— Я была так зла на этих людей. — произнесла Амелия, спустя пару минут. Было заметно по голосу, что она успокоилась. — те, которые называли себя моей семьей так просто отказались от меня из-за одного моего поступка. Самое главное они предложили вернуть меня в семью и простить, простить меня, если я расстанусь со своим мужем. Да как они посмели? Кем они себя посчитали? Думают, раз они меня вырастили то имеют право решать за меня? да они мне никогда и не нужны были, лишь их деньги.
— Не только от родных детей, но и о семьи отказаться для тебя не составила труда. — с ухмылкой на губах произнесла Алекс. До этой минуты она думала, что эти двое не могут упасть еще ниже в ее глазах, но они смогли удивить.
— Ах ты дрянь, — воскликнул Кристофер, и отпустив жену из объятий кинулся к младшей дочери и ударил по лиц. Ажди вскрикнув кинулась к сестре и загородила ту собой. Разозленный Кристофер схватил ту за волосы и попытался оттащить в сторону, но в этот момент рука Алекс схватила его за запястье и крепко сжала. Та посмотрев ему прямо в глаза, холодным голосом прошептала:
— Я тебе уже говорила: можешь хоть убить меня, мне плевать, но не смей даже близко к ней подходить. Если с головы Ади упадет хоть волосок я тебя заживо похороню.
В этот момент, мужчины до сих пор стоявшие как статуи, подбежали к Алекс сзади. Один из них ударил ту по руке, которой она держала отца, а второй видя, что это не помогает схватил за волосы и начал тащить в сторону. На секунду, в глазах Кристофера появился страх. Он понял, что сам создал этого монстра, который обязательно исполнит сове обещание, и поклялся в сердцах не оставлять её в живых.
Спустя пару минут и после множественных ударов по руке и дёрганию за волосы Кристоферу удалось освободиться от хватки Алекс. Отскочив в сторону он зло уставился на нее, и лишь мысль о скорой расправой над ней не дал ему убить её в эту же секунду. А после махнул мужчинам рукой, чтоб они остановились. Те отошли от Алекс оставив лежать на земле, и Ади наконец удалось добратьсядо сестры.
Со слезами на глазах она подползла к сестре и начала убирать волосы с лица и тихонько звать её. Приложив большие усилия та села и кивнула головой показывая, что с ней все в порядке.
— Ах, как же вы шумные и неблагодарные. — воскликнула Амелия, и подойдя к мужу начала поправлять на нем костюм. Казалось она не заметила всего произошедшего сейчас. И даже избиение дочери на её глазах никак не отозвалось в сердце. — Я тут рассказываю вам невероятную историю нашей1 любви, а вы смеете меня перебивать. Неблагодарные девчонки.
Двум сестрам, сидевшим на полу уже было неважно, что она будет дальше рассказывать. Для них уже давным-давно стало ясно — этих двоих кроме денег ничего в жизни не интересует. И даже собственная кровь для них не больше чем способ заработать деньги для удобной и комфортной жизни к которой они привыкли.
— Ну так вот, — продолжила Амелия, не дожидаясь ответа от кого-бы то ни было. — Мои родители отказались нас принять, и я разорвала все связи с ними. Но я не привыкла работать. Я привыкла к комфортной жизни и пришлось искать решение сложившейся проблемы. И тогда я вспомнила о своей бабушке. Ах, моя дорогая бабушка. Эта старушка души во мне не чаяла. Ведь я была самой прелестной из всех ее внуков и конечно же она не могла бросить меня в беде. Но к несчастью и её любовь далеко не ушла. Как и все она от меня отказалась. Я была так зла на нее. Она посчитала что раз дала мне немного денег, сказавна первое время этим от меня откупилась. Да этих денег мне хватила то лишь на пару месяцев. И тогда я вспомнила том как же сильно бабушкалюбит детей. И мне пришлось забеременеть. А чтоб она не приходила в гости и не требовала от меня слишком многого по отношению к ребенку мы уехали подальше от них. Как мы и рассчитывали бабушка не могла оставить свою правнучку в беде и регулярно присылала нам деньги. Хоть тут она не подвела. Конечно не так много, как мы хотели, и они не всегда могли покрыть все наши расходы поэтому нам пришлось завести еще одного. Больше детей — больше денег.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Живые игрушки которые восхищались ей и боготворили. Иногда она играла с ними и проводила время, когда других дел не было. А после забывать о них как об куклах для маленьких девочек, когда скучно играешь, а после оставляешь дома до следующего раза. Что Амелии, что Кристоферу им никогда не был присущ родительский инстинкт. и детей заводить они не собирались, лишь деньги и необходимость заставили их.
