Спустившись вниз, Трой обнаружил, что гнома еще нет. Одевшись, он в крайней обеспокоенности направился в сторону той части стены, которую гном тщательно ощупывал сразу после того, как они забрались наверх. Но не успел он подойти близко, как камни пришли в движение и начали один за другим проваливаться внутрь или расходиться в стороны. Из образовавшегося прямоугольного проема шибануло немыслимой вонью, а спустя мгновение оттуда вывалился гном, весь перемазанный орочьим дерьмом. Трой рефлекторно зажал нос и удивленно спросил:
— Ты где это лазил?
— А-а, — зло прорычал гном, — черкачья икота, эти уроды сделали из этой башни туалет. Там залежи орочьего дерьма толщиной, наверное, в пять ярдов. Пока я докопался до механизма… — И он сокрушенно махнул рукой.
— Докопался… — Трой не выдержал и захихикал, изо всех сил удерживаясь от того, чтобы не заржать в голос.
— И нечего ржать, — уныло произнес гном, — зато у нас теперь есть тайный ход в эти вонючие чертоги.
Трой резко оборвал смех и уставился на стену, ставшую вроде как совершенно такой же, как была.
— То есть? Ты сумел…
— Ну да, — кивнул гном, — когда мы вернемся сюда с войском, то через эту дверку вполне можно будет провести отряд — ее теперь можно открыть и отсюда. Правда, — тут гном ехидно сморщился, — им придется сначала пробиться через пять ярдов орочьего дерьма…
Глава 3
Путь назад
День они провели в небольшом закутке, приблизительно на середине тайной тропы. Потому что спуститься до рассвета они не успевали, да и у самого подножия горы не было никаких укрытий, а рысить полчаса до ближайшего проселка, рискуя быть увиденными не только со стены, но и вообще с любой из четырех сторон света Трой не рискнул. К счастью, гномы, устраивая подобные тайные тропы, предусматривали там места для наблюдателей и даже небольшой стражи. А поскольку орки так и не обнаружили эту тропу, то и вырубленный в скале небольшой закуток, в котором вполне вольготно могли разместиться два-три стражника, также не был ими обнаружен. Два-три человека действительно могли разместиться в этом проеме, но их-то было пятеро, к тому же один из этих пятерых распространял вокруг себя отнюдь не ароматы лаванды, да еще в такой концентрации, что поначалу даже резало глаза. Как бы там ни было, день они перетерпели. А с закатом начали готовиться, чтобы пуститься в обратный путь.
К лагерю в Сумрачной чаще решили пройти напрямик, гном страстно желал поскорее добраться до воды, хотя вроде бы вонял уже не в пример меньше — может, выветрилось, а может, просто им так казалось, здесь на ветерке, после нескольких часов, проведенных вместе с ним в замкнутом пространстве…
За одну ночь дойти не успели, поэтому остановились на дневку в небольшом перелеске, миль за пять до опушки Сумрачной чащи. Это их и спасло…
Когда они уже подходили к лагерю, эльф, как обычно шедший впереди, подал знак остановиться. Трой подождал пару минут, а затем приказал всем оставаться на месте, а сам тихо двинулся вперед. Картина, открывшаяся его взору, едва не заставила его зарычать от бешенства… Арил, идш, Глав, крестьянин и один из местных валялись на траве связанными. А поляна, на которой был разбит их лагерь, кишмя кишела орками. На ней было сложено четыре больших костра, над которыми шипели и подрумянивались умело насаженные на грубые вертела выпотрошенные тела четверых его вассалов… Вернее, он даже зарычал и рванулся, но эльф вцепился ему в плечо с неожиданной силой и дернул назад, повалив в траву.
Когда они вернулись к остальным, Троя так колотило от ненависти и бешенства, что он едва сумел рассказать, что увидел. Гном, выслушав его немного бессвязную речь, понял, что ничего путного от Троя сейчас не добиться, поэтому тихонько похлопал его по плечу и кивнул Бон Патроклу и разведчику:
— Давайте… и поспокойнее, без эмоций, — сколько, где и как вооружены?
Те переглянулись, молча кивнули и исчезли во тьме…
Вернулись они довольно быстро. Выслушав их доклад, гном сокрушенно покачал головой и буркнул:
— Да уж…
Шансов отбить своих у них не было. Патруль насчитывал почти полсотни орков, причем около десятка их было выставлено в охранение. Остальные собрались вокруг костров и, пуская слюни, ждали, когда «доброе мясо» дойдет до нужной кондиции. Кроме того, по некоторым признакам, разведчик определил, что на поляне собрались не все орки. Какая-то их часть, вероятно, рыскала по округе. Что было вполне объяснимо, поскольку орки явно, по числу лошадиных седел, определили, что захватили не всех людей. И это означало, что, находясь рядом с лагерем, эти пятеро подвергаются смертельной опасности…
Гном изложил все это ровным, спокойным голосом и, поднявшись на ноги, принялся поправлять снаряжение, всем своим видом показывая, что не допускает даже мысли о том, что они могут задержаться здесь, в такой близости от лагеря, еще хотя бы пару минут. Но Трой не двинулся с места. Гном вздохнул:
— Ты что, думаешь, я не хотел бы их спасти? Но это НЕВОЗМОЖНО.
Трой мотнул головой:
— Нет.
— Что нет?
— Без них я отсюда не уйду.
— О, Мастер мастеров! — гном воздел руки вверх. — Ответь мне, где шлялись эти люди, пока Светлые боги оделяли всех разумом?
— Заткнись, — прорычал Трой, — если у тебя есть конструктивные предложения по поводу того, как вытащить их оттуда, говори, а нет — заткнись и не порть воздух.
Это было уже слишком, гном с клацаньем сомкнул челюсти и шмякнулся на траву, демонстративно сложив руки на груди. Трой молчал, глядя прямо перед собой, но какие картины рисовались при этом в его мозгу, никто не мог даже предполагать. Наконец он разомкнул губы и тихо произнес:
— Будем ждать… — затем добавил: — На деревьях…
Так они и поступили. Впрочем, предосторожность оказалось слегка излишней. На их счастье, группа орков, посланная на поиски остатков отряда, зная о наклонностях своих собратьев, не проявила слишком много усердия и вернулась довольно быстро, справедливо предполагая, что, если они не успеют к раздаче, от деликатесов, доходящих до кондиции на четырех кострах, ничего не останется. Да и подошли они к лагерю с противоположной стороны. Так что люди, которых они так безуспешно искали, оставались в относительной безопасности все это время. Приблизительно через час все спустились с деревьев и подобрались ближе к лагерю. При виде нескольких десятков орков, с аппетитом обгладывающих кто закопченную берцовую кость, кто костяшки пальцев, Троя замутило от ненависти, но он сдержался. Соотношение сил было слишком неравно, чтобы он мог себе позволить допустить хоть малейшую ошибку.
