ты не веришь.
– Я верю – устало ответила Лика.
Сначала послышалась сирена и между гаражами показались две полицейские машины, а потом началось то, что предполагал Владимир: суета, опросы свидетелей и охранника, который косо смотрел на Владимира и злился на себя, что проворонил проникновение на вверенную ему территорию, и возмущения Смирнова, адресованные Лике и Владимиру.
– Ну, ладно я понимаю, он – мужчина. – Громко отчитывал Смирнов – Вы же, Анжелика Валерьевна, чего сюда поперлись? Приключений вам не хватает? Вы решили в полицейских поиграть? Охранника обманули, через забор перелезли.
– Мы не перелазали – поправила Лика.
– Знаете, как это называется? – Не дав им подумать и ответить, Станислав Егорович сделал это за них – незаконное проникновение. Или вы думаете, мы без вас не справимся? Я имею в виду не проникновение, а расследование. Шли бы вы лучше по прописке. Каждый должен заниматься своим делом. Полиция будет искать ваших грабителей.
– Один уже нашелся – еле слышно прошептала Лика.
– С вашей помощью – он хмуро взглянул, махнул рукой и предложил более спокойно – садитесь в машину, Анжелика Валерьевна, на вас лица нет. Максим, дай девушке воды.
Максим усадил Лику в машину, дверь оставил открытой, дал бутылочку газировки, а Смирнов проговорил:
– Владимир, оставьте самовольное расследование. Не то я вас накажу по полной программе. Мало того, что лезете, куда вас не посылали, так еще и рискуете жизнью, и не только своей. Это я не ради красивого словца вам сказал, а предположил, что вы пришли сюда на два часа раньше, и было бы на два трупа больше. Красота?
– Так себе картинка – согласился Владимир.
– Я требую от вас адекватного поведения. Не заваливайте меня работой, еще и ваши смерти расследовать.
– До этого не дойдет. – Пообещал Владимир.
– Вот и идите туда, где живете.
Владимир тяжело вздохнул, хотел сказать, что там, где он живет, бандиты устроили погром, перемешали вещи, осколки и матрас в одной грязной куче, но передумал. Все равно никаких следов, кроме грязи, бандиты не оставили, зато Смирнов окончательно убедится, что Владимиру нужно сидеть по прописке. А по прописке ему сидеть нельзя, он должен вернуться в вагончик.
***
Всю обратную дорогу Владимир уговаривал:
– Тебе надо уехать.
Разговаривать Лика не хотела, сил не осталось. На нее напала тяжесть безвольной усталости и скептического настроя. Перед глазами стояло кровавое пятно на груди парня. Теперь она не сможет улыбаться и радоваться жизни.
– К родителям нельзя, к подругам тоже. – Размышлял Владимир – Дача, загородный дом, домик в деревне и на берегу моря тоже отпадают. Я думаю, эти люди знают о тебе все.
– Ну да, у них же был хорошо спланированный план. Только он рухнул. Я жива, а парень убит. Все пошло не по плану.
– Ехать надо туда, где ты еще ни разу не была.
– На луну?
– Это единственное место, где ты не была?
– Это недосягаемое место, и я там не была. Не пытайся меня напугать так, что я буду трястись, но я все равно никуда не поеду.
– Собираешься устроить мне трудности.
– Какие трудности? И почему тебе?
– Мне будет трудно разобраться в этом деле, когда ты будешь в опасности. А ты уже в опасности.
– Ты собираешься разбираться в этом деле? – удивилась она.
– Ты только это услышала? Я еще говорил об опасности.
– Почему ты будешь разбираться?
– Потому что Смирнов сидит, извиняюсь за выражение, на пятой точке ровно. И шевелится только тогда, когда мы приносим ему факты. Зачем мне в цепочке расследования слабое звено?
– Ох, да – по-старушечьи посетовала Лика, вспомнив капитана Смирнова.
– Но Смирнов прав. Не надо мне тебя с собой таскать по гаражам. Это опасно.
– А то, что из-за меня таскаешься по гаражам, это вас обоих не смущает? Пусть Смирнов не командует, а занимается своим делом. Я остаюсь с тобой.
– Со мной? Очень приятно.
Лика спохватилась, усталость и бессилие отступили:
– В смысле… я не это имела в виду.
– Как жаль.
– Я не буду прятаться.
– Храбро.
– Я буду помогать тебе в расследовании.
– Мешать в расследовании – уточнил Владимир.
– Почему мешать? – возмутилась Лика.
– Потому что я буду все время на тебя отвлекаться.
– Отвлекаться?
– Конечно. Рядом со мной молодая красивая девушка. Я еще молодой, в меру красивый мужчина. Как не отвлекаться?
– Все шутки шутишь? – поняла она.
– Я серьезно – честно признался он.
– Действительно? – чуть смутившись, спросила она.
Он перестал улыбаться и четко медленно проговорил:
– Действительно то, что тебе грозит опасность. И мне придется не расследование вести, а за тобой присматривать.
– И не надо за мной присматривать. Я сама буду осторожна. Посмотри на меня – я боюсь. Я боюсь оставаться одна. Я буду с тобой, но ты меня даже не заметишь.
– Во-первых, не замечать тебя трудно. Во-вторых, будешь меня отвлекать. В-десятых, я буду переживать за тебя. Отвезу тебя к Варе Николаевне. Завтра она уезжает к своей дочери в Петербург. Будешь за домом присматривать и Майка кормить.
– Ой, нет.
– Ой, да.
– Я его боюсь.
– Бандитов не боишься, а Майка боишься. Открою тебе большую тайну – он человечнее, чем некоторые люди. И русский язык понимает. И дружит. И любит. И не предаст. И не убьет.
– Значит, нужно заехать к родителям, забрать сумку с вещами.
– Не получится. За нами опять следят.
***
Сергей Бобунов видел, как к воротам его гаража приближаются мужик с девкой. Ее он сразу узнал, вчера они выкрали эту девчонку, вместе с дипломатом денег. Дипломат прижал к груди, он грел душу и прикрывал кровь на кофте.
Кровь брата. Ваньки.
Он чуть не завыл.
Если бы три дня назад он знал, что разбогатеет на несколько миллионов рублей, но при этом потеряет Ваньку, то ни за что бы, ни за какие коврижки, ни за какие уговоры и требования не подписался бы на это грязное дело.
Ничто не стоит жизни брата. Нет такой цены.
Сергей только что успел выскочить, когда парочка вышла на дорогу между гаражами. Видимо пронюхали про лаз в заборе, обошли охранника, и направляются прямиком к нему. Далеко убежать не успел, только юркнул между двумя гаражными стенами.
Мужика он не знал. Наверное, полицейский, или охрана ее фирмы. Они шли по его следу, по его душу. Как он ненавидел эту парочку. Ищейка и мститель зашли в гараж, в котором с безжизненным взглядом, уставившись в пространство, лежал его брат.
Сергей обессиленно сполз на корточки и зажмурился. Ванька всегда говорил:
– Не жмурься, ты похож на
