Вот по этой причине, даже если кто-то их них в силу жизненных обстоятельств и отсутствовал на работе, вся нагрузка автоматически перераспределялась на остальных членов бригады.
Правда, никто на это особо не жаловался. Мазанные общими темными делишками, санитары похоронки всегда без лишних слов покрывали огрехи друг друга. К тому же деньги там «крутились» порой немалые.
Действительно, кто в своем уме станет терять такую работенку? Увольте, дураков среди них не было.
Так рассуждал и Колкин. Да и как иначе? Если бы вы где-нибудь в Москве случайно встретили такого вот «санитара», то ни за что бы ни догадались о его истинном роде деятельности.
Вне рабочего времени это были дорого, модно и кичливо одетые молодые люди, производящие впечатление уж никак не меньше менеджера среднего звена какой-нибудь крупной западной компании.
* * *
— Алло, Серый, привет! Я сегодня не ходок на сутки. Вы там с ребятами за меня чуток поднапрягитесь, а я уж потом все отработаю. Окей?
Колкин сделал глоток коньяка из стеклянного бокала. Голова у него просто раскалывалась. Вчера на радостях после встречи в метро с «рыжей сучкой», он решил «оттянуться и расслабиться», а заодно и оплатить по тарифу должок Спруту за добытую ранее информацию. Но в итоге так увлекся, что прикатил домой лишь под утро. А на смену нужно было явиться к восьми.
— Да ладно, ты гонишь… — на этот раз Колкин выглядел озадаченным. — Как ты говоришь его фамилия? Седов?.. И чего он хотел от нашей конторы? В отдел кадров приходил… Вот, сука!.. Нет, Серый, знаю такого. Я с ним лично знаком… А чего хотел?
Крашенный блондин с воспаленными красными глазами сделал еще один большой глоток, разом опустошив бокал до дна.
— Узнавал, работаем ли мы с крематорием на «Юго-Западной»?.. И что вы ему ответили?.. Ага… со всеми работаете. Это хорошо.
«Вот тварь, никак от меня не отстанет! Вот что, мочить его, что ли?» — с каждой секундой гнев в крови Коликна закипал все сильнее и сильнее.
И даже мысль о том, что он задумывается об убийстве сотрудника МУРа, нисколько не смущала пошедшего вразнос психопата.
— Ладно, Серый, покеда. Вы уж там прикройте меня… Ага… привет жене.
Колкин положил сотовый рядом с собой на диван, сходил в другую комнату и достал из прикроватной тумбочки другой мобильник.
Набрав номер, он приложил «трубу» к уху.
— Батя, салют! У меня к тебе дело… Нет, никак в прошлый раз… Да нигде я опять не накосячил! Тут походу твои старые грехи наружу выплыть могут …
Колкин ехидно оскалил зубы.
— Ага… а ты думал, что святой и с тебя все прошлые прегрешения уже сняли? Давай-ка лучше я к тебе часикам к шести подскочу… Нужно все конкретно перетереть. А заодно и решить, что бы нам такого придумать, чтобы менты от нас отвалили.
Завершив разговор, Колкин закурил и налил себе еще коньяку. Потом еще. Голова от недосыпа была тяжелая, а мысли путались.
«Пожалуй, посплю. Глядишь, за это время жирдяй какую-нибудь информацию про рыжую накопает. Хотя, вряд ли. Спит, наверное, сурок, после бурной ночки», — решил он, докурил и, спустя минуту, заснул на диване сном праведника.
* * *
Мелодия сотового заставила его оторвать голову от подушки. Навязчивая песенка, как показалось ему вначале, заливала собой все пространство комнаты.
Звонил Ероха.
— Да, — просипел Колкин.
— Здорово, Кол, ты чего, спишь? Уже вечер скоро, — нарочито бодрый голос толстяка мгновенно вывел Колкина из себя.
— Спрут, ты выяснил, где она в последний раз появлялась в сети? — без всяких предисловий начал взлохмаченный блондин с помятым лицом.
Его голос звенел от напряжения.
— Что значит: примерно, да?.. Я за что тебе деньги плачу? — взревел он.
