– Вчера вечером, санкцию на обыск получил.
– Вот и действуй.
Понятых можно на месте найти, а эксперта прихватить надо. Вдруг отпечатки пальцев сделать придётся или фото? Феклистов выделил для доставки «воронок».
– Только не задерживай. Туда забросит, и отпускай.
Уже хорошо, не на своих двоих добираться почти через всю столицу. Трёхэтажный кирпичный дом, ничем не примечательный. Для начала Андрей понятых нашёл, двух пенсионеров. Дверной замок открыли одним из ключей на связке, что обнаружилась в кармане одежды утопленника. Первое, что обратило на себя внимание – в квартире до них явно кто-то побывал и учинил обыск. Скромные пожитки выброшены из шифоньера на середину комнаты, ящики письменного стола тоже на полу. Особенно осматривать нечего, обстановка скромная, больше похожа на казённую в общежитии или номер в недорогой гостинице. У Андрея сложилось впечатление, что Бугай здесь лишь ночевал, да и то не всегда. Единственный предмет комфорта – телефон. Поставить его в квартиру было не просто, из желающих длинная очередь, да и то при технической возможности – свободных номерах на АТС и проходящем близко телефонном кабеле. Телефоны ставили в первую очередь в государственные учреждения, на предприятия.
Эксперт отпечатки пальцев снял, коих оказалось неожиданно много. Большая часть, скорее всего, самого хозяина квартиры. Эксперт отозвал Андрея на кухню, дверь прикрыл.
– Дверь ключом открылась нормально, следов взлома не было.
– Я обратил внимание.
– Стало быть, у того, кто в квартире побывал, либо настоящий ключ был, либо отмычка хорошая.
– Ефим Иосифович, вы на замок внимание обратили? Простейший, заколкой для волос отпереть можно. Сами видите – что в квартире красть? Чистенько и пусто. Типичное жильё одинокого пенсионера.
– Бугай не был таким, ворочал огромными деньгами. Где они?
– Будем искать. А от вас жду результатов дактилоскопии.
Андрей написал протокол осмотра, дал подписать понятым. Дверь на ключ закрыл.
– В отдел? – спросил эксперт.
– Нет, хочу навестить одну мадам.
– Ваше дело, я на автобус.
Андрей с пересадками добрался до квартиры любовницы Бугая, в дверь позвонил. Открыла молодящаяся, потёртая жизнью женщина, крашеная блондинка. На лице слой пудры и румян, выглядит нелепо.
– Гражданка Верещагина? Я из милиции.
Андрей слегка вытянул из нагрудного кармана удостоверение.
– Могу я с вами побеседовать?
– Если откажу, всё равно повесткой в отделение вызовете. Проходите, коли пришли.
Верещагина с брезгливой миной отступила в сторону, Андрей вошёл. У хозяйки явно отсутствовал вкус. В двухкомнатной квартире были признаки современной жизни, как её понимала хозяйка. На спинке дивана, обитого кожей, на полочке стояли разновеликие фигурки слонов на кружевных салфетках. В углу комнаты громоздился трофейный радиоприёмник «Грюндиг». На полу вишнёвого оттенка ковровые дорожки. И въевшийся, устоявшийся запах табака.
– Гражданка Верещагина, вы были знакомы с Бугаевым Владимиром Алексеевичем.
– Почему была? Знакома.
– Он убит.
– Как!
На лице неподдельное удивление. Про убийство она явно слышала в первый раз. Женщина плюхнулась на диван, неожиданно разрыдалась. Андрей уселся на стул. Надо немного подождать, пока успокоится. Клавдия Владимировна достала из цветастого халата платок, вытерла слёзы, громко высморкалась. Потом встала, вышла на кухню, вернулась с бутылкой водки и двумя стаканами. Налила до половины.
– Давайте помянем.
И выпила залпом. Андрей хотел сказать, что на службе не употребляет, потом махнул рукой, выпил. Мадам закурила папиросу.
– Спрашивайте.
– У него враги были?
– А как же!
– Конкретно про кого-то знаете?
– Нет, он меня в свои дела не посвящал. Но неделю назад обмолвился, что чувствует за собой слежку. Причём не вашу, не мусоров. Извините – милиции.
– Откуда он такой вывод сделал?
– Не сказал.
