тихо спросил Янь. Настолько тихо, чтобы Люнь Тю их не услышала. Его рука легла на рукоять меча. — Надо поговорить с ней. После поглощения своей части души она ведёт себя странно.
— Ей вернулась потерянная часть с другими воспоминаниями и эмоциями. Она будет вести себя странно. Ей приходится их принять, а потом побороть.
— И тем не менее…
Убрав руку с оружия, он спокойно направился к Люнь Тю, которая, казалось, даже и не замечает его. Лишь когда он подошёл очень близко, она наконец подала голос.
— Ты что-то хотел, брат Янь?
— Лишь поинтересоваться твоим самочувствие, сестра Люнь Тю. Мы волнуемся о тебе.
— Волнуйтесь лучше о Фу Гю, ему ещё надо обрести телесный сосут, — ответила она холодно, и тональности её голоса вернули Янь немного спокойствия.
— Всё прошло удачно?
— Более чем, но её отголоски, отголоски той Люнь Тю ещё слышатся в моей голове. Сложно соединить воедино две одинаковые и в то же время разные частички души. Но я вижу вопрос в твоих глаза, — взглянула она внимательно на него. — Нет, я до сих пор я и полностью поглотила её, в конце концов она была лишь осколком, а я полноценна. Просто осталось как… эхо.
— Ты уверенна?
— Да, абсолютно, — ответила она столь же твёрдым голосом как и раньше, но…
Её взгляд скользнул по далям и её губы покинул тихий вздох.
— Но что-то тебя гложет, верно?
Люнь Тю промолчала и зашагала в сторону группы.
Но на полпути остановилась.
— Мы делаем всё верно, не так ли?
— Будь уверена, что да, — ответил он невозмутимо.
— Я имею ввиду… мы правильно поступаем, да?
— Да, — сказал он уверен и мягко. — Таков путь, такова судьба, Люнь Тю.
— Да, ты прав, — кивнула она, а потом тряхнула головой и зло произнесла. — Прости, это отголоски части души. Они заставляют меня чувствовать сомнения. Но рано или поздно это тоже сойдёт на нет.
— Я понимаю, — кивнул Вандоу Янь, но его внимательный взгляд всё чаще и чаще останавливался на сестре по оружию. Он понимал, что ей предстоит смириться с тем, что противоречащие ей мысли теперь тоже её.
Пусть так, но…
Он продолжит за ней наблюдать. Вандоу Янь видел в её взгляде ту самую Люнь Тю, её стальной блеск и монументальную непоколебимость, однако как знать, что может случиться…
Что касается самой Люнь Тю, она была зла. Зла на себя, зла на ту часть, которая вводит смуту в её сознание, зла на мальчишку, что посмел испортить часть неё самой. Частичка по имени Люнь теперь не существовало — она поглотила её, сделала частью себя, и теперь вольна делать, что хочет. Нет больше никакой Люнь!
Но сомнения… чувство вины перед самой собой…
Она тряхнула головой, бросила взгляд на девушку, которую они вытащили из замка и фыркнула.
— Мы всё делаем правильно, — произнесла она уверенно, и сама себе кивнула.
Но прошлая Уню Люнь Тю никогда бы этого не стала произносить самой себе, будто убеждая…
* * *
— Земля… — пробормотал я, глядя на полоску суши, которая выросла на горизонте в свете восходящего солнца. — Земля на горизонте…
Сколько мы были в воздухе среди бесконечных океанов? Месяц? Больше? Я не считал — дни здесь текли однообразно и не отличались друг от друга, как это было и у меня на работе. Сделал что-то, поел, опять сделал, отдохнули… Между портами во время переходов всегда нечем было заняться, если не считать рутину.
Здесь так же.
Стрёкот — Стрекоза встала рядом со мной, глядя на долгожданную землю. Учитывая, что она девушка, причём симпатичная, Стрекоза постоянно ловила на себе взгляды других, а я был чем-то вроде ограничителя, который не позволял матросам распускать руки и приставать. Возможно, увидь они лапки, которые она прятала в сумке-рюкзаке на спине, желание у них поутихло бы, но лишний раз пугать общественность не хотелось. Для них она была девушкой, не расстающейся со своим рюкзаком даже во сне.
Прибытие было весьма типичным.
Матросы забегали, заволновались, начали подготавливать всё на скорую руку, что можно было сделать заранее. Судно готовилось к проходу через, как я понял, таможню. Через минут пятнадцать мы и вовсе начали спускаться вниз, пока не коснулись воды, где уже двинулись дальше вплавь, разрезая морскую гладь.
— Приплыли? — показался и Бао. Видимо качка разбудила его.
— Да, вон там город, — указал я пальцем. — Едва заметная полоска.
Ещё несколько часов и вот уже мы могли рассмотреть портовый город, который предстал перед нами во всей красе на берегу бескрайнего моря.
Кто-нибудь хоть раз видел средневековый город? Ну такой, классический, олдскульный, если можно так выразиться. Когда крыши из красной черепицы, дома двух и даже трёхэтажные, стены зданий или из сплошного камня или с деревянными балками, как в домиках где-нибудь в Германии или Швейцарии, да и сам город выглядит примерно эдак века шестнадцатого-семнадцатого? То есть не прямо тёмный век, а когда там балы проводят, турниры, феодалы со своими замками, туда-сюда.
Ну вот что-то типа этого я сейчас наблюдал перед собой. По сравнению с тем материком, где всё было классически азиатским здесь было классическим европейским средневековьем.
Настолько чуждо было видеть такую архитектуру здесь, что казалось, будто я попал в фентези мир. А может я и попал в фентези мир, кто поймёт этот мир.
— Странно выглядит, да? — хмыкнул я.
— А тебе, гляжу, знакомо.
— Да, видел уже, — кивнул я вспоминая всякие арты из интернета. — Можно сказать, что-то родное прямо-таки.
— Чего же тогда язык не знаешь?
— Забыл, — пожал я плечами. — Нам, наверное, лучше сойти сейчас, а не в городе на всякий случай.
А то вдруг там какой-нибудь паспортный контроль или ещё что в том же духе. Мне проблем уже хватало в виде пяти мастеров, которые просто из неоткуда припёрлись, не хватало ещё влипнуть в неприятности в чужой стране. Вон, лучше сейчас, пока далеко, сойти с судна и высадиться в лесу, а там уже перевести дух, собраться и двинуться в дорогу.
Так мы и поступили.
Распрощавшись с капитаном, я подхватил Зу-Зу, воспользовавшись верёвками, которые у них одолжил, после чего мы втроём полетели как можно ближе к воде в сторону леса, который окружал город со всех сторон. Причём
