Еще через некоторое время прилетел тоты с посланием из Бербурга. Король Артемий милостиво соглашался принять нас. До столицы было рукой подать, так что с визитом мы отправились скоро. Да и вообще справились быстро. Уложились в две недели, что не могло не радовать. Бербург мне не понравился. Слишком много людей, слишком много. Двор, эти надутые, наглые вельможи раздражали ужасно. Король, как я потом поняла, на мое счастье, был в относительно безопасном возрасте. После посещения столицы я еще долго делила человеческих мужчин на категории "опасен" или "не опасен". К моему огромному облегчению скоро стало понятно, что "опасных" для меня мужчин можно в королевстве на пальцах пересчитать. Это в эльфийском обществе женщина могла в любой момент сказать "нет", и никто бы ее не принуждал, не преследовал. Святость права выбора.
В человеческом обществе король или высокопоставленный вельможа мог сказать "желаю", а женщина могла выбирать между изменой, к которой иногда принуждал и муж, или опалой. Все это казалось дикостью, варварством. На мое счастье, королю было под шестьдесят. Он был занят своими болезнями и проблемами, и красивая девушка его не взволновала. Сына у короля Артемия не было, еще одной заботой меньше. Титул "герцогиня" мало кто мог перебить, выражаясь популярным в столице карточным языком. Так что высокопоставленной особой оказалась я. А Нэймар, не отлучавшийся от меня во время визита в столицу ни на минуту, одним своим присутствием не давал всяким условно равным маркизам, баронам и графам даже шанса на ухаживания. Я больше не удивлялась тому, что барон Кириас, муж Майанис, переехал жить в эльфийское королевство. Отбыв повинность, мы вернулись домой, не задерживаясь в Бербурге ни на один лишний день.
Ворон встретил ворохом писем. Накладные, бумаги о добыче, отчеты гильдий и, как ни странно, любовные послания. Алидар, Эйлин, знакомый Флаар… Все нераскрытыми полетели в камин. Я бы поступила точно так же, но инициатива была в руках мужа. Он, сверкнув глазами и бросив на меня сердитый, неприязненный взгляд, бросил их в огонь, сопроводив действие зубовным скрежетом. Как ему объяснить, что я не стала бы их даже открывать, что ни одно слово, произнесенное или написанное другими мужчинами, не доставляет радости? Как?..
Он с головой окунулся в дела, иногда даже на пару дней оставлял меня одну… А я ждала, молила богиню защищать его…
Почти сразу после нашего возвращения из Бербурга в замок потянулись просители. Оказалось, что герцог олицетворяет высший суд. Вершить правосудие выпало мне. Нэймар, вникнув в несколько дел и услышав мои рассуждения, сказал, что я умница и способна принимать решения без его участия. У него и так много забот. Меня поглотила пучина тяжб и хлопот по дому, его — омут проблем в шахтах. Если бы ни конные прогулки и ночи, проводимые в смежных комнатах, мы бы вообще не общались. Я не могла не задаваться вопросом, а как вел бы себя Нэймар, будь рядом с ним та самая, любимая? Сомневаюсь, что так же…
Наступила осень, раскрасив деревья и подняв в небо стаи перелетных птиц. Нэймар в очередной раз уехал в шахты. Должен был вернуться только к вечеру. Я разбиралась с очередным делом, когда почувствовала, что подарок Келиара нагревается. О, Эреа, сохрани! Я бросила все, побежала за тоты, отправила огненную птицу Нэймару только с двумя словами "Амулет теплый!". Лихорадочно соображала, что делать. Оповестила стражу. Велела готовиться к нападению. Эльфы поняли сразу, на людей пришлось прикрикнуть. В течение часа вся охрана была поставлена на уши, слуги подготовлены и вооружены. Приехал, нет, примчался Нэймар, коня он загнал, тот замертво упал почти у самых ворот замка.
— За мной, быстро! — скомандовал муж, побежал в спальню.
Вынул из шкафа доспехи, свой и мой.
— Одевай, быстро! У нас очень мало времени.
Просить меня дважды не было нужды. Я скинула платье, переоделась в костюм для верховой езды. Брюки в бою предпочтительней. Накинула доспех, полностью одетый Нэймар помог застегнуть ремешки. Муж прижал меня к себе, нежно поцеловал в висок.
— Будь осторожна, да сохранит тебя Эреа, — пробормотал он.
— И ты, умоляю, будь осторожен, — прошептала я.
Он выпустил меня, побежал к двери. Я, подхватив меч, поспешила за ним.
Еще полчаса напряженного ожидания в сгущающейся темноте. Мы не знали, откуда придут враги. Я очень надеялась, что они не придут вообще, но горящий огнем амулет на груди говорил другое. Зажгли факелы. Тьма, испугавшись пламени, отползла под стены, взмыла в небо. Ничего не происходило. Потом во двор со стены упал человек охранник. Его напарник заорал "Тревога!" и в последний момент прикрылся от стрелы щитом. На стену забросили крючья, металл хищно сверкнул отблесками огня. Охрана кинулась рубить веревки. Мы с Нэймаром бросились на стену. По лестницам, по веревкам карабкались орки. Их было очень много… впервые видела орков не на картинке и жалела об этом…
Орки нападали только с одной стороны, с одного угла. Там был огромный валун, частично задействованный при возведении стены. В других местах вдоль стены зияла глубокое ущелье, на дне которого бесновалась пенная горная речка. Орки, видимо, намеривались взять числом, а не хитростью. Да, королевство людей, в частности надел герцогов Аверских был близко к их границе, но все равно… Как они дошли до замка незамеченными? Как?
Сеча, кровь, крики, команды, лязг металла. Я сражалась, как могла, но против стольких… я начала уставать, а они все лезли и лезли. Нэймар был недалеко, он бился, как демон. Казалось, усталость ему неведома. Эльф, сражавшийся рядом, захлебнулся кровью и рухнул вниз. На его месте вырос огромный орк, просто огромный. Я ударила, он лениво отразил. Другой рукой схватил меня за голову… Эреа, береги мужа, умоляю… В доли секунды я поняла, что враг утащит меня, я нужна в качестве заложницы. Глупцы… за меня им никто ничего не отдаст… В руку орка вцепился Тирей, выиграв мне свободу и секунду времени. Секунда… Иногда ее достаточно для удара. Я не медлила, пырнула громадину в район сердца. Орк дернулся, стряхнул с себя пса, стукнув им о камни. Собака взвизгнула и затихла. Только не это! Я повернула меч и всем телом загнала его глубже в грудь врага. Орк дернулся еще раз и обмяк, заваливаясь на спину. Я с трудом выдернула меч и обернулась посмотреть на мужа… Нет! Нет! На моих глазах двое орков всадили ему копье в грудь и, подняв над зубцом стены, попытались стряхнуть в пропасть. Нэймар цеплялся за копье, обеими руками, но соскользнул. Я закричала, бросилась к нему. В голове был только одна мысль — удержать, удержать, не дать упасть… Перегнулась через стену, вгляделась в темноту. Сквозь пелену слез увидела, что Нэймар висит над бездной, одной рукой вцепившись в странную блестящую веревку.
