поселилась крохотная шляпка, а на лебяжьей шее красовалось бриллиантовое колье, сверкающее так сильно, что оно даже затмевало красоту крепеньких грудей Елизаветы, которые дразняще выглядывали из неглубокого декольте.
— Что? Что, простите, сударыня? Кто ваш кавалер? — наконец-то обрела дар речи Александра, которая как-то вся подобралась, словно ссаный кролик перед удавом. Кажется, положение Лизаветы в дворянском обществе было сильно выше, чем у бывшей невесты Никитоса.
— Никита Иванович, — мило улыбнулась она и взяла меня под руку.
— О-о-о! — неверяще выдохнула брюнетка, сглотнула, упёрла взор в пол и почти неразборчиво протараторила: — Простите, Елизавета Васильевна, я уже удаляюсь. Хорошего вечера.
— И вам всего наилучшего, — приподнято сказала девушка, проводив насмешливым взглядом скрывшуюся среди гостей брюнетку. — Она похожа на перепуганную мышку. Вы не находите, Никита Иванович?
— Добрый вечер, Елизавета Васильевна. Вы великолепно выглядите, — суховато выдал я, пытаясь максимально быстро погасить бушующий в душе костёр.
— Знаю, но всё равно merci, — кокетливо произнесла она, не обратив внимания на то, что я не стал с ней соглашаться. — И что же вас связывает с этой юной дворянкой? Она с таким пылом что-то высказывала вам. Нет, нет, не отвечайте. Я сама попробую угадать. Неразделённая любовь?
— Нет. Просто мы поспорили из-за одной мелочи. У неё было одно мнение, а у меня другое, — соврал я и мельком глянул на ловкого малого в чёрном сюртуке. Он подходил к гостям, что-то спрашивал у них и записывал ответы в блокнот. Видимо, репортёр.
— Спор? Думаю, что дело не только в нём, mignon ami (милый друг, фр). Как долго вы знаете Александру Юрьевну?
— Недолго, сударыня.
— Тогда вы, возможно, ещё не ведаете, что в обществе ходят упорные слухи о том, что эта юная особа крутит романы за спиной своего жениха. Как там его… Не помню имени, но точно знаю, что он из семьи Лебедевых. Слышали о них? Богатые, но весьма скучные, не слишком знатные и узколобые люди.
Вот это поворот! Оказывается, жизнь Никитоса была ещё более жалкой, чем я думал. Однако он знал французский язык, что мне сейчас изрядно помогало.
— Нет, я не знал об этих слухах, — проговорил я, уже окончательно успокоившись, а затем полюбопытствовал: — Но отчего же отец Александры Юрьевны желает породниться с этими Лебедевыми? Насколько я понимаю, у него положение в обществе гораздо выше, чем у них.
— Деньги. Есть слушок, что папенька этой особы, Юрий Илларионович, будучи заядлым игроком, просадил всё своё состояние и теперь готов продать дочь.
— Откуда вы всё это знаете, сударыня?
— Никита Иванович, вы, наверное, запамятовали, что я — лекарь. И мой отец — лекарь. Мы вхожи в самые знатные дома Петрограда, — произнесла девушка и смахнула с рукава моего фрака невидимую глазу соринку. — А вот я о вас практически ничего не ведаю. Ну, кроме того, что у вас имеется верный кудрявый слуга.
— Моя фамилия Шипицин. Я вырос неподалёку от Петрограда, круглый сирота и мастер проклятий. Хотите узнать что-то ещё?
— Может, и хочу, — улыбнулась она, посмотрела на часы, висящие над входом, и торопливо проговорила: — Скоро уже начнётся сеанс, mignon ami, а он без малого длится почти час. Так что сейчас самое время припудрить носик. Я ненадолго.
— Пожалуй, и я отлучусь. Встречаемся здесь же, сударыня.
Красотка качнула головой и зашуршала платьем в сторону неприметной двери, коя пользовалась популярностью исключительно у дам. А я стал протискивать к такой же двери, только расположенной в другой части холла и интересующей лишь мужчин, выходящих из неё с облегчёнными улыбками.
Добравшись до уборной, я тоже облегчился, попутно вспомнив бывшую невесту Никитоса. Вот ведь сука! Мало того что она ему рогов понаставила, так ещё и мне жизнь испортит. Она же явно сообщит Лебедевым, что видела Никиту в кинематографе. Млять! Вот каков был шанс встретить её тут? Мал, весьма мал. А теперь мой план по спокойному обустройству в Петрограде окончательно провалился. Однако я знал на что шёл. Встреча с Васькой показала, что столица действительно крайне мала, а прятаться по подвалам, словно крыса, не мой стиль. И вот теперь мне в скором времени предстоит столкнуться с Лебедевым, а пока же надо вернуться к Лизе.
Девушка обнаружилась на том же самом месте, да вот только она оказалась не одна. Подле неё сердито мяла перчатки пухленькая дама лет тридцати. Она сверкала зенками и что-то яростно тараторила подведёнными кармином губами. Елизавета отвечала ей не менее яростно. Её глазки тоже метали молнии, а грудь бурно вздымалась.
Вокруг женщин уже образовалось свободное пространство, а близко стоящие гости прислушивались к их ссоре. Однако большая часть людей не замечала того, что происходит в углу холла, поскольку голоса ссорящихся женщин заглушали громкие разговоры прочих гостей.
Я двинулся к дамам. И тут вдруг пышка швырнула перчатку в лицо разрумянившейся Елизавете, заставив ту оторопело округлить глаза.
— Дуэль! — ахнула рядом со мной темноволосая девушка. — Теперь эти сударыни должны будут выставить защитников своей чести.
— Орлова непременно назначит Якова Пацци. Он её давний поклонник, маг ветра и известный бретёр, — с уверенностью произнёс кавалер девушки. — Говорят, что он приехал в Россию как раз из-за того, что в Европе был весьма усерден по части дуэлей. За ним тянется шлейф из побед.
— А кого выставит Елизавета Романова? Она же вдова, как и Орлова, но, в отличие от неё, Романова играется со своими поклонниками, а когда они надоедают ей, то она бросает их, точно сломанные игрушки. Вряд ли кто-то из них захочет биться с самим Пацци.
Глава 17
Выглядывая из-за плеча того самого кряжистого старика-военного, я вдыхал запах нафталина и задумчиво смотрел на вдовушек, которые продолжали шипеть друг на друга. К сожалению, на таком расстоянии слов было не разобрать. Однако перекорёженные гримасами гнева холеные лица и пылающие яростью глаза замечательно иллюстрировали взрывоопасную ситуацию. Воздух буквально наэлектризовался. Казалось, что сейчас лопнут лампочки, а от разгневанных женщин посыплются жгучие искры. И вот извечный вопрос — что делать? Свалить по-тихому или вмешаться? Ну, скандалы мне не нужны, однако на Елизавету у меня грандиозные виды. Если всё правильно сделать, то она поможет мне легализоваться в дворянском обществе Петрограда, да и через неё можно познакомиться со многими аристократами. И сейчас просто невероятный шанс привязать её к себе. Да, сложившийся у меня в голове план весьма рискован, но, вашу мать, как же он хорош! У меня даже сердце в груди застучало сильнее, а волоски на руках встали дыбом. Губы же сами