— Кол, ты чего такой нервный? — намеренно спокойно, с ленцой поинтересовался Ероха. — У меня все под контролем. Как шепнул мне человечек из компании оператора сотовой связи, которой пользуется твоя пташка, последний раз в сети она была вчера утром. Согласно данным геолокации это произошло где-то в районе парка Сокольники. Все, с тех пор телефон она больше не включала.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— А точнее можно? — никак не успокаивался взвинченный Колкин, которого уже начал накрывать «отходняк». — Где именно в Сокольниках?
— Нее, — протянул Спрут, — они этого не видят. Так что, извиняй, братан. Что есть, то есть. Будут подробности — позвоню.
— Ладно, — буркнул Колкин, — буду ждать. Ты главное постарайся узнать, где она живет в Москве. Понял?
— Заметано, — нарочито доброжелательно ответил Ероха и как бы невзначай уточнил: — На сегодня это все? Тебе больше ничего узнать не требуется?
Эта невинная фраза вмиг насторожила Александра. Отчего так произошло, понять он не мог. Может оттого, что пребывал сейчас в нервозном состоянии, а может что-то неуловимое в интонации толстяка заставило его так напрячься…
И хотя однозначного ответа он не знал, но своим звериным чутьем физически ощущал нависшую над ним угрозу разоблачения.
«Что же мне делать с Седовым? Может и вправду замочить его? Мент не мент, а девяти жизней как у кошки у него уж точно нет», — колебался он.
— Слушай, Спрут, ты прав. Есть у меня к тебе еще одно дельце, — произнес он после длинной паузы. — Нужно выяснить адрес проживания еще одного человека. И сделать это надо срочно и желательно без привлечения посторонних лиц. Ты один с этим справиться сможешь?
— Кол, какой вопрос! Диктуй данные, все, что у тебя есть. Сделаю в лучшем виде. Я же тебе не Гугл — у меня информация исключительно из первоисточников, — рассмеялся собственной шутке толстяк.
— Ладно, пузан, убедил, — примирительным тоном изрек маньяк. — Только и тебе не советую этим вопросом излишне интересоваться. Запомни, мне требуется узнать только домашний адрес, и все. Глубже копать не надо.
— Как скажешь, — отрапортовал Ероха и радостно потер руки, как всегда ведомый в таких вопросах нездоровым любопытством.
То, что когда-то основной работой он выбрал информационные технологии, не было случайностью. Помимо лишнего веса и природной лени, Ерохин с детства страдал патологической тягой подсматривать за окружающими, тайно выведывая подробности их личной жизни. Но больше всего его интересовали интимные тайны: поначалу друзей, а чуть позднее — известных в стране личностей. В погоне за «сладкими секретами» Ероха мог не спать сутками. Только от еды толстяк был не в силах отказаться, она всегда стояла для него во главе угла.
Немного повзрослев, тайный эротоман понял, что на этом можно еще и делать приличные деньги. Особенно, если знать, кому и куда сливать добытую информацию. И вскоре беспринципный Спрут не гнушался уже ничем. Он без малейшего зазрения совести взламывал интернет-страницы, телефоны, а порой и официальные базы данных государственных организаций. Больницы, поликлиники, ЗАГСы, окружные администрации, МОРГи и кадастровые службы землепользования — да все что угодно, за исключением спецслужб и силовых ведомств, — время от времени раскрывали нутро своих серверов для любопытного парня. Он использовал любую полезную информацию, за сохранение в тайне которой ожидал получить в дальнейшем денежное вознаграждение. И даже если у него не получалось по-быстрому сорвать очередной куш, то в любом случае подсматривать в щелочку монитора за другими доставляло компьютерному вуайеристу двадцать первого века несказанное удовольствие.
На Колкина у него так же было заведено тайное досье. На отдельной флешке, припрятанной дома в надежном месте, он уже накопил немалое количество фото и аудиофайлов, полученных непосредственно с телефона хозяина. Спрут уже давно с помощью шпионской программы проник в смартфон маньяка и, получив прямой доступ к камере телефона, время от времени пополнял коллекцию преступных его деяний. Правда, получалось это не всегда, а только в том случае, если Колкин брал на дело новенький смартфон. Но даже и этого с лихвой хватало, чтобы засадить приятеля надолго тюрьму.
