– Тома украли ветеринары?
Здание само по себе было настолько старым, что в нем даже были арочные окна, выполненные из вспененного камня много лет назад. Большая часть здания помещалась внутри позже построенного купола, но выше него башня распускалась огромным тюльпаном.
– Ах, – выдохнула Тейюд, – да. Прямой подход дает ограниченное число возможностей. Но есть и альтернативные.
– Какие же?
– У наследников генома Взвешенной Милости есть свои плюсы, которые компенсируют слишком большой расход необходимых калорий. – Она задумчиво нахмурилась и скушала еще один цветок. – Говоря твоим языком… Я могу рассчитывать на определенное одолжение и имею серьезное влияние среди Принудителей Деспота.
– Они помогут? – удивилась Салли.
– Не прямо. Но… скажем, неофициально.
– Я бы предпочла десантирование на управляемых парашютах, – сказала Тейюд несколькими часами позже. – Есть небольшой, но все же риск того, что дирижабль заметят.
– Нет, – возразила Салли. На демотическом вышло менее резко.
Дирижабль шел почти бесшумно, но раньше двигатели буквально задыхались, стараясь удерживать курс против ветра, а теперь они тихо и медленно плыли по ветру по направлению к Сколариуму. Через прозрачный отсек на днище было видно, как проплыл и остался позади Зар-Ту-Кан, не столь блистающий, как земной город с высоты, мигая загадочным мягким светом и огоньками. Было холодно, температура ниже нуля, но мантии и костюмы под ними сохраняли почти идеальную температуру. Только кожа вокруг глаз была незащищена, и то лишь пока…
Тейюд достала кейс, отцепляя его от пояса. Салли легонько вздрогнула, но наклонилась ближе. Крышка с хлопком открылась, и щупальца потянулись к её лицу. Оптический усилитель выпрыгнул на неё и с чмоканьем прилип: он весил пару фунтов и напоминал детский пластилин. Перед глазами все пропало, она ощутила укол на висках, когда усики проникли в её кровеносные сосуды. Другой укол в уголках глаз, перед глазами зарябило, и на краткий миг заболела голова, пока еще более тонкие волокна присоединялись к её зрительным нервам.
Потом все стало чуть ярче, как в облачный день. Тейюд чуть светилась, животное не только усиливало свет, но и ощущало тепловое излучение.
– Функционирует, – сказала она.
Теперь она стала больше походить на Тейюд, напоминая Жукоглазого монстра с обложек старых журналов. Оптический усилитель на голове Взвешенной Милости превращал половину ее головы в подобие глаз насекомого… По крайней мере, близко к тому. Это был тембст еще времен Императоров, и Тейюд говорила об опасности применения его Салли, несмотря на образец её собственной крови, который должен был помочь усилителю признать Салли за свою.
Слишком малая вероятность, чтобы серьезно беспокоиться, – так она решила себя успокоить.
Интерком засвистел, потом оттуда донеслось: «Приближаемся к цели, приготовиться к высадке. Я выражаю желание, чтобы случайные факторы закончились благоприятным образом».
Сатемкан заскулил, когда Тейюд взяла его на руки, и со всей силой вцепился в неё обеими лапами. Салли проверила свое снаряжение. Её меч висел на спине: когда выглядишь настолько круто, лучше быть вдвойне осторожной и стараться не срезать себе случайно ухо. Теперь, после некоторого спора с Тейюд, у неё имелся местный пистолет с дротиками. Её собственный кольт был намного более скорострельным – он хотя бы не зависел от накопления метана в камере оружия. С другой стороны, выстрел пулей не сразу укладывал человека на пол, да и громкий он был слишком.
Вниз сбросили кабели. Салли прицепилась упряжью за один из них и обхватила его обеими руками в перчатках.
Прямо внизу, словно опал в лунном свете, сверкал купол Научного факультета – сверху взошел Фобос, по размеру как три земных Луны, а ниже него двигался Деймос. Пропеллеры дирижабля зашумели, и курс изменился.
– Высадка… Немедленно!
Прозрачные двери под ними распахнулись, упряжь ощутимо приняла на себя её вес. Канат упал вниз, раскатываясь по дороге, до приближающейся верхушки башни. Тейюд повернула голову, высчитывая нужный момент.
– Пора, – произнесла она и отстегнулась.
Салли последовала за ней, и они устремились вниз, в полупрозрачную тьму. Она надеялась, что внутри все оборвалось не на самом деле. Крыша башни была плоской, ну или почти – дождь здесь проблемой не являлся. Она и не пыталась оценить скорость падения: Тейюд была асом, а Салли просто старалась держаться поблизости. Канат вдруг натянулся: это означало, что свисающие с конца мягкие лапки-присоски долетели до крыши. Салли собралась и вытянула вперед ноги, навстречу крыше. Отцепившись от каната, она собралась еще больше и тут же откатилась в сторону по крыше, как бы сделала после парашютного прыжка на Земле – но на Марсе еще не приходилось.
Бум!
– Ууф, – раздался приглушенный козглас канида.
Ей тоже на мгновение перебило дыхание. Ботинки и щитки смягчали удар, немного. Однако на Земле такое приземление переломало бы ей все кости: пожалуй, и обычным марсианам несдобровать. Тейюд встала на одно колено, лезвие её вороного меча мерцало, в другой руке был пистолет с дротиками.
Салли аналогично потянулась и тоже вытащила свой. Пистолет у нее был в левой руке и полегче, но в отличие от Взвешенной Милости она не владела в совершенстве обеими руками. Сатемкан слегка пошатывался, но потом тряхнул головой и пристроился вслед за Салли.
На её поясе висела пара пакетиков Сэмтекса, часть снаряжения с её другой работы. Хотелось бы надеяться…
Выпрямившись, они направились к двери. Та медленно открыла глазок, что означало – жизнь этого биомеханизма уже подходит к концу. Тейюд наклонилась вперед и прижала свою оптическую маску к отверстию. Послышалось громкое чмоканье, пока аппарат Тейюд переключал на себя управление второй биомашины, и дверь открылась.
– Плохой уход за системой безопасности, – прошептала Тейюд.
Винтовая лестница вела вниз от площадки для приземления, вилась вокруг шахты, в которой находился – или был когда-то – грузовой лифт. Тейюд шустро-шустро шаркающими шагами спускалась вниз, чуть ли не бегом, не так, как это делали земляне, но и не сильно схоже с марсианским способом передвижения. Салли просто перепрыгивала через несколько ступенек, что удавалось в её мягких сапожках почти бесшумно. Иногда им встречались осветительные шары, но и те дремали, а оптические маски выделяли в их сумеречном свете остаточное тепло следов Тейюд и Салли.
Время от времени они проходили мимо дверей, за которыми в толстой стене башни располагались комнаты. Большая часть этих комнат была никем не занята. Некоторые же…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
