никогда не дано найти себе постоянное пристанище, в котором меня никто не
 будет трогать, никто не будет приказывать, и я, естественно, никого не
 буду слушаться?! Где же ты, моя родина, которую я еще не знаю, но которая
 никогда не потребует моей крови? Где мне тебя искать?!
 Я стоял, беспомощно опустив руки, а мимо кто-то бежал и кричал мне:
 "Сматывайся! До шести осталось два часа!"
 Рвоздух был спокоен и недвижим: вертолет улетел, оставив город в
 безветрии.
 Затихли шаги бежавшего парня, и я почувствовал, как изнутри
 охватывает меня нервная дрожь. Я сцепил руки в "замок", напрягся, словно в
 ожидании удара, и от этого напряжения, от окружавшей меня враждебной
 тишины, чуть не закричал, чуть не заметался из стороны в сторону, как
 волк, окруженный охотниками. Так захотелось быть не здесь, быть где-то
 далеко, вдали от всех и вдали от самого себя, оставив свой человеческий
 облик и свою причастность к человечеству, под какой-нибудь кирпичной
 стеной ожидать расстрела, а второй, звериной своей половиной, мчаться в
 мир, где царствуют инстинкты, и хищнику не известно, что он - хищник!
В Р, СЃ опаской посмотрев РїРѕ сторонам, СЏ РїРѕРЅСЏР» РІРґСЂСѓРі, что бегу, что бегу
 так, как бегут преследуемые собаками, едва успевая выбрасывать вперед
 ноги, постоянно отстающие от туловища.
 А по обе стороны улицы навстречу мне неслись дрожащие приземистые
 домики, и были они, казалось, не меньше моего напуганы, и прижимались
 стенами и краешками крыш друг к другу, словно ожидали друг от друга помощи
 и спасения.
 Ноги несли меня дальше. Проскочившие мимо домики остались позади, и
 теперь мне навстречу неслись деревья. А я все еще не чувствовал усталости,
 и дыхание мое очистилось, но глаза заливал холодный пот, и даже ладонь
 правой руки никак не могла остановить его.
 С аллеи я бросился в знакомый проем меж двух деревьев и, не
 рассчитав, ударился левым плечом о крепкий ствол магнолии. Следующие
 несколько метров я пролетел пьяным зигзагом, но благо, теперь под ногами
 была узкая тропинка, и я смог выровнять свой бег по ее линии.
 Ветер ударил мне в лицо.
 С обрыва, по краю которого бежала дальше эта тропинка, я посмотрел на
В РјРѕСЂРµ.
 Волны неровными шеренгами наступали на берег.
 На горизонте дымил большой корабль.
 На террасе виллы Казмо перед бортиком на табурете сидел Феликс,
 закинув свою деревянную ногу на здоровую.
 Перед вырезанными в каменном спуске ступеньками я остановился и
 перевел дух.
 Ртут же заторопился вниз к черному чугунному мостику.
 Под ногами что-то зашуршало; оглянулся и увидел свой след на
 сброшенной с вертолета листовке. Значит и здесь они сыпались с неба.
 Зашел в дом. Закрывшись за мной, громко хлопнула дверь.
 - Кто там?! - крикнул кто-то сверху.
 Я, не ответив, перепрыгивая через ступеньки, поднялся на второй этаж.
 Рвсе понял по выражению лица встретившего меня там Тиберия.
В - Рто ты... - сказал РѕРЅ. - Что там РІ РіРѕСЂРѕРґРµ?
 - Ничего... - ответил я. - Тихо и жарко.
В - РРґРё СѓРјРѕР№СЃСЏ, ты весь мокрый! Потом поднимайся Рє нам.
 Он показал мне на дверь в ванную комнату и, не спеша преодолевая
 ступеньки, исчез наверху.
 Минут пять спустя мы все молча сидели за столом в маленькой тесной
 полукомнате-полукоридоре, ведущей на террасу.
 На столе стояли две бутылки вина, но никто не пил.
 - Надо быть решительней... - негромко произнес Казмо, не поднимая
 глаз. - У нас есть оружие.
 - Осталось сорок пять минут, - совершенно спокойным голосом сообщил
 Айвен, положив перед собой на стол снятые с руки часы. - Если что-то
 делать, то делать надо сейчас.
 Казмо поднялся.
 - Хорошо, - сказал он. - Пошли в подвал!
 Мы встали из-за стола и спустились в арсенальную комнату генерала
 Казмо, где хранилась коллекция его именного оружия.
 - Я знал, что оно мне еще послужит, - улыбнулся генерал, с любовью
 оглядывая свое огнестрельное собрание. - Сколько нас?
 - Здесь шесть, не считая Феликса, - заговорил Айвен.
 - Да, Феликса считать не надо! - кивнул Казмо.
 - Рв городе еще человек тридцать, - продолжил Айвен. - Я им сказал,
 где ждать...
 - Хорошо, - снова кивнул генерал. - Здесь должно на всех хватить.
 Сначала выбирайте себе, а потом возьмем для тех тридцати...
 Тиберий подошел к стене и взял в руки казавшееся странным ружье,
 ствол которого был украшен чернью.
 Айвен снял со стенки многозарядный карабин.
 Коренастый парень с татуировкой якоря на предплечье - к сожалению, я
 до сих пор не знал его имя, - закинул на плечо тяжелый огнемет.
 - Ну, а вы что?! - обратился ко мне и Вацлаву генерал. - Берите, у