– Какие-либо ценности, крупные суммы денег у вас в квартире имеются? Лучше выдать добровольно.
– Деньги он мне давал, небольшие, на жизнь хватало. А других нет. Можете осмотреть. Хотя ордера у вас точно нет, иначе бы с понятыми пришли.
– Да, обыск не планировал. Бугаев каких-либо фамилий, кличек не упоминал в последние дни?
– Вроде нет.
– Попытайтесь припомнить. Он не своей смертью умер, убили его, ножом в живот.
– Воровской почерк.
– Вот и я о том же.
Женщина задумалась. Андрей молчал. Он уже стал думать, что женщина размышляет о чём-то своём. Всё же она была любовницей Бугая много лет, и так быстро из памяти человека не выбросишь.
– Обмолвился он о некоем Гоге. Сказал – кавказцы наглеют, столицу к рукам прибрать хотят.
– Какие-то детали, имена ещё были?
– Он меня в свои дела не посвящал. Это всё.
Андрей откланялся. Уже в дверях женщина спросила:
– Могу я забрать его тело, похоронить по-людски?
– Не возражаю, хотя трупы выдают родственникам. Подозреваю, что его братва заберёт.
Не отошедших от дел, погибших уголовников, имевших вес в воровском сообществе, почти всегда хоронила братва. Пышные похороны, клятвы покарать убийц.
После обыска на квартире убитого и посещения любовницы Андрей не приблизился к цели ни на шаг. Главная задача – найти убийц, побочная – отыскать общак, воровские деньги. И лучше это сделать прежде, чем его обнаружат воры. Они сейчас на ушах стоят, тоже разыскивают. Для сообщества воровского это болезненный удар. Где деньги – неизвестно, а их хранитель убит. Нарушение всех воровских традиций!
Андрей понял, что зашёл в тупик. Не возвращаясь в райотдел, поехал к Терентьеву. Пенсионер оказался дома.
– Не ожидал увидеть вас так быстро. Новости есть? Проходите, садитесь.
Андрей уселся на стул.
– Гога, кавказец, по всей видимости, вор в законе, не встречался? – сразу спросил Андрей.
– Гога Одноглазый, личность известная. Не слышал о нём давно. Обретался одно время в Рязани. Где сейчас, не знаю. Домушники под ним ходили. В последнее время стычки между кавказскими ворами и нашими были. Даже сходки проводили. По мне, если между кланами война будет, нам легче, перебьют друг друга.
– Где-то на его фото посмотреть можно? Судили же его?
– Последний раз в сорок пятом, слышал, что сидел в Воркуте. А за что, каким судом судили, не в курсе. Так, кто-то из оперов в разговоре вспомнил. Сам знаешь, попадается мелкая рыбка, вора в законе взять – редкая удача.
Глава 6. Разборки
Придя в райотдел, стал размышлять. Если след к Гоге не ложный, почему Бугай его опасался? По воровским понятиям Гога должен сходку собрать, обсудить проблемы, по-воровски это называлось «перетереть». Гога же как-то на Бугая вышел. Хитрый кавказец понял – у кого общак, тот и править будет. Это только рисуясь перед шпаной воры говорят, что деньги – это бумага. Украл – прогуляй, живи красиво, в своё удовольствие. Слова, слова, слова. На самом деле большинство преступлений именно из-за денег совершается. Есть исключения, лишь подтверждающие правило, – изнасилования, пьяные драки собутыльников.
Возьми Гога общак, и на сходке будет сильный козырь, как туз в рукаве. Конечно, может, Гога не при делах, не он убил или его подручные, но след этот отработать надо.
Созвонился с рязанским уголовным розыском, по закрытой связи. Знали такого, судим тут был. Но по телефону все детали не обсудишь и фото не увидишь. Получалось – ехать в командировку надо. С тем и заявился к Феклистову.
– Надо для дела – езжай. Рядом Рязань, не Владивосток, одним днём обернуться можно.
Утром Андрей уже ехал поездом Москва – Рязань. Оперативники местного уголовного розыска встретили приветливо, как своего. И Гогу, кличка от фамилии была – Гогиашвили, сразу вспомнили.
– Ты знаешь, давно в нашем городе отирался, а с полгода, может, чуть меньше, пропал куда-то. Информаторы говорили – в Грузию уехал, другие – в Москве он.
