набрал номер Гордеева и велел тому явиться на работу. По приезде его заместителя уже ждали собранные коробки с личными вещами, а также приказ об увольнении.
Гордеев пытался что-то объяснить, но Макаров не дал ему такой возможности. Боялся не сдержаться и заехать в морду своему заместителю. Да и сил у него уже никаких не оставалось. Сбитая перед уходом из дома температура снова неумолимо поднималась, а дел впереди и так невпроворот. Не до мордобития. Поэтому он просто велел Гордееву убираться вон и больше никогда не показываться ему на глаза.
Раздвинув полоски жалюзи на окне, Макаров смотрел, как Александр с коробкой под мышкой пружинистым шагом идет к своей машине. Дождавшись, пока тот уедет, он вернулся за свой стол и начал методично составлять список причиненного действиями заместителя ущерба.
– Ты иди, Феоктистыч, – попросил он Рюмина.
– Так, может, сделать чего надо? Хотя бы план составить, куды теперь бечь.
Иногда он любил подпустить в речь такие вот простонародные выражения. Макарова они бесили, потому что простота эта была наигранной. Не от души шла.
– Иди и работай, как считаешь нужным. Тебе за это платят, – раздражение снова прорвалось наружу, хотя Макаров и старался его скрыть. – Потом доложишь по результату. А я сам действовать буду. Ты уж извини, не ставя тебя в известность.
По лицу Рюмина он видел, что начальник службы безопасности обиделся на явное недоверие. Сил объяснять, что это не недоверие, а просто экономия энергии, не было. Сил не было вообще ни на что. Макаров дождался, пока за надутым Рюминым закрылась дверь, и решительно придвинул к себе лист бумаги.
Первой проблемой стала претензия, выставленная Комитетом охраны культурного наследия. Быстро сориентировались, ничего не скажешь. А значит, за этим кто-то стоит. Не бывает столь быстрой реакции на два не самых крупных пожара со стороны чиновников, которые методично и уныло копаются в бумажках. Так, выяснить это поможет Лена. У нее там связи.
Макаров сделал соответствующую пометку на листе, достал телефон и позвонил жене. Вот тут-то она уже во второй раз сказала, что не верит в виновность Гордеева.
– Лен, мы с тобой вечером это обсудим, – кротко попросил Макаров, потому что силы продолжали убывать. Он вдруг испугался, что сейчас потеряет сознание. – Ты пока просто узнай, что стоит за этой небывалой активностью. Ладно?
– Ладно, – покладисто согласилась жена и положила трубку.
Макарову вдруг стало обидно, что она не поинтересовалась его самочувствием. Ему очень хотелось, чтобы Лена сейчас его пожалела. А она не жалела, и от этого осознание, что он совсем один, вдруг стало таким острым, что защипало глаза и запершило в горле. Или это все проклятый вирус?
Он усилием воли заставил себя вернуться к работе. Так. Надо позвонить Элеоноре Бжезинской и обсудить проблемы с лифтами, возникшие на стройке в «Изумрудном городе». Глядишь, она подскажет что-нибудь полезное. А потом обзвонить всех поставщиков, которых вел Гордеев, чтобы предупредить о его увольнении и замкнуть на себя.
Начала болеть и противно кружиться голова. Больше всего на свете Макарова тянуло уехать сейчас домой и снова нырнуть под одеяло в своей комнате, оставив навалившиеся проблемы снаружи. Он вздохнул. Нет, он не может себе позволить убежать от проблем и болеть тоже больше не может себе позволить.
Надо бы выпить лекарство, но Макаров забыл его дома, хотя Лена и приготовила пакет, чтобы он взял его с собой. Знала, что пригодится. Послать секретаршу в аптеку? Дмитрий Макаров ненавидел выглядеть слабым, а потому вызывать секретаршу не стал, а откинулся на спинку кресла и набрал номер Бжезинской.
Элеонора взяла трубку сразу, как будто ждала его звонка.
– Димочка, как хорошо, что вы позвонили, а я все утро про вас думала.
– Хорошее или не очень? – пошутил он.
Шутка прозвучала натужно.
– Тревожное, – ответила Бжезинская. – Димочка, у вас голос совсем больной. Что-то случилось?
– Гриппую, – признался он. – По-хорошему, надо бы отлежаться еще несколько дней, но не могу, потому что дел невпроворот.
– Проблемы?
– А вы уже в курсе? – Макаров вдруг рассмеялся, потому что с этой элегантной, очень красивой и женственной дамой, за ангельской внешностью которой крылся железный характер, ему было легко. И общаться, и работать.
– Конечно. Когда ведешь большой бизнес на расстоянии, из другого города, очень много времени, денег и усилий тратишь на информацию. Это же азы, Димочка. И, кстати, издалека картинка в целом выглядит гораздо яснее, чем на месте. Как там у классика? «Лицом к лицу – лица не увидать. Большое видится на расстоянии».
– Есенин, – согласился Макаров. – И что же вам видится, Элеонора? Точнее, как оно вам видится?
– Да сдается мне, что под вас активно копают, Димочка, – сообщила Бжезинская любезным светским тоном. – И ваши проблемы с лифтами – это ягодки. Лифты-то мы переживем. Вы, кстати, уже придумали, что будете делать?
– Да, вчера мы написали компании-поставщику официальное письмо, что если до конца января не произойдет отгрузка, то мы включаем штрафные санкции, прописанные в договоре, и сразу подаем в суд. С другим поставщиком мы уже договорились. Он готов выручить нас двумя лифтами из четырех в течение двух недель, остальные придут в течение двух месяцев. В общем и целом при самом плохом раскладе мы сорвем срок сдачи на три недели.
– Две из них заложены на форс-мажор, так что если больше ничего не случится, то все не так уж и страшно. Димочка, вы позволите дать вам совет?
– Конечно. Элеонора, вы же знаете, как я вас уважаю.
– И я вас. Мой муж вообще подозревает, что я к вам неравнодушна. И, признаюсь, если бы не он, то вы были бы в опасности.
Она рассмеялась, и Макаров тоже. Он был знаком с Витольдом Семеновым и знал, как они с Бжезинской обожают друг друга.
– В общем, Димочка, несколько лет назад у меня, как вы знаете, были крупные неприятности. Я тогда чудом не потеряла бизнес. Виновником этого был Эдуард Горохов. Тогда ему принадлежала компания «Ганнибал». Сейчас она уже давно обанкрочена, но какой-то бизнес у Горохова все равно имеется. Сами понимаете, что после всего случившегося я за ним, так скажем, приглядываю. Так вот недавно Горохов опять усилил активность и хочет вернуть свои утраченные позиции на строительном рынке. Судя по набору ваших неприятностей, он явно имеет отношение к тому, что происходит.
Макаров удивился, причем так сильно, что даже не смог этого скрыть.
– Мне кажется, вы ошибаетесь, Элеонора, – запротестовал он. – Это как раз тот случай, когда вблизи ситуация видится лучше. У Горохова сейчас две компании.
