спрашиваю я, хотя понимаю, о чем она.
— С одной стороны ключевая фраза выхода из комы не то, чтобы намекает, а прямо-таки кричит о причастности Имперской канцелярии. — говорит Линда: — а с другой, ну уж слишком очевидно. Не дураки же они там в Имперской такие ключи себе ставить, это ж первые же попавшиеся враги Императора проверят. Значит, кто-то, кто бы хотел оставить след канцелярии в случае, если агента поймают. Так что, вряд ли это Имперская канцелярия. Что в свою очередь означает, что ты, Син, все-таки не биологический конструкт, потому как был бы ты из Алых Стражей, то о том, что к тебе приставлена агент влияния и неплохой оперативник — сразу бы узнали, где надо. Вывод — тебя из канцелярии не пасут.
— Жалко. — говорю я: — думал, может быть, у меня какие-то способности как у голема будут.
— Не жалко, — возражает мне Линда, — ни капельки. Ты бы был с подсаженной подпрограммой повиновения и в нужный момент обратил бы оружие против своих же товарищей — вот как твоя сестренка. Только вот лечить нас было бы некому. Ты вот улыбаешься, и это хорошо, что ты у нас легко все воспринимаешь, а вот подумай, что бы было, если бы не твоя способность сегодня? Да у нас половина личного состава уже трупы были бы, а оставшиеся — калеки.
— Да, я уже думал об этом. — говорю я. Действительно думал. Сознательно ли Нанасэ оставляла за собой покалеченных или это просто был ее почерк? Предполагала ли она что я вылечу своих товарищей, или у нее просто программа работала? По себе знаю, что всегда легче выполнить установку в бою, чем о чем-то думать. Сложно оставить человека в живых, если у тебя удар поставлен так, чтобы убить. Так что скорей всего сентиментов у агента Нанасэ не было. Она била так, как умела. В полную силу, не задумываясь о том, вылечу я пострадавших или нет. Вывод — та, чья личность сейчас доминирует в ее черепе — сознательно атаковала нас в спину. Массаракш.
— Если бы не это, я бы предположила, что ты и есть объект. — говорит Линда. — Именно ты и есть принц-бастард со всеми вытекающими.
— Опять сорвалось, — пожимаю плечами я, — не бывать мне принцем и наследником.
— Еще не вечер, — говорит Линда, — тут мутновато все, да и моя теория, что Нанасэ не агент Имперской канцелярии — может быть за уши притянута, вдруг у них там дают такие вот ключевые фразы. Если она все-таки из канцелярии, то очень велика вероятность, что мне вот прямо сейчас надо начинать называть тебя Ваше Высочество.
— А это довольно приятно, — отвечаю я, — можешь повторить? Только с должным почтением.
— Но тогда это будет означать большой звездец всем нашим планам по институту, огромные неприятности у клана Мацумото и клана Митсуи… и скорее всего очередную награду за мою голову. — задумчиво произносит Линда. Чайник в руке у Читосе, которая наливает ей чай, слегка дрогнул, но она справилась с собой. Чай у меня уже налит, я беру чашку и подношу ее к лицу, вдыхая ароматный пар. Иногда для счастья нужно так мало, думаю я, чашка ароматного чая и умный человек для беседы. Ах, да, еще твои друзья и родственники — все живы. Пока что.
— У тебя есть награда за твою голову? Назначенная государством? — вежливо уточняю я, отпив глоток чистого счастья, спокойствия и нирваны. Умеет Читосе чай заваривать, да, почти как Девушка Смерть в исполнении покойного Мары.
— Да, но это было сто лет назад в какой-то банановой республике. Думаю, что они там уже про меня забыли. — машет рукой Линда. Читосе опять тихо хмыкает за моей спиной, и я с ней согласен — забудешь такую.
— В общем, пока ясно только то, что ты у нас не голем. С чем поздравляю и… в общем предлагаю сотрудничество на далекую перспективу. У тебя есть деньги?
— Деньги? Сколько тебе нужно? Я опять кошелек в комнате забыл… — в этот момент я чувствую руку Читосе, она вкладывает в мою руку несколько купюр.
— У меня есть… пятьсот… две тысячи иен. — говорю я, посчитав деньги: — но у нас счет есть в банке, если нужно перевод сделать…
— Давай сюда, — Линда забирает у меня деньги и склоняется в глубоком поклоне, — спасибо за аванс, наниматель-сама.
— Что?!
— А что, контракт с Минору я закрыла, с вами все равно сотрудничаю в плане «будь свободна как ветер, Линда», могу позволить себе прямой контракт с тобой заключить. — отвечает Линда. — Смотри, не зазнайся, Твое Высочество.
— Да я… да за кого ты меня держишь. — немного даже обижаюсь я.
— И позвони Минору-доно, он волнуется, — говорит Линда, — да и старую клюшку следует в
