к этим древесным монстрам, – пришло ко мне понимание, – хотя нет, не опасается».
Наконец, наблюдая за ним, я сообразил, что тот задумал.
«Он просто ищет место, где с минимальными повреждениями сможет добраться до нас со зверьком и прорваться сквозь заслон, что создадут деревья, когда тот рванет в нашу сторону. Кстати…»
И я снова просчитал движение твари из леса, а потом вычислил вектор его основного внимания.
«…напасть-то он хочет не на нас. Нужен ему только этот зверек. Меня-то, похоже, этот паук и не видит».
Но когда он окажется на этом участке поляны, то уже не будет иметь значения, видит он меня или нет. Слишком крупный выполз из леса монстр. Так что на меня он наткнется в любом случае.
«Ну, значит, работаем», – дальше выжидать особо нечего, и так понятно, что паук сейчас нападет на нас, так что лучше ударить на упреждение.
И я, перейдя в режим магического видения, по своей стандартной схеме стараюсь поглотить сущность этого монстра. Да не тут-то было. Хоть все и работает, но очень уж медленно.
Создалось впечатление, что на него наброшена тысяча энергетических кольчуг, и чтобы добраться до его сути, нужно первоначально разобраться, а в моем случае – поглотить их все.
И этого времени монстр мне, естественно, не дал. Он сиганул в нашу сторону.
Но я со своим вмешательством явно спутал все его планы, а потому он угодил в гущу ветвей одного из деревьев. Те оплели его тушку. Правда я видел, как паук разрывает их. Но главное, что оно его сдержало.
А дальше я уже перестал вести себя как ребенок и начал воспринимать этого монстра как действительно опасного противника. Такого же, как дракон, пожирательница и Горыныч.
Все местные монстры опасны. Пора это уже понять.
«Поглощение… – и мои руки сминают его энергетическую суть, поглощая щиты. – Вот и его сознание, с тем ядром энергий, что скрыто внутри».
И я вминаю его в себя, вытягиваю и поглощаю суть этого самого монстра.
Мне необходимо его умение ставить щиты. В будущем мне это может дать несколько спасительных мгновений. И этот мой посыл подхватила Пандора.
– Метрический модуль получен. Метрический модуль получен. Метрический модуль получен.
Все, последняя капля энергии и эфира перекочевала ко мне.
И практически сразу тело этой смеси паука и жабы перестало трепыхаться и обвисло, запутавшись в ветвях схватившего его дерева. И то не растерялось, а окутало его в какой-то своеобразный кокон и прижало к своему стволу. Да так и застыло, притянув тело мертвого монстра к себе.
Только что произошедшая схватка вогнала зверька, на которого я обратил внимание, в ступор. По крайней мере, та ее часть, что он мог увидеть.
Этот мелкий горностай, хотя они может такие и есть, я никогда их не видел, смешно встал на задние лапы и с неподдельным удивлением смотрел в сторону дерева.
Но долго недоумевать этот мелкий хищник не мог, а то, что это хищник, явно показали его острые зубы и когти на лапках. А потому он уже с большим интересом огляделся вокруг и, сев на задние лапы, практически как собака или кошка, наклонил голову набок.
Вновь раздается его верещание:
– Большой – очень хитрый. Я бы тут не стал прятаться. Хорошее место. Я останусь?
И вопросительно смотрит на меня.
Потом видимо что-то еще надумав, он продолжает верещать:
– Я следить – ты спать. Я спать – ты следить. Я смотрел, ты спать, когда я не спать. Нам можно идти вместе. Хочешь?
Меня же удивило в его речи другое. Если я все правильно понял, он следил за мной уже какое-то время, только вот я никакую слежку не засекал.
– Как давно ты за мною следишь? – спросил я, забывшись, что передо мной обычное животное, и сам удивленно замер.
Вроде мысль я сформулировал как обычно, только вот вместо слов у меня раздалось очень похожее верещание, правда, слегка грубее, чем у зверька.
Однако горностай, как только услышал мой голос, радостно заверещал (смысла в этом не было, просто верещание), подпрыгнул на месте, после чего сделал шаг вперед и практически сразу ответил:
– Большой два раза спать.
«М-да, – мысленно протянул я, – так это две стоянки назад. И с тех пор он идет за мной по следу? Как я его пропустил и не заметил?»
И только тут до меня дошло.
– А где ты наткнулся на этого? – и я показал в сторону прижатого к дереву паука.
– Большой шел мимо его логова, но Опасный его не заметил. Я шел следом. Нужно обойти. Но я шел за Большим, не хотел терять. Большой не правильный. Его трудно искать. Поэтому пошел. А там Опасный. Он заметил меня. Я побежал за Большим. Предупредить и драться вместе. Но Большой спрятался. Я его уже не видел. Пришлось идти по следу. И тут Большой. И тут Опасный. Но Большой его видит. А потом Опасный напал. Но его убил Стоячий. Хорошее место. Большой хитрый. Заманил Опасного в ловушку.
И этот горностай гордо посмотрел в мою сторону.
Я же обдумывал этот необычный рассказ того, от кого его совершенно не ожидал услышать.
Зверек мне многое поведал. Особенно мне не понравилось то, что я не заметил слежку и прошел мимо столь опасного монстра, даже не обратив на того внимания. Хотя во втором случае это и не удивительно. С такой-то маскировкой, как у этого паука, удивительно, как я жив-то до сих пор.
И ведь теперь понятно, почему чувство опасности не сработало.
Этот мелкий хищник ничего не собирался мне делать. Захотел бы, у него было два дня на это, я его все равно не видел. А как реагировать на паука, если для моего восприятия это обычный лес?
Никак. И тут даже не внушение. Он реально по всем параметрам представлялся частицей леса, перетянув на себя часть его метрической структуры и растворившись в ней.
* * *
«Так, нейросеть, нужно понять, как мне снять подобный хвост на будущее. Шел он точно по моим обычным следам. В противном случае меня бы засек еще и паук. Что подскажешь?»
– Перевести боевой скафандр в режим полной маскировки. В данном случае все отходы жизнедеятельности оператора будут утилизироваться скафандром, разлагаться на составляющие и пополнять запас необходимых для будущей работы костюма компонент и энергии.
«Принято, выполняй», – согласился я.
А в следующее мгновение почувствовал покалывание по всему телу, но оно достаточно быстро прошло.
Поднимаю руку, смотрю на ту одежду, чей вид принял скафандр, но
