– Что-то случилось?
– Все в порядке. Ничего не меняется. Жизнь – говно, все вокруг педерасты…
– А ты – Д’Артаньян? – рассмеялся Алекс. – Простите, Конрад. Вижу, вам неловко оттого, что вы не понимаете, о чем мы говорим. К сожалению, я не смогу перевести эту идиому ни на английский язык, ни на немецкий. Однако могу пообещать, что отныне не стану говорить при вас по-русски.
– Не зарекайся, – оскалилась Полина, бросив злобный взгляд на Конрада. – Давайте присядем и сделаем заказ.
Через несколько минут она уже пришла в себя, полностью избавившись от ярости и обиды на Конрада, и внимательно слушала разговор мужчин, изредка вставляя замечания. Беседа большей частью касалась колье, но главными объектами обсуждения были Воскресов и Ломан. Алекс и Конрад искали решение, как поступить с ними, если заказ не будет выполнен. В том, что поиски колье не увенчаются успехом, никто не сомневался, уже поставив окончательный крест на этом изначально провальном деле.
– Может, убьем их? – предложила Полина. – Так будет лучше для всех. И для нас, и для общества.
– Идея хорошая, – улыбнулся Конрад. – Но это крайний вариант. Хотя, чувствую, придется им воспользоваться.
Алекс с возмущением посмотрел на него, но после рассмеялся.
– Я почти купился на твои слова. Столько серьезности в голосе… – неожиданно он замолчал. – Нет? Ты говорил абсолютно…
Полина фыркнула и потянулась к звонящему телефону.
– Успокойся. Конрад шутит, – сказала она, ответила на звонок и, выпрямив спину, оторопело посмотрела перед собой. – Конечно, Тоня. Прямо сейчас? – Она вытаращила глаза и оглядела прислушивающихся к разговору мужчин. – Я в ресторане отеля «Le Meridien». Знаете где? Хорошо, жду вас.
Полина положила трубку и протяжно вздохнула.
– Тони? – усмехнулся Конрад. – Сама вышла на тебя? Любопытно!
– Более чем, – согласилась Полина.
– Даже не пришлось искать малышку. Что она хотела? – спросил Алекс.
– Лишь сказала, что разговор пойдет о колье. И никаких подробностей, – ответила Полина, ища глазами официанта. – Моя задница чувствует неприятности. Нужно выпить.
* * *
Тоня впервые была в ресторане «Le Meridien Munchen». В самом же отеле ей приходилось бывать дважды. Она в мельчайших подробностях помнила слегка развратную атмосферу номеров и лица богатых любовников. Каждый из этих мужчин в свое время изменил ее жизнь, причем не в лучшую сторону. Сейчас те события казались Тоне далекими, будто они случились вовсе не с ней, но в тот момент она остро переживала вероломность своих любовников, отказавших в помощи тогда, когда она больше всего в ней нуждалась.
Тоня прошла в ресторан и едва не рассмеялась насмешливой судьбе, решившей проверить крепость ее нервов. За столиком у окна она увидела одного из тех, кто три года назад вожделенно вздыхал, глядя ей в глаза, а потом исчез, едва почувствовал, что девушка может принести неприятности. Это был известный футболист, друг семьи, в которую Тоня приехала работать гувернанткой. Тобиас, так звали его. Красивый, раскрепощенный, веселый. Он обратил внимание на русскую девушку в первый же день ее пребывания в Мюнхене. Тоня тогда только переступила порог дома и знакомилась с «хозяевами», а Тобиас, присутствовавший при этом, мягко улыбался и молча разглядывал Тоню, неимоверно уставшую после двух дней тряски в жарком автобусе, едва произносящую слова приветствия. Главой дома, чьих детей должна была воспитывать «девочка из России», так ее называли за спиной, был главный тренер «Баварии». Признаться, Дитер Фаулер был отличным мужчиной – добрым и веселым, но только когда рядом не было его жены – сущей ведьмы, в присутствии которой любой ощущал себя человеком третьего сорта. Фрау Фаулер сразу невзлюбила девушку, правда, ей удалось некоторое время держаться спокойно, выказывая радушие. Все изменилось после того, как Тобиас, футболист команды, которую тренировал муж, начал проявлять к Тоне интерес. Фрау точно с цепи сорвалась, увидев, что молодой мальчик, которому она симпатизировала, тает при виде белокурой девицы и говорит только о ней. Тоня не замечала ни ее придирок, ни косых взглядов – она была воодушевлена ухаживаниями «звезды» «Баварии» и уже поверила в сказку о Золушке, приехавшей из далекой Беларуси, чтобы стать подругой, а после женой одного из самых известных нападающих Европы. Наивная идиотка! После ночи, проведенной с Тобиасом в отеле, в ресторане которого была назначена встреча с Полиной Матуа, она вернулась в дом Фаулеров и получила приказ от «главной фрау» собирать вещи.
– Русская проститутка не будет жить в этом доме. Убирайся!
Ошеломленная, подавленная, Тони позвонила Тобиасу и, плача в трубку, сообщила о случившемся.
– Помоги, пожалуйста, – шептала она.
– Прости, – Тобиас был непреклонен. – Я не хочу портить отношения с тренером и его женой. Ты же понимаешь, что она имеет на него абсолютное влияние. Если я выберу тебя, это плохо для меня кончится.
Герр Фаулер вызвал для Тони такси и протянул конверт.
– Оплата, – с грустью произнес он. – Мне жаль. Тоня вдруг усмехнулась и, чтобы не заметила фрау Фаулер, стоящая у окна на втором этаже и наблюдающая, как шлюха-гувернантка покидает этот благородный дом, дотронулась до его руки.
– И мне жаль, – сказал она, недвусмысленно улыбнувшись.
Фаулер понял все без слов.
– «Le Meridien Munchen», – быстро произнес он. – Сегодня в девять.
Тоня, соглашаясь, кивнула и села в такси, которое отвезло ее в Au-pair агентство. Новую семью пообещали найти в ближайшее время. Спросили, где девушка остановится, пока ее заново трудоустроят, и Тоня солгала, что с этим у нее нет проблем. Она была уверена, что герр Фаулер окажется щедрым, и не ошиблась. Образцовый семьянин, буквально сгорающий от страсти к синеглазой красавице, щедро оплачивал ее счета на протяжении нескольких месяцев, пока она наконец не дала ему отставку. Таковой была месть фрау Фаулер за неуважение и зависть. Тоня безжалостно использовала ее мужа, сделала так, чтобы фрау обо всем стало известно, а потом бросила надоевшего тренера без особой жалости в душе. До сих пор было приятно вспоминать лицо госпожи Фаулер, узнавшей об измене своего «идеального» супруга. И сейчас, увидев за столиком красавчика-нападающего, который разбил ее мечту о безоблачной жизни жены футболиста, Тоня в первую очередь подумала не о нем самом и его тренере, а о страшненькой фрау Фаулер, которая кричала в улыбающееся лицо «русской проститутки» проклятия, в то время как герр Фаулер, застигнутый врасплох, пытался натянуть на себя трусы.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
