прекрасно понимала, что тот стал на порядок сильнее.
Честно признаться Селена сама до конца не верила в его кончину. Даже после похорон и общего признания. Слишком многое ей казалось странным. Причем действия и поступки Валери только укрепили её уверенность в подобном. Именно поэтому её отец и глава рода Мартелл не были против такого поступка целительницы. И вот спустя почти шесть лет он вернулся. Да еще и как вернулся! С высокоподнятой головой и в своей излюбленной манере вспыльчивого сумасшедшего. Прикончил сразу восьмерых боярских князей, что угрожали его роду и между делом выступил против вторгшихся в Москву демонов. Да, за годы он кардинально изменился, но даже сейчас женщина могла сказать, что характер князя остался прежним.
И то, что она прямо сейчас видела через кроваво-красную пелену магии Лазарева, заставляло её лишь дрожать. Дрожать всем своим естеством вплоть до глубины души.
Селена нутром чувствовала, что нынешняя сила данного человека уже вышла за разумные рамки самых высококлассных повелителей и грандов её окружения. И об этом говорил один явный факт: те самые гранды и повелители, что сейчас стояли вокруг неё могли лишь с удивлением наблюдать за всеми действиями Кровавого Лазаря. А те существа, которые могли рвать сильнейших магов и воителей Французской Империи на куски под свирепой силой седовласого мужчины превращались в прах, пепел и в рваные куски омерзительной плоти.
— Ваше высочество, — вдруг тихо отозвался Госс обращаясь к будущей императрице и выпадая в осадок от увиденного. — А чья была идея… позвать его к нам?
— Мне кажется, что нам… еще долго придётся расплачиваться за помощь Палача Империи, — с запинкой пробормотал Бернард, один из повелителей, который числился её личным телохранителем.
— Это была идея деда, — призналась Селена после краткого молчания. — Он настоял на его присутствии здесь после нападения на Москву.
— Вы не о том переживаете, господа, — вдруг раздался голос единственной женщины из числа охраны Валуа, которая хмуро наблюдала за самой настоящей мясорубкой. — Меня пугает то, что, судя по его навыкам и силе, он разорвет нас на части за несколько мгновений и даже не вспотеет. Да и если честно после всего увиденного… — панически сглотнула та, встречаясь взором со своей госпожой. — Я начинаю сомневаться, что князь Лазарев со всей своей мощью от мира сего… Он более похож на чудовище, чем на человека…
* * *
Эти существа и вправду являлись самыми настоящими легионерами Инферно. Причем почти полностью разумные. Здесь был не тот безмозглый кровожадный сброд, который атаковал Москву. Совсем не тот. Тем не менее и эти прибывшие отказывались говорить. Абсолютно ничего не произносили. Воинственные крики и кровожадные вопли были не в счет. Прямо сейчас они просто шли на смерть.
Туши самых разнообразных и омерзительных демонов устлали практически всё импровизированное поле боя перед вратами Инферно. Отвратно смердящие потроха и кости, черная жижа, которая являлась кровью вторженцев и вонь горелой демонической плоти. По-видимому, вся эта дурманящая смесь смешалось воедино и заставляла демонов по-прежнему напирать подобно берсеркам, которые, не щадя ни себя, ни кого-либо еще рвались в бой с обезумевшей пеной у рта, как бешеные звери.
Само собой, присутствовала малая часть выучки, мастерства и некоего подобия дисциплины с тактикой. Типичная ситуация, когда происходит вторжение демонов в какую-либо область мира. Я видел такое своими собственными глазами два или три раза. Особенно в парящих садах херувимов.
В небольшом диапазоне поля боя приходилось полагаться лишь на телепортацию. Решить проблему с уничтожением пришлых можно было достаточно быстро и легко. Понадобилось бы всего несколько массированных техник, чтобы прижать демонов к своей стороне. Но беда состояла в том, что закрыть или запечатать врата я не смогу. По крайней мере, не сейчас и не на стадии зарождения, ведь разлом всё еще нестабилен, потому как всё также находится в стадии создания. Даже сейчас я прекрасно видел не до конца сформированные жгуты пространства перед глазами.
Именно по этой причине приходилось опираться на кнут, громовое копье и на единичные техники, попутно с этим ждать удобного случая и истребляя любого попавшегося, что угодил мне под руку… Не прошло и минуты, как словно кто-то свыше возжелал повлиять на легионы демонов, потому как их нескончаемый напор вдруг начал ослабевать и впервые за всё время те дрогнули и с нарастающим страхом глядя в мою сторону стали торопливо отступать прочь.
