о пленных.
— Так это вязать их всех или не надо?
— Вяжи! А то до города здесь близко могут и убежать.
Сотник отдал честь и отправился к своему отряду, который в этот день охранял пленных. Появились длинные мотки прочных верёвок и после ужина, бойцы принялись вязать пленных. Вязали сразу по десять пленных за шею, потом переходили к следующему десятку. Цепи из металла здесь ещё не прижились, по причине дороговизны, ведь на эти цепи и ошейники их уходило бы столько же, как и на хороший топор!
Уже в темноте солдаты, ругаясь и раздавая тумаки, закончили вязать пленников и уложили их на подстилки и солому. Пленники с ворчанием укладывались, часто ругаясь из-за пустяков, верёвки на шее были не подарок, но постепенно все угомонились и затихли. Пленники уже усвоили, что морить голодом и издеваться над ними здесь не будут, поэтому уже более спокойно относились к своему будущему.
И вновь над этим суетным миром раскинулся звездный полог, в очередной раз, заставляя вспомнить о Боге, Вселенной и о том, что надо спать. Никитин обошёл затихший лагерь, осмотрел усиленные караулы и, вернувшись в палатку, разлёгся на своей мягкой подстилке.
Он уже несколько дней не снимал бронежилет и держал под рукой стальной гладиус с арбалетом.
Все в лагере, так же как и он, ложились, спали не раздеваясь. А вдруг горожане сделают попытку освободить своих соплеменников без выкупа, но ничего страшного не приключилось и, ночь прошла спокойно.
Утром Никитин сразу отправил двух сотников в город договариваться о выкупе. Те подошли к воротам и после краткого разговора сверху им кинули ремни, быстро втащив на стену. Ворота стражники, несмотря на то, что до их лагеря было довольно далеко, открывать так и не стали.
День начался по обычному распорядку. Бойцы проверяли оружие и амуницию. Мастера и кузнецы, следующие вместе с войском, чинили оружие. В палатках, что бы никто из посторонних не увидел, натягивались новые тетивы для арбалетов. Никитин хорошо усвоил, что войску нельзя находится в праздности, а сотники и десятники быстро находили для ленивых работу.
Светило уже клонилось к закату, когда со стен спустили его посланников. Две фигурки, встав на землю, быстро поспешили к нему в лагерь. Все с нетерпением провожали их взглядами. Воины с любопытством, пленники с надеждой, особенно те, кто не мог заплатить за себя установленный выкуп.
Часовые пропустили сотников, и они сразу поспешили к нему в шатёр. Зубеж и Бедардеж перебивая друг друга стали торопливо докладывать. Никитин слушал их, довольно покачивая головой, почти все указанные в списке были готовы выплатить выкуп и вскоре его соберут. Кроме того, за воротами города ожидает его решения целая делегация во главе с одосом, так здесь называлось должность, градоначальника.
Землянин согласился принять их и гарантировал безопасность делегации, на время переговоров. Сотники, низко склонившись, попятились к выходу из палатки и вновь пошли к городским стенам. Несколько минут спустя городские ворота со скрипом распахнулись и небольшая группа, потянулась в сторону их лагеря. Ворота за ними вновь закрылись.
Никитин взмахом руки подозвал дружинника, стоящего перед входом в его палатку и приказал привести сюда его десяток в полной выкладке.
Вскоре в палатку заглянул десятник, отдал честь, и Никитин показал ему, куда расставить людей. Выглянув из шатра, он крикнул часовым, что бы пропустили делегацию в лагерь, и вновь скрылся в шатре.
Осмотрев себя в бронзовое зеркальце, он немного поправил волосы и достал из сундука тяжелый, как гантеля, золотой медальон с драгоценными камнями, который он надевал по торжественным случаям. Усевшись на мягкий походный трон доставшейся ему от умершего владыки, он стал ждать гостей.
Воины, стоящие вдоль палатки, стояли по стойке, смирно положив руки на мечи.
Полог палатки распахнулся и в неё, непрерывно кланяясь, начали входить разодетые горожане. Не доходя до трона метров, пять они как по команде, попадали на колени и замерли. Никитин приказал им подняться. Они охотно повиновались. Впереди всех стоял пожилой нинс с хитрыми глазами.
— О возлюбленный Светлым Братом Лосом воин! Я Лаато — одос Ка-Ато и наиболее достойные главы семейств Ка-Ато… — нараспев начал он длинную речь.
Послушав все его словесные выверты и выкрутасы в течение нескольких минуты, и чувствуя, что он начинает терять терпение, от такого пустословия, Никитин решительно поднял руку, останавливая словесный поток и произнёс.
— Уважаемый! У меня не так много времени что бы выслушивать всё это, переходи, пожалуйста к делу.
— Эээ — несколько сбился с привычного русла одос.
Он провел короткопалой рукой по пышным усам и продолжил:
— Как нам стало известно помимо тех пленников, что могут заплатить за себя выкуп, у благородного господина осталось ещё немало пленников из числа жителей нашего города.
Сергей кивком головы подтвердил, что это так.
— Мы готовы выкупить у тебя всех наших пленных воинов благородный господин.
— И сколько вы можете мне предложить? — полюбопытствовал Никитин со скучающим выражением лица.
— Эээ — протянул Лаато — ну скажем по сто золотых за каждого.
Никитин тонко улыбнулся.
— Насколько мне известно в Хебо и Ка-Абуре здоровых рабов можно купить не меньше чем по двести монет. Я сам не так давно покупал их для моих шахт и не скрою, мне ёщё нужны крепкие рабы.
Одос досадливо нахмурился видимо, не ожидая, что он будет так торговаться, обычно наёмники спешили побыстрее обратить добычу в звонкую монету, а здесь оказывается, что парень сам владетель земель и нуждается в рабочей силе. Это усложняло ситуацию.
— Сто пятьдесят! И мы готовы выкупить их всех кто не может заплатить за себя! — немного помедлив с досадой, произнёс Лаато.
Никитин задумался.
— Это не так много, как бы мне хотелось… — мягко сказал он.
— Мы не можем предложить большее. Владыка сильно опустошил наши сундуки. — нинс широко развёл руки. — Кроме того, мы договоримся с семьями тех, кто может выкупить своих близких, и получим с них деньги.
Никитин сделал вид что задумался, хотя он был готов отдать их всех и за сотню монет. Все с напряжением всматривались в его лицо, пытаясь понять ход его мыслей, но его лицо оставалось бесстрастным. Нинсы стали тревожно переглядываться между собой. Немного погодя якобы после мучительных раздумий Сергей произнёс:
— Если мы сойдёмся в цене, то я вправе ожидать ответной любезности. Ну, скажем, беспошлинно торговать в Ка-Ато скажем так десять сезонов своими товарами.
Лица нинсов сразу посветлели. Посланцы собрались в кучу и стали тихо переговариваться. Наконец одос объявил, что они согласны. Никитин тоже подтвердил своё согласие.