Амелия всю жизнь мечтала стать знаменитой актрисой, но так и не смогла. А после появления детей, в какой-то степени смогла осуществить свою мечту. Ведь было так забавно играть роль любящей матери и созерцать как эти дети без ума от нее. Для нее это было высшим наслаждением. Они являлись для нее не больше чем зрителями в театре и фанатами, восхищающимися её талантом.
А Кристофер никогда не любил детей. Лишь необходимость заставила его согласиться на отцовство. По правде, он привык к комфортной жизни не прикладывая усилий. И когда появилась возможность получать деньги и ничего не делать дети показались ему не таким уж плохим решением. Ведь никто не заставляет его быть любящим отцом. Главное, чтоб были, а мешать ему он им не позволит.
— Могли так сильно не заморачиваться, а просто взять детей из детдома. — зло прошипела Ади. Её уже ничего не удивляла. Эти двое прекрасно открыли ей глаза на все. Все мечты, ожидания и сомнения были рассеяны и же руками. — Дайте угадаю, а после бабушка умерла и необходимость в детях отпала.
— Умничка. — весело воскликнула Амелия и захлопала в ладоши. — Сразу видно, моя дочь. Схватывает все на лету.
— Я только одного не понимаю. — сказала Адипереводя взгляд с Кристофера на Амелию, и обратно. Она больше не могла называть этим двоих иначе чем по именам.
— Чего именно? — спросил Кристофер. Его вся эта болтовня порядком поднадоела, но он не мог отказать желании Амелии покрасоваться перед ними. Ведь как никак она считала себя выдающейся актрисой. И всю свою жизнь она играла разные роли. Но в отличие от актеров эти роли она играла в реальной жизни.
— Зачем вы оставили меня, в то время как продали Алекс?
— Ах, моя дорогая — воскликнула Амелия, и подойдя к сестрам присела перед Ади на корточки. Взяв лицо старшей дочери в руки она посмотрела в её глаза и наклонившись прошептала: — потому что, в отличии от твоей сестрички, ты мной восхищалась. И я не могла допустить того чтобы ты меня возненавидела. Я желала остаться в твоих глазах идеальной матерю до последнего твоего вздоха.
— Тогда почему сейчас решила показать свое истинное лицо? — спросила Ади, смотря женщине напротив прямо в глаза.
— Деньги, моя дорогая, деньги. — с улыбой на устах ответила она и оттолкнув дочь поднялась на ноги, отходя от них прочь.
Теперь была очередь Ади расхохотаться. У нее начался истерический смех. И Алекс пришлось поддержать сестру, чтоб та не упала.
— Деньги? — переспросила Ади, сквозь истерический смех. — Ах моя дорогая мамочка, ты ошиблась у нас их нет и никогда не было.
— О нет, моя дорогая- ответила Амелия с сарказмом в голосе. — Они есть. Ты перепишешь на нас ваше чудное кафе. Продав его мы выручим неплохие деньги. Но и это еще не все…
— За ваше похищение, нам обещали 10 миллионов долларов. — продолжил за женой Кристофер, улыбаясь зловещей улыбкой.
***
— Сколько? — удивленно переспросила Ади. Это немыслимо. Неужели кто-то решил подшутить над этими двумя? Кто в здравом уме заплатит за них двоих столько денег? Все это является абсурдом. Предположим, кто-то действительно хотел похитить их, так зачем нужно было искать именно этих людей? Чужой человек за такие деньги мог сделать это с большим удовольствием.
— Да, да вы все правильно расслышали. — воскликнула Амелия после чего громко расхохоталась. Странно было видеть ее в таком состоянии после того как она последние дни вела себя так сдержана.
Словно уже получив деньги Амелия начала пританцовывая кружится по помещению, то хохоча, то напевая незамысловатую песенку. Возможно она представляла себя на балу, а не на заброшенном складе, в придачу держа собственных детей в заложниках. Резко остановившись она ткнула пальцем в сторону двух девушек и сузив глаза прошипела: — Все же и от вас оказалась польза. Не зря я мучилась и рожала.