И в один из моментов тот самый случай, который я так ждал, на моё удивление и радость весьма быстро, наконец-то, подвернулся. На мгновение даже померещилось, что по неровным рядам начало проноситься лишь одно едва различимое слово, а демоны всё также продолжали неустанно отступать к вратам.
— Храни…тель…
— Хран… итель…
— Хра… нитель…
С начала всей мясорубки не прошло и часа, но секунду спустя эфирное поле внезапно ощутило сразу тройное чужеродное посягательство на близлежащее пространство Земли, а затем из сгустившегося за вратами племени пожаловала троица достаточно могущественных Верховных.
Причем это был анзуд, хейда и шеркан. Три самые распространённые касты живущих мира демонов.
Я ожидал разного. К примеру, хоть каких-то слов или же угроз, но на моё очередное изумление те просто и безмолвно рванули в атаку. Хейда исчезла с глаз, словно растворилась в близлежащих тенях. Шеркан стал действовать подобно живому тарану и с неистовым ревом понёсся прямиком на меня. Лишь только анзуд стал действовать более расчетливо и расправив три пары своих кожистых крыльев взмыл в небо.
Однако пока я за всем этим балаганом взирал с ленивым видом, по рядам демонов вдруг прокатился свирепый подбадривающий клич.
До столкновения с троицей Верховных я наблюдал с некой долей расстройства и диссонанса. Сам не знал, почему такое происходит, но всё случившееся нагоняло непонятные мысли. Словно… что-то было неправильно… Точнее, всё это было жутко неправильным. От начала и до самого конца. Что-то не давало покоя моему реанорскому естеству.
Нет! Нет! НЕТ! Почему всё кажется таким знакомым и… дерьмовым? ПОЧЕМУ?
Вот только из всех мыслей вдруг выбило дух, потому как до стычки с шерканом оставалась пара жалких метров, но в этот же миг за спиной вдруг образовался силуэт хейды. Верховная попыталась атаковать меня тёмным пламенем. А с неба в этот самую секунду спикировал анзуд, формируя в руках огненную магию.
Но все их движения сейчас напоминали трепыхания сонных мух, мне не пришлось даже сходить с места.
Левая рука моментально раскалилась докрасна и до самого плеча активизировалась уже знакомая молния, тут же проломив весь напор хейды. Мои пальцы до костного хруста сомкнулись на её горле. Правая же рука, вырвав из пространства громовое копьё с лёгким замахом пронзила шеркана в районе груди и пригвоздила его к земле, а затем под предсмертные вопли умирающего драконоподобного демона мой взгляд обратился вверх к спикировавшему анзуду.
Вспышка…
На целую секунду всё пространство оказалось под действием ослепляющего красного сполоха, но эта техника оказалась лишь прикрытием для второй.
Эфир молнии и тьмы… Пагуба дома Нор-Ата… Ниспадающий вал…
Хрип крылатого демона был кратким и совсем тихим, вал придавил его к земле у самых моих ног, а затем без какой-либо жалости стопа ботинка под громкий хруст позвонков приземлилась прямиком ему на хребет.
Нет! Почему меня что-то гложет? Почему всё кажется таким знакомым? Что случилось…
Но в одно из мгновений в голове образовалось самое страшное осознание. Под сиплые и затихающий вой Верховных мои глаза невольно прошлись по полю боя, по множеству трупов, по смердящей крови, по доспехам легионеров, чутьё даже припомнило знакомую магию и силу.
Я и сам не понял, когда оторопел от понимания, а после еще тщательнее пришлось присмотреться к увиденному.
Нет! Не может этого быть! Это ведь… невозможно! Всё очень похоже и магия мне очень знакома. Даже… ауры. Стоп! Погодите-ка! Это же… быть не может! ТВОЮ МАТЬ!!!
Секунду спустя, глядя на одеяния Верховных и выгравированные на их телах руны, пришло еще более ужасающее осознание и не контролируя свою ярость я с силой встряхнул тело почти мёртвой хейды и заглянул ей в глаза, параллельно с этим еще дважды оприходовав стопой ботинка по хребту анзуда под его собственный тихий вой.
— Вы! Кто! Вашу! Мать! Такие! — прошипел я на языке
