древнему волшебству, как Созидание Памяти, ведь его способность работала как Гримуар Эроса: он мог копировать увиденные им заклятья и, что самое удивительное, даже объединять их, создавая интересные сочетания из магии, что не мог делать уже сам Гримуар, как, например, то, чем он одолел Ива, смешав неизвестное титану огненное заклятье с шипами, что ранее продемонстрировал Джура на арене, и, создав такое страшное заклятье, как Ярость Пылающей Земли, и, как следует из названия, из земли вырвалась каменные шипы, покрытые магмой, что с лёгкость остановили магию снега Ива и отбросили того в сторону, всё же на арене убийства были запрещены, поэтому Руфусу пришлось сделать острие шипов тупым, чтобы случайно не убить его, но вот сжечь почти всю одежду и оставить большие ожоги оно смогло.
И, когда Ив просто не мог встать, Чапати объявил об окончании поединка, добавил пару утешительных слов для блондина и объявил имя победителя Руфуса Лора.
На арену вновь вышел Тыквачок.
— Что ж, следом мы переходим к тыкваретему поединку…
— Лексус Дреяр из второй команды Хвоста Фей против Алексея из Хвоста Ворона! — один человек в костюме тыквы недовольно посмотрел в сторону комментаторской.
Сами же соперники, как только вышли на арену, лишь молча смотрели друг на друга.
— Уже долгое время между гильдиями отца и сына растёт напряжение, верно, Яджима.
— Ыхы, — тот на вопрос Чапати лишь хмуро кивнул и, обернувшись к Лохарту, что-то стал ему шептать.
В это же время Эрос с улыбкой смотрел на него, ведь титан всё отчётливо слышал и о просьбе повнимательнее последить за Хвостом Ворона, да и сам Макаров также подготовился к этому, поставив снайпера в лице Биски на одну из статуй, чтобы та наблюдала за Иваном, а с другой стороны арены стояли Лисанна с Фридом, наблюдающие за командой гильдии.
Вот только им это ничем не помогло бы, ведь… Их всех с самого начала и не было на трибунах.
Эрос перевёл взгляд на арену, и на его губах появилась весёлая улыбка, ведь прямо сейчас за спиной Алексея стояла вся команда Хвоста Ворона, скрытая под магией иллюзии.
«Вот жжёшь, жук, он почти всех сумел обмануть, не было бы меня или Зерефа здесь, это бы точно никто не заметил, но…» — на мгновение встретившись с тёмным магом взглядами, он покачал головой, словно говоря, чтобы тот ничего не говорил, на что парень кивнул и вновь перевёл взгляд на арену, так же поступил и Эрос, — «Но вот только… Не лучшего ты противника выбрал для своих игр…»
— Хм? Ты чего так улыбаешься? — заметив изменения на лице титана и его оскал, с недоумением спросила Уртир, — Будто ты что-то задумал.
— Да ничего особенного, не бери в голову, лучше давай посмотрим битву, — приобняв девушку, его руки опустились на её живот и стали медленно поглаживать его, — Жду не дождусь увидеть это маленькое чудо, что появится через три месяца…
Ладони Милкович опустились вниз и стали поглаживать руки мага, а её голова прижалась к его груди.
— И я этого очень жду… — с нежностью прошептала волшебница.
В этот момент прозвучал звук гонга.
— Да начнётся поединок!
Лексус, хмуро смотря на своего противника, закованного в броню, что полностью скрывала его фигуру, медленно пошёл в его сторону.
— Ты из гильдии папани, и кто ты вообще такой? — но вместо ответа противник напал на громовержца и… Смог его ударить локтем прямо в лицо, чем шокировал почти всех магов Хвоста Фей, ведь тот всё же является одним из сильнейших магов гильдии, и то, что его так просто смогли вообще задеть, для них было настоящим потрясением.
Но Алексей не стал останавливаться на этом и вновь напал на Громового Убийцу Драконов, и тот просто ничем иным не смог ему ответить, как принять удар и вновь быть отброшенным, а вслед ему вылетел тёмный луч, что вбил Лексуса в стену арены, а после того, как тот встал, вновь продолжилось избиение, а тот даже ничем не мог ему ответить…
Именно так видели все зрители, что наблюдали за этим сражением, но лишь Эрос с Зерефом видели сквозь иллюзию, что битва даже ещё не началась, а сам Лексус, испытывая лёгкое раздражение, наблюдал за своим «избиением».
— Что за хренатень?
— Заклинание иллюзии, все вокруг обсуждают бой, но не видят, да и не слышат, и наблюдают за выдуманным поединком, — спокойно объяснил Алексей, с усмешкой под шлемом наблюдая за шокированным лицом фей и особенно Макарова, — Неплохо же получилось, и никто не чует подставы; они смотрят, как могучего старшего мага избивают, а он сдачи дать не может…
— Слышь ты, чёт я нифига не понял, какой смысл побеждать в вымышленном бою? — спокойно спросил Громовой Убийца Драконов, не спуская взгляда со своего противника.
— Побеждать… Это не наша основная цель, а лишь прикрытие, служащее совсем для иной, да и исход можно поменять в любую секунду… — в тот же момент вектор сражения на арене резко изменился: теперь уже Лексус перешёл в контратаку и одним ударом в лицо отбросил своего противника и, покрывшись молнией, напал на него…
— Гляньте, Лексус наконец наносит ответный удар!
Но это всё также была простая иллюзия, и оба мага так и не приступили к битве.
— Я могу дать тебе победить взамен на одну услугу…
— Хм! Да плевал я на тебя и твои иллюзии, — скинул с себя тёмное пальто, а его тело покрылось дугами молний, — Я просто одолею тебя, и этому цирку настанет конец.
Но в этот момент прозвучал неприятный смешок и за спиной Алексея появились остальные участники от Хвоста Ворона.
— Боюсь, не выйдет… — посмеиваясь, протянула Флер.
— Жизнь — жестокая штука, — добавил с оскалом Нарпудинг.
— Насколько бы ты ни был силен, но тебе не одолеть нас всех, и ещё… — протянув руку, противник Лексуса снял свою маску, — И тебе должна быть известна моя мощь… Сынок…
Глава 243. День 3. Часть 4. Победа и тень.
Под позолоченным железным шлемом скрывался мужчина средних лет со смуглым цветом лица и темными волосами, с короткой бородой и тонкими усами. И этим магом был никто иной, как отец Лексуса и сын Макарова, Иван Дреяр, мастер гильдии Хвост Ворона.
Сам же Громовой Убийца Драконов вообще не удивился открывшейся правде, а лишь приготовился к предстоящей битве.
— Ну… Я догадывался, что это ты, папаша чёртов.
— Макаров бы сразу меня послал и не стал бы слушать, поэтому я спрошу у тебя, где Мифический Свет?! — ухмыляясь, спросил Иван, испуская неприятное и даже слегка
